# Дневник начинающего критика 23

Вячеслав Вячеславович Астремский

Понедельник.


Весна. Люди снимают длинные пальто и дубленки, кровь играет. У меня тоже взыграла кровь и творчество. Побежал вприпрыжку в редакцию. Весна. Короткие юбки заставляют смотреть на мир по-другому. По дороге подвернул ногу и упал. Сердобольные женщины столпились надо мной. Довольно забавное зрелище.

Чуть добрел до редакции, вспоминая вид сердобольных женщин. Сегодня в редакции не послали сразу продолжать творческие успехи, а обещали подумать. На радостях, в обед, купил пончик с повидлом. Пончик оказался твердый и повидло, как всегда, вылазило не там где кусаешь. Наверное, он был изготовлен из неправильного теста. Сразу, как только чуть прожевал кусочек пончика, побежал в общественный туалет, а в туалете такая ужасная экологическая обстановка, что доесть его не смог. Жалко, но что сделаешь. Так просто голодный, а съев пончик, есть риск и завтрак потерять. Надо устроить конкурс на форуме по поеданию порченых пончиков. Дам объявление "Ищу таких же энтузиастов для участия в конкурсе". Может, кто найдется. С такой постоянной тренировкой по поеданию плохих продуктов я буду первым на конкурсе.

Еле приплелся домой и решил заняться удивительным делом, а конкретно критикой.


Вторник.


Исследуя современные издательства, выяснил, что мое мнение совпадает с мнением начинающих авторов, и сделал вывод - только плохие издательства отвергают рукописи начинающих авторов, хорошие - печатают. Направился в редакцию поделиться умными мыслями.

Выходя из подъезда, поздоровался с бабушками и узнал много нового. Оказывается достопримечательная личность, сосед Иосиф Фроймович, не просто сосед, а врач-хирург и скорее всего подрабатывает в морге, иначе откуда у хирурга деньги на машину. Деньги только у стоматологов, а он точно не стоматолог. У него нет золотых зубов. Бабушки точно знают, что врачи могут заработать только в морге, они узнавали, там родственники столько платят врачам, что просто ужас. Не на один памятник хватит. А еще он каждый день сумки носит домой, и два раза за пять лет из сумок капали красные капли и один раз желтые. Что капало неизвестно, но есть предположения и они обсуждаются. Как придут к единому выводу, почки он носит или печень, сразу скажут мне и заявят в милицию. Нет, сначала заявят в милицию, а я из новостей по телевизору узнаю.

Передумал идти в редакцию. Пошел к Катьке, весна все же.

Подарил Катьке китайскую вазу до краев заполненную цветами. Она улыбнулась и порадовалась. Китайскую не в смысле древнюю, а в смысле дешевую, но она об этом не знает. В ответ Катька сделала мне предложение по совместному ведению хозяйства, безо всякого намека на приличия. Взял паузу на размышления. Интересно, что она задумала? Надо покритиковать и собраться с мыслями.


Среда.


Сегодня думал покритиковать известных классиков. Никому неизвестных в следующий раз, но в последний момент передумал. Решил критиковать никому не известных классиков сегодня.


Слушал телевизор, смотреть невозможно страшно. Видно правительство сильно устало от бюджетников. Ходят каждый год за деньгами и ходят. Дай денег да дай денег. Правительство решило принять бюджет сразу на три года. Теперь придут бюджетники, а им старинной русской поговоркой - Обещанного три года ждут.

Еще услышал по телевизору новости. Судя по сводкам с аэродромов, люди так и не научились толком летать.


Вася купил клея и еще какой-то гадости. Собирается в астрал. Ребята там уже были, но им ничего не дали. Видел в окно, как Вася стукал одного такого нюхателя кулаком по лицу, пытаясь отобрать еще пару тюбиков дихлофоса. Успехи химической науки идут отнюдь не на пользу подрастающему поколению.


Четверг.


Сижу в приемной. Редактора по-прежнему нет. Томлюсь в ожидании и неизвестности. Это серьезный изъян в процессе ожидания. Вот и появился долгожданный, но он так громко и выразительно молчит, что просто дрожь по телу.

Ну вот из кабинета уже слышно, как методично, с расстановкой, серьезно так кричит, мозги вправляет начинающим авторам. Не редактор, а шторм в ясную погоду. Заглянул в кабинет, у редактора морда стала красная, хоть прикуривай.

Мимо пробежал заместитель редактора и на ходу успел меня обидеть плохим словом о моих литературных возможностях. Хотел ему сказать, что он муж овцы и у них не редактор, а начальник отары, но не позволила интеллигентная воспитанность.

Надо будет поменять издательство. Чувствую, с нынешним издательством у меня появились серьезные разногласия во взглядах на достойную литературу. Меня поддерживает Толя, которому мешает напечататься редактор. Из-за него у Толи развился невроз. Жаль, что причину невроза я устранить не могу. Не та профессия. С Толей мы давно находимся в длительной литературной связи.


Учил соседа Васю разбираться в музыке. В конце концов, Вася сделал вывод; попса по радио и бесплатно, классика в филармонии за деньги.


Пятница.


Сегодня алкоголь попал в сферу моих интересов. Я заметил, как только дома кончается спиртное, Муза перестает меня посещать. Алкоголичка. И Пегаса нечем подкормить. Может математикой заняться? Но заниматься математикой нет смысла. Например, задачка: Берем два, умножаем на два, делим на два и получаем, с чего начали. Спрашивается, зачем это?


Изучая квартирный вопрос, затронутый Воландом при помощи Булгакова и цены на жилье в Москве, понял, что это исторический вопрос. До 1812 года квартирный вопрос в Москве не стоял, даже цены не публиковались в центральной прессе. Вот до чего довели происки французов. До сих пор расхлебаться не могут россияне. Размышления прервал Васин папа, который рассказывал как в молодости, когда-то ему двадцать лет было. По его виду никогда не скажешь, что ему могло быть когда-то двадцать лет, но факт налицо, ему тогда родители купили "Жигули". Вчера продал машину по доллару за килограмм, и предлагает за последние, оставшиеся от Жигулей деньги, купить бутылку и помянуть железного друга.


Потом заявился Вася, и сказал, что Катька, на спор, решила от меня забеременеть. Он дал мне красивую пачку... ой не буду писать чего. Наверное, это она с ним поспорила. Решил немного отдохнуть и заняться любимым делом. Итак;


. Сижу и кручинюсь. Ведь многим советским школьникам, мечтавшим стать писателями и космонавтами, так и не суждено было стать советскими писателями и космонавтами. Так раскручинился, что решил отложить критику до другого раза.


Решил начать писать роман. Первая фраза уже есть, "На заборе сидела галка и бесполезно махала крыльями...", осталось только остальное дописать.

Перечитал фразу и лишний раз убедился, что критерий хорошей книги или рассказа, когда жалеешь, что повествование закончилось.