# Лос-Анджелесская история

Виктор Бердник

Две печатные публикации: в США и в Канаде

Виктор Бердник berdnikv@hotmail.com


ЛОС-АНДЖЕЛЕССКАЯ ИСТОРИЯ


Всегда следует опасаться исполнения

заветного желания. Лучшего потом может

. уже и не произойти...


История, которую мне хочется рассказать, довольно обыкновенная. Я даже допускаю, что она, вероятно, покажется кому-то банальной. Иной привередливый ценитель художественного слога и высокого литературного стиля, пролистав скептически несколько страниц, недоумённо хмыкнет с лёгким оттенком раздражения и подумает пренебрежительно про себя:

- Ну, вот, очередное слезливое женское чтиво...

Наверное... Ничего не имею против. Более того, буду безмерно счастлив, если моё короткое и непритязательное повествование найдёт отклик в чьей-то душе или напомнит кому-то события, не истирающиеся из памяти. Не у всех же жизнь складывается безукоризненно гладко...

Всё происшедшее с моей героиней можно расценивать по-разному. Очевидно, одни станут ей сопереживать и сочувствовать, а другие, полагаясь на свою кажущуюся им непогрешимость, будут отстаивать принципиальную точку зрения, что женщина сама обязана построить собственную судьбу. Так то оно так, но, к сожалению, очень часто под руками не оказывается подходящего человеческого материала да и не всегда каждая абсолютно точно знает, что она способна наваять.

Зоя всегда довольно скептически относилась к курортным романам. Да и как иначе может смотреть достаточно разумная женщина на мимолётную встречу? В лучшем случае, не усматривая ничего предоссудительного в том, чтобы наравне с мужчиной отдаться внезапному порыву без всяких обязательств друг перед другом, ну а во всех остальных - пожалуй, что равнодушно. Вероятно, единственной мотивацией оправданию минутного сумасшествия дамы, отнюдь не ветренной, а в меру серьёзной, может быть лишь присутствие у неё тайной уверенности, что непростительно пройти мимо необременительной любовной интрижки. Ну, как себе отказать в такой маленькой радости, подаренной жизнью просто так, из случайной прихоти? Почему бы не испытать упоительное очарование короткого знакомства и потом мысленно возвращаться к ощущениям от шарма моментальной близости? Собственная слабость простительна, нерешительность, граничaщая с глупостью, по меньшей мере, досадна... Именно подобного настроения и ожидала от себя Зоя, когда пересеклись её и Криса пути. Трёхнедельный отпуск, проводимый ею в Лос-Анджелесе у маминой сводной сестры, уже подходил к концу и нечаянное любовное приключение могло бы вполне стать его достойным завершающим аккордом.

В тот памятный вечер родственники повезли Зою в яхтенную марину смотреть фейерверк по случаю Дня Независимости. Америка готовится к этому празднику всегда с неизменным воодушевлением, по праву считая его одним их наиболее значительных. Важную историческую дату принято отмечать грандиозным общенациональным салютом, обязательным в любом городе и стихийной всенародной обжираловкой. Попав на берег океана, откуда подобное зрелище выглядит особенно впечатляющим, Зоя с нескрываемым интересом разглядывала многочисленную публику, с комфортом расположившуюся в ожидании салюта на набережной. Судя по безумному количеству холодных закусок, припасённых горожанами в канун волнующего события, пришедшие сюда сегодня, несомненно, собирались со всей ответственностью посвятить свой благодарный патриотизм торжественной мессе желудка. Зое то и дело приходилось переступать через объёмные пластиковые контейнеры с заготовленной снедью и обходить необъятные термосы, заваленные кока-колой в банках - любимым напитком наследников колонистов. Она вздрогнула от первого громкого хлопка, прозвучавшего совсем недалеко, и увидела как в ночное небо взвились ослепительно белые ракеты, рассыпавшиеся на излёте искрящимися разноцветными снопами. Усердно жующие зрители, вознаграждённые, наконец, за долгое и томительное ожидание, не замедлили выразить своё искреннее восхищение восторженным гулом и не умолкали до последнего всплеска фантазии пиротехников. Уже на обратном пути, после давно отгремевших залпов с Зоей приключился небольшой казус, который и положил начало событиям, оставивших в её жизни заметный след...

Торопиться этим дивным летним вечером ей совершенно никуда не хотелось. Тем более, в таком романтичном месте, где среди тишины безлюдных причалов покачивались на волнах белоснежные яхты. Её тётка нисколько не возражала и они решили пройтись. Великолепная прогулка вдоль океана не могла не доставить им удовольствие, но чуть не закончилась несчастьем. Возвращаясь к автомобильной стоянке, Зоя случайно оступилась и едва не упала в пространство между пешеходной дорожкой и выступающей в воду небольшой площадкой на сваях. Узкая расшелина, конечно же, была огорожена цепью, но по какой-то причине она не обратила на неё внимания и, соскользнув, чуть не провалилась в тёмную зияющую пустоту, где внизу, в отсвете фонарей опасно блестели поросшие тиной камни. Зоя сдавленно вскрикнула и инстинктивно вцепилась руками за человека, очень кстати оказавшегося в эту минуту рядом. Тот с завидной реакцией быстро подхватил её, внезапно потерявшую равновесие, и тем самым уберёг от неминуемого падения, которое секундой позднее могло бы обернуться весьма печальными последствиями.

- Вы в порядке? - участливо спросил неожиданный спаситель. Зоя под действием мгновенного шока продолжала держать его за рубашку и, парализованная испугом, не могла разжать пальцы.

- Почти... Спасибо...

Побледневшая, она смущённо отстранилась, ругая себя за совершенно дурацкую неосторожность. Рядом, причитая, суетилась её тётка, наконец, сообразившая, что же на самом деле произошло.

- Зоинька, детка, ты не ушиблась?

- Тётя Клава, не волнуйтесь, - Зоя, испытывая крайнюю неловкость, поспешила её успокоить. Только теперь она заметила сильно кровившую лодыжку, глубоко поцарапанную о мелкие раковины, наросшие словно наждак на бетонной стене набережной. Они обнажились с вечерним отливом и как острые бритвы, усеявшие всю поверхность, торчали в разные стороны.

- О, Господи... Как же тебя угораздило..?

Пока тётка растерянно начала рыться в сумке, подыскивая, чем остановить кровь, мужчина, так вовремя проявивщий сноровку, резонно заметил:

- Рану следует промыть антисептиком и чем раньше, тем лучше. Вода в марине не самая чистая...

Просто так уйти он уже, естественно, не мог и, замявшись, предложил свою помощь.

- Тут недалеко у меня на яхте есть всё неоходимое и если хотите, я могу принести раствор перекиси водорода. Подержите мою собаку...

Не дожидаясь согласия, он решительно передал им поводок совершенно беспородного кабыздоха с отвислыми ушами, которого здесь, очевидно, прогуливал и быстро зашагал в сторону пологого спуска, ведущего к причалам.

- Я сейчас вернусь, - крикнул незнакомец, на ходу, едва обернувшись. Зоя машинально стиснула кожаный поводок, но пёс и не помышлял куда-нибудь вырываться и, как бы понимая всю серьёзность положения, спокойно прилёг на тёплый асфальт, терпеливо дожидаясь своего хозяина. Тот появился так же быстро как и исчез. Буквально через считанные минуты они заметили его с перекинутой через плечо широкой холщёвой торбой.

- Помочь..? - он с видом заправского медбрата начал доставать какие-то пёстрые упаковки, вату и уже готовился приступить к обработке раны.

- Ну, что вы... Я сама, - Зоя, присев и чуть морщась, стала промакивать сгустки крови на ноге. По коже, как будто проехались тёркой и свежие порезы щипили от любого прикосновения. Впрочем, боль отнюдь не мешала Зое украдкой бросать любопытные взгляды на человека, проявившего совершенно негаданную предупредительность. Высокий брюнет с хорошо заметной проседью в волосах показался ей весьма симпатичным и она дажа одарила его благосклонной улыбкой, когда процедура была успешно закончена.

- Ну, вот и замечательно, что всё обошлось, - дружески проговорил зоин спаситель, аккуратно складывая в сумку свой медицинский инвентарь.

- Откуда Вы?

Даже в коротких фразах, которыми они перекинулись между делом, хорошо слышался, не оставшийся им незамеченным, зоин тяжёлый акцент.

- Из Одессы.., - ответила Зоя неуверенно.

- "Раша", - тут же добавила она. Прошлый опыт подсказывал ей, что американцы, в подавляющем большинстве, знают только о столице Москве, где находится Кремль и Красная площадь. Ну разве, что ещё о Санкт-Петербурге... Обо всех же остальных населённых пунктах бывшего СССР они имеют самое смутное представление, считая их чуть ли не захолустными объектами на переферии.

- Это черноморское побережье, - Зоя решила на всякий случай уточнить географическое расположение города, почти уверенная в тщетности своих пояснений.

- Никогда не слышали? - с разочарованием спросила она и тут же заметила за собой непроизвольное кокетство. Оно возникло ниоткуда, возможно, как следствие моментальной благодарности к мужчине, способному в нужный момент подставить своё плечо.

- Простите, я чуть не порвала вашу рубашку, - Зоя покраснела, - Мне очень стыдно. Если бы не Вы...

Последнюю фразу она произнесла, вкладывая в свой голос не только вежливую признательность. Ей внезапно и беспричинно захотелось пофлиртовать. Опасность миновала и отпустившее напряжение, очевидно, и дало волю всем остальным эмоциям. К Зое опять вернулось настроение ласкового вечера и ей вдруг захотелось насладиться тем самым необыкновенным умением, приобретаемым женщиной в определённом возрасте, когда она, повинуясь какому-то бесовскому инстинкту, искушает мужчину совершенно непроизвольно. Непредвиденная и закончившаяся, слава Богу, удачным исходом неприятность, теперь принимала несколько другой оборот и каждый это прекрасно ощущал. Зоина тётка, окончательно успокоившись, предусмотрительно отошла к изгороди, словно желая полюбоваться огнями марины, отражающимися в спокойной воде, но на самом деле, не желая мешать завязавшемуся диалогу между молодыми людьми. Как дама мудрая, она сразу же оценила ситуацию, надеясь от всей души, что это именно тот редкий, но благоприятный случай, в результате которого её племянница сможет устроить в Америке личную жизнь. К своим тридцати девяти годам Зоя так и не вышла замуж, что, естественно, не могло не беспокоить мамину сестру, видевшую в радостях семейной жизни традиционные женские приоритеты. Был, правда, у Зои кто-то в Одессе, но судя по отсутствию должного энтузиазма в её репликах, когда их разговор заходил на столь деликатную тему, ничего стоящего собой эта фигура не представляла. Так... Разовое средство от скуки и одиночества. Вовремя подоспевший яхтсмен произвёл на тётю Клаву хорошее впечатление. В людях она разбиралась неплохо. Ей, выросшей на Молдаванке и посвятившей себя на протяжении более четверти века советской торговле, достаточно было бросить всего лишь один пристальный взгляд на человека, чтобы по одним ей понятным признакам определиться, с кем она имеет дело. Эта врождённая способность физиогномиста, подкреплённая во времена СССР многолетней практикой общения с сотрудниками отдела по борьбе с расхитителями социалистической собственности, позволяли ей в секунду безошибочно распознать любую натуру, даже самую потаённую. С тех пор немало воды утекло: давно развалился Советский Союз, исчез его карательный орган - ОБХСС, но отшлифованные навыки прикладного психолога остались в характере зоиной тётки уже навсегда.

Ничего удивительного, что теперь, когда небольшой инцидент закончился лёгким испугом, она продолжала незаметно наблюдать за развитием событий, ревниво переживая, кого же на сей раз судьба послала Зое в качестве утешения. Даже на скудно освещённой набережной ей удалось пристально разглядеть зоиного спасителя. На вид ему можно было дать года сорок три или сорок четыре, ну, от силы, сорок пять... Статный и приятной наружности относительно молодой человек показался ей довольно положительным, а когда Зоя призналась после, что он предложил показать ей город, у тёти Клавы не возникло и доли желания перечить.

- Зоинька, девонька моя родная, что я могу тебе сказать? На шаромыгу он не похож... Типичный американец и должно быть, наверняка обеспеченный, - добавила она многозначительно, усматривая в таком факте неоспоримое свидетельство одного из основных мужских достоинств.

-Содержать яхту далеко не каждому по карману...

Зоина тётка всегда практично смотрела на мужские увлечения.

- Плохо, правда, что не наш, а иностранец, но зато уж точно, не алкаш...

Усмехнулась она шутливо и тут же задумчиво вздохнула, сопровождая свои слова вполне резонным сомнением по поводу не всегда доступного ей иноземного мировозрения.

- Хотя, может, оно и к лучшему. Видела я здесь этих русских свежих кавалеров - порой и плюнуть не на что. Оно ведь как? У нас, если к сорока годам человек не женат - значит что-то с ним не так. Хороший мужик - как кошелёк на дороге. Долго там не залежится...

В Одессе женщины всегда смотрели в корень, а уж на Молдаванке и подавно, раскладывая как пасьяснс все сложности жизни и работяги, и интеллигента на самые простые составляющие.

- Не американец, а шотландец, - поправила её Зоя, успевшая в коротком разговоре с новым знакомым коснуться его происхождения.

- Он в Америке всего лишь семь лет...

Ей и самой приходилось только догадываться, насколько непривычно для них обеих может относиться к очень многому уроженец другой страны. Впрочем, Зоя, в отличие от своей разумной тётки, не строила никаких серьёзных планов и воспринимала эту неожиданную встречу не более, чем прелюдию к тому самому пресловутому курортному роману, пусть даже в виде одной-единственной встречи.

"...Приятный мужик... С таким грех не провести время..." - думала она про себя, даже и не предполагая, что уже очень скоро их отношения обретут вполне определённый статус и, заязанные в тугой клубок, затянутся на целых три года...

Кристофер, так звали её спасителя, сразу пришёлся Зое по душе. Нельзя сказать, что она почувствовала к нему роковое влечение, от которого начинает безумно колотиться сердце и к коленкам предательски подкатывает девичья слабость. Зоя уже давно спокойно переживала обращённые к ней и красноречивые вздохи, и комплименты, и пристрастно-неравнодушным взгляды. В арсенале у мужчины всегда достаточно средств, чтобы заинтриговать даму и обратить на себя внимание. Её новый знакомый оказался по-европейски учтив, галантен и сдержан. Возможно, даже чересчур... Зое всегда нравились милые негодники. Как определённого склада мужики обычно липнут к стервам, так и некоторые женщины любят видеть в ухажёре дерзкий напор, делающий его чуть-чуть неуправляемым. Но только чуть-чуть... Тот факт, что Кристофер или просто Крис, как он себя представил, совершенно не проявил в первое свидание абсолютно нормального и ожидаемого в их возрасте поползновения к интимной близости, немного Зою озадачил. Справедливости ради, следует отметить, что не любой мужчина станет добиваться мгновенного расположения, но, тем не менее, подобная холодность Зою слегка удивила. Она не подала виду и не стала Криса провоцировать, вполне удовлетворённая отлично проведённым вечером в его компании. Зоя, безусловно, откликнулась бы на призыв разделить с ним постель, прояви он должную настойчивость, но коль скоро этого не произошло, удовольствия от времени, проведенного вместе, отнюдь не убавилось. Для начала Крис, провёз Зою по ночному городу, расцвеченному огнями неоновых реклам, сумев показать те заповедные и замечательные уголки, что напрочь лишают Лос-Анджелес - этот безумно растянутый американский мегаполис его унылого однообразия. Они всю дорогу болтали и Зое, свободно владеющей английским, было даже занятно попрактиковаться в разговорном языке. За ужином в небольшом, но необыкновенно уютном ресторане Крис вдруг предложил присоединиться к нему и "прошвырнуться" в Сан-Франциско. Сначала Зоя решила, что её приглашают прокатиться туда на машине, но как оказалось, прогулка намечалась под парусом.

- Я даже не видела ещё ваше судно, капитан... А вдруг там, отведённая мне каюта, будет недостаточно просторной, чтобы вместить весь мой гардероб!

Зоя попыталась отшутиться, но мысль совершить увлекательное путешествие на яхте в обществе загадочного джентльмена-мореплавателя уже крепко запала ей в голову. Она предусмотрительно не сказала ни да, ни нет и, игриво рассмевшись, попыталась уточнить дату отплытия. Как назло, зоин отпуск подходил к концу и дома в Одессе её ждала работа, где она должна была появиться точно в срок.

"...Однако. События развиваются со скоростью курьерского поезда..."

Зоя не знала как реагировать. То есть, сама шальная идея отправиться с малознакомым человеком Бог знает куда поначалу выглядела совершенно безумной, но, с другой стороны, упускать такой необыкновенный шанс означало примерно то же самое, что порвать на мелкие клочки и выбросить прочь лотерейный билет с крупным выигрышем.

"...Откажусь сейчас и всю жизнь буду потом жалеть..."

Глядя на Криса, воодушевлённо описывающего все прелести путешествия в безбрежном океанском просторе, Зоя мечтательно представила палубу яхты, залитую яркими солнечными лучами, надутые свежим морским бризом паруса и себя там, разомлевшую в шезлонге под шелест ленивой волны.

"...А почему бы и нет, собственно говоря..?"

Только от одной мысли, что скоро ей придётся снова впрягаться в ежедневные скучные обязанности Зою охватила такая неимоверная тоска, что впору было удавиться.

"... Ну, не могло всё это случиться три недели назад...."

Промелькнуло внезапное сожаление и тут же, неожиданно для себя самой, Зоя тихо спросила:

- Крис, а что бы ты сказал, если бы я вдруг приняла твоё предложение?

Она испытывающе посмотрела ему в глаза, как бы с сомнением пробуя монету на зуб и желая удостовериться, что она не фальшивая.

"...Уж не из тех ли он болтунов, кто в стремлении показаться значительными, строят грандиозные, но несбыточные планы и посвящают в них женщину только из пустого желания произвести впечатление? Как бы не шмыгнул в кусты в последнюю минуту..."

Однако, Криса не так легко было сбить с толку или смутить готовностью стать его спутницей.

- Так ты согласна?

Зоинн осторожный вопрос поставил его в тупик. Он, по-видимому, привык не кидать слов на ветер да и с русскими Крис прежде не общался, а уж, тем более, с уверенными в себе женщинами.

- Почти...

Зоя почувствовала себя как тогда на набережной - внезапно теряющей равновесие и проваливающейся в тёмную бездну, но лишь с той разницей, что в глубине сознания сейчас таилось твёрдое убеждение в присутствии где-то рядом крепких рук, которые её подхватят и спасут.

"...Господи, прямо какое-то наваждение..."

Она никогда не считала себя наивной дурочкой, падкой на мишуру красивых, но лживых обещаний, сулящих женщине, чаще всего, если не боль, то неизбежное разочарование. Решиться на интересную, хоть и несколько продолжительную морскую пролгулку, конечно же, было нелегко. С одной стороны, маячила заманчивая перспектива незабывемого и яркого отдыха, а с другой, Зою караулил здравый смысл, взывая к осторожности, переходившей иногда все разумные границы. Он, словно старшая и многоопытная подруга то и дело по-иезуитски нашёптывал ей всякие ужасы, отравляя любую, даже самую малую попытку поступить по-своему.

"...Да не каркай ты, Бога ради...", - всердцах хотелось крикнуть настойчивому внутреннему голосу, из самых благих намерений предостерегающему её от опрометчивого шага. Впрочем, Зоя уже и не колебалась, а лишь машинально, просчитывая каждый день, старалась прикинуть все возможные критические моменты, сопутствующие так счастливо подвернувшемуся случаю.

"...В конце-концов, улететь домой можно и из Сан-Франциско...Остаётся только позвонить на работу шефу и предупредить его. Придумаю что-нибудь уважительное..."

- Послушай, Крис, а как долго туда плыть?

Зоя не могла не теряться в догадках о продолжительности морского вояжа, даже и не представляя сколько времени займёт переход в Сан-Франциско на парусной яхте. Вопрос, как обычно, не застал Криса врасплох.

- А, ерунда! Дня четыре, максимум, пять, если всё будет нормально. Мы можем сделать одну остановку по пути. Я думаю, ночь, проведённая на берегу, не повредит...

Он загадочно усмехнулся, словно предугадывая весь спектр впечатлений отважной гостьи, впервые собирающейся пуститься в далёкое плавание.

- Кстати, как ты насчёт морской болезни? Не беспокоит? Мне иногда приходилось наблюдать за своими пассажирами и за тем, как увлекательное путешествие превращалось для них в сплошной кошмар.

- Не волнуйся, к морю я приучена с детства, - Зоя произнесла это не без гордости, припоминая родительскую традицию почти каждое лето возить её в морские круизы по излюбленному ими маршруту Одесса-Батуми-Одесса. По "крымско-колымской", как шутливо называл эту линию её отец, всегда находивший в советское время только одному ему известные пути бронировать каюту первого класса в разгар курортного сезона.

- Бороться за справедливость по отношению к себе, конечно, можно, но только её реальней просто купить, - обычно с грустной иронией повторял он, помахивая заветными билетами на белый параход.

- Чёрное море - это моя первая любовь, - назидательно отметила Зоя свою сопричастность к водной стихии.

- Значит, решено? - ещё раз переспросил Крис, когда они уже прощались, довольный собой, что удалось уговорить Зою составить ему компанию.

- Спасибо за приглашение, - она ответила ему искренной и благодарной улыбкой, совсем как тогда в марине в день их первой встречи.

- До завтра?

- Как скажете, капитан.

Зоя была бы не она, если бы не подарила мужчине ещё один шанс. Впрочем, её сейчас заботило совсем другое и она ещё не совсем представляла, как преподнесёт тётке головокружительную новость...

Женщина хочет видеть в мужчине не того, кто обрекает её на свободу выбора, а человека, не оставляющего ей иного пути, кроме подсказанного им. Сделать такой вывод способна далеко не всякая женщина и хотя мысль, сама по себе, достаточно очевидная, приходит она в голову только к той, кто знает о мужской несостоятельности не понаслышке. Наверное, причинами неудавшейся до сих пор зоиной семейной жизни были её требования к мужчинам, отнюдь не казавшиеся ей самой завышенными. Она не видела брак единственной и главной для себя целью и считала избирательность совсем не лишним условием отыскать достойного спутника жизни, чтобы связать с ним судьбу. К сожалению, до сих пор ей не то чтобы не везло, но те люди, с которыми Зоя сталкивалась, или предпочитали короткие отношения, или элементарно подыскивали, где бы им половчее пристроиться. Такие претенденты на руку и сердце видели в супружестве даже не тихую пристань для своей души, а лишь преследовали корысть - иметь в одном месте весь комплекс удовольствий: обильный стол и согретую женским телом постель. Одел кольцо на палец и всё под рукой в любую минуту... Как в сказке. И дёргаться не надо. Крис, несомненно, был другой. Зоя безошибочно почувствала в нём ту самую независимость, что позволяет мужчине в принимаемых им решениях обходиться только собственным умом, а не коситься неуверенно по сторонам в надежде отыскать потверждение правильно выбранного пути. Как правило, жизнь не часто балует женщину подобными находками и потому оказаться однажды рядом с таким человеком - это всегда неординарное событие, но оно же и непредсказуемое...

Совершить переход в Сан-Франциско Крис наметил уже давно и лишь дожидался благоприятной погоды. В привычке проигрывать наихудший вариант заключалась одна из особенностей его натуры - незаменимое свойство для яхтсмена, идущего на риск лишь в случае необходимости. Впрочем, любой даже самый дерзкий мореплаватель прекрасно понимает простую истину: если и можно что-либо доказать океану, то только собственную глупость. Никто в море не обходиться без непредвиденных ситуаций, но многое зависит от того, насколько человек к ним готов. Дополнительная пара рук на борту Крису совсем бы не помешала и потому согласие Зои отправиться вместе с ним оказалось как нельзя кстати.

Он заехал за ней утром. Его там уже ждали. Тётя Клава, не стесняясь старинной русской традиции, предложила присесть на дорожку, а потом, уже провожая Зою к порогу, ещё её и перекрестила.

- В добрый час...

Верующей она не была, но повинуясь зову к своим национальным корням, незаметно проснувшегося у неё за границей с удвоенной силой, не видела причин не осенить крестным знамением племянницу, пусть даже на всякий случай.

К полудню подул слабый ветерок. Он зашелестел в безжизненных прежде кронах высоченных пальм, окружавших марину, и их зеленые листья, напоминающие растопыренные многопалые ладони стали переливаться тусклым серебром на фоне глубокой небесной синевы. Зоя, наблюдая эти неестественные и дикие цветовые сочетания подумала, что изобрази кто-нибудь подобное на картине и она сочла бы такую живопись, мягко говоря, нереалистичной и даже безвкусной.. Уж чем-то слишком ненатурально-сочным и неукротимым веяло от пронзительных оттенков здешней природы.

Крис с удовлетворением отметил крепчавший бриз и уже совсем скоро отвязал концы. Яхта медленно и грациозно отошла от причала. Пока он поднимал и складывал кранцы* с обеих бортов, Зоя с интересом рассматривала детали кокпита**, где удобно устроилась на мягких подушках. Прямо перед ней, на уровне глаз находился штурвал - внушительного диаметра колесо с тонким ободом и блестящими спицами. По бокам от него симметрично распологались хромированные блоки, похожие на большие катушки от ниток, окружённые ослепительно сияющим на солнце лакированным планширем.*** Вообще, яхта Криса сразу же произвела на Зою отрадное впечатление. Она ощущала здесь себя очень уютно, как в доме с хорошей аурой, попадая под крышу которого, в душе сразу же возникает желание там остаться. Зоя завороженно сидела под трепыхающимся где-то над её головой парусом и уже точно знала, что в этом месте ей будет необыкновенно хорошо, а самое главное, спокойно. Оттого наверное, безо всякого волнения она воспринимала неизвестность тех дней, что проведёт в открытом океане, вдали от берега.

Какое-то время они двигались по узкому каналу по направлению к выходу из марины и Зоя то и дело ловила на себе взоры тех, кто прогуливался вдоль набережной. Оттуда красавица яхта, легко и тихо рассекающая форштевнем водную гладь, виделась как на ладони и, естественно, не могла не привлекать внимание зевак к своим элегантным обводам корпуса. Почувствовав, что и она предмет наблюдения праздной публики, Зоя почти непроизвольно приняла расслабленную позу и даже без напряжения уселась с ногами на диван.

"...Вот так и я недавно смотрела оттуда и лишь с завистью провожала взглядом шикарную и недоступную жизнь.." - подумала она с грустью.

"...Неужели мне суждено здесь стать только случайной гостьей..?"

Задавшись вдруг таким вопросом, она внимательно и предвзято посмотрела на Криса и, повинуясь выработанному долгими годами инстинкту, попыталась представила его в качестве потенциального мужа.

"...А ведь он, пожалуй, вполне подходящая кандидатура..."

Тот, закончив со швартовыми принадлежностями, спустился в кокпит.

- Ну, как? Достоин ли я похвалы, как матрос палубной команды?

- Нет слов...

Зоя рассмеялась.

- Матрос, он же - капитан, он же - штурман, кто ещё..? - в зоином голосе прозвучали игривые нотки, - мне, право, неловко не иметь никакой судовой роли. Разве что я могу себя предложить в качестве кока и стюарта? Надеюсь, команда не возражает?

- Нисколько!

Готовность пассажирки делить с ним наравне все обязанности, вероятно, Криса очень обрадовала. Одному в море нелегко да и Зоя производила впечатление той женщины, на которую можно будет положиться. Воодушевлённый, он оставил штурвал и принялся разматывать стаксель****. Зоя едва успевала следить за его выверенными движениями, сопровождаемыми жужжанием блоков и хлопками огромного полотнища. Через минуту оба паруса наполнились тугим ветром, накренившим яхту под довольно ощутимым углом, и она, обогнув массивные камни дебаркадера, обсиженные колонией серых пеликанов, легко и стремительно заскользила по волне.

Последний раз Зоя провожала взглядом удаляющийся и тающий в дымке берег только в детстве. Она даже запомнила название теплохода, на котором семья отправлялась в круиз. "Колхида" - небольшой по современным меркам теплоход ей тогда казался фантастическим океанским лайнером. В памяти осталось, как она стояла на корме и долго вглядывалась в исчезающую полоску земли, пока та окончательно не скрывалась за линией горизонта. Путешествовала Зоя и потом: по Волге и по Рейну, но никогда больше не испытывала то неповторимое чувство, когда остаёшься надеине с необъятной взору стихией и понимаешь, насколько она сильна и величественна. Теперь это забытое ощущение посетило её опять, стоило только Крису отойти на несколько миль от берега. Наверное, близость воды, буквально в нескольких футах от краешка кокпита и свежесть, растворившаяся в воздухе сотнями мельчайших брызг, довершили то волшебное настроение, которого ей так недостовало в последние годы. Она положила голову на руки, обхватившившие планширь и только и делала, что смотрела на убегающие вдаль белесые буруны, что возникали один за другим из под борта, осторожно касавшегося переливающейся и сверкающей поверхности океана. Все зоины желания концентрировались вокруг казалось бы, простого, но необыкновенно символичного для неё движения. Яхта как будто уносила вперёд её душу, навстречу ярким событиям, сулившим что-то новое и до сих пор непознанное.

"...Господи, неужели я могла противиться быть здесь? Во имя чего?..."

Как Крис и обещал, переход занял пять дней. За это время Зоя не только освоилась в непривычной обстановке, но и понемногу вникла в премудрости морского дела. Ночью Крис управлял яхтой сам, а днём, урывая случайные часы для сна, на вахте оставлял Зою. Собственно говоря, ей и делать то ничего особого не приходилось. Если отсутствовал попутный ветер, он убирал паруса и яхта шла под мотором. За курсом неизменно следил автопилот и главное, было в случае чего-нибудь непредвиденного разбудить Криса.

В первый раз, оставшись в кокпите совершенно одна, Зоя немного растерялась. Она напряжённо и до боли в глазах вглядывалась в горизонт, стараясь не пропустить ни один плавающий объект. По вполне понятной причине Зоя жутко нервничала - шутка ли: её невнимательность могла обернуться самыми непредсказуемыми последствиями. Как тут оставаться спокойной? Постепенно зоино волнение улеглось и два вахтенных часа пролетели почти незаметно. Теперь Крис мог смело на неё рассчитывать, что он довольно успешно практиковал на протяжении всего пути. Лишь в последний день плавания Зоя не на шутку перепугалась. До Сан-Франциско оставалось часа четыре хода и они попали в зону интенсивного грузового судоходства. В радиусе мили Зоя видела, по меньшей мере, три-четыре парохода, следовавших с ними паралельно, но когда она заметила громадный корпус танкера, движущийся навстречу, прямо по их курсу, ей тут же поплохело до головокружения. С каждой минутой стальная громадина выглядела ещё массивней. Из воды, словно скала возвышался тупой нос, а выпирающий вперёд бульб, рассекающий волну с приличной скоростью, казалось вот-вот проткнёт яхту и уже подомнёт её под себя как паршивую скорлупку. Зоя тут же поспешила в каюту.

- Крис! Танкер!

Наверное, её голос звучал очень возбуждённым, потому как Крис тут же вскочил и метнулся наверх. К счастью, зоина тревога не подтвердилась и они прекрасно разминулись с танкером, но в том момент Зое показалось, что ещё какие-то мгновения и столкновение будет неизбежным. Огромное судно прошло почти рядом и с небольшого расстояния хорошо виднелись облупленная краска на его заваленных бортах и ржавые потёки из якорных клюзов.***** Крис больше не ложился и, несмотря на усталость, продолжал стоять на руле.Он не спал всю ночь и Зоя сменила его не более часа назад. Вскоре опустился туман, обычный на подходе к проливу и, естественно, оставлять Зою одну уже не могло быть и речи. Белесая пелена рассеялась лишь едва-едва возле знаменитого моста "Золотые Ворота". Зоиному восторгу не было предела. Она жадно разглядывала башни-опоры, построенные в стиле арт-деко и толстенные кабели, удерживающие необыкновенно ажурную конструкцию. Вряд ли у Зои когда-нибудь представился бы случай, чтобы увидеть всемирно известную достопримечательность с такого ракурса да ещё и проплыть здесь под парусом. Крис не без тайного удовольствия следил за её реакцией - момент действительно стоил того. Далеко не каждому выпадает счастье открывать для себя мир приватно. Впрочем, и не всем это нужно, но тот, для кого подобная уникальная возможность имеет определённый смысл, никогда не оспорит её исключительность.

Пять дней, проведённые вместе в океане, позволили Зое и Крису теснее узнать друг друга и даже притереться в какой-то мере. Пообщавшись достаточно короткий срок, они уже могли примерно сориентироваться, что каждый из них собой представляет. Крису его новая знакомая всё более виделась несколько иной, чтобы просто стать незаметной спутницей, готовой безропотно исполнять любые прихоти обеспеченного "морского волка". К несчастью, ему иногда приходилось сталкивался с такими. Присутствие на борту смазливых, но бесконечно глупых куколкок очень скоро начинало вызывать у него глухое раздражение. Да и что можно ожидать от пустой красотки со сквозняком в мозгах, которая будет болтаться в море без всякой мотивации, лишь потому, что на берегу ей всё-равно себя нечем занять? Правда, встречались и другие - особо непритязательные, но очень целеустремлённые барышни. Эти ставили себе задачу попроще - любыми путями избавиться от бесконечной головной боли себя содержать и перепоручить столь обременительную заботу кому-то ещё. Зоя не вступала ни в натуральный обмен, ни боролась со скукой и он хорошо чувствовал, что, как партнёр, она его вполне устраивает.

Крис тоже не остался неразгаданной тайной и Зоя успела к нему приглядеться в той степени, чтобы сделать для себя кое-какие выводы. Как человек он, безусловно, ей импонировал. Та сдержанность, показавшаяся Зое в их первой вечер немного странной, вероятно, была следствием его темперамента, свойственного шотландцам, Он никогда не показывал открыто своё настроение, а держал его надёжно замкнутым глубоко внутри. Даже эмоции Криса были всегда под неусыпным контролем, если, конечно, они, вообще, существовали в том обнажённом виде, в каком Зоя привыкла наблюдать душевные порывы у своих соотечественников. Пожалуй, единственное, в чём она уже до конца определилась, так это в мужских способностях Криса, благо романтическая обстановка вовсю распологала к интимной близости. По правде сказать, в постели Зою потряхивало и посильней...

Казавшеяся длинной неделя, пролетела быстрее, чем того хотелось. К сожалению, Зою поджимало время, но даже те несколько дней, проведённые в Сан-Франциско, стали для неё незабываемыми. Уже прощаясь в аэропорту, Крис, с присущей ему осторожностью в словах, вдруг поинтересовался может ли он ей позвонить.

- Наверное, это очень по-шотландски - накануне вечером делить с женщиной ложе любви и утром спрашивать у неё разрешения позвонить...

Зоя насмешливо взглянула исподлобья и протянула ему найденный в сумке клочок бумаги, записав там два номера: мобильный и домашний.

- По одному из них тебе наверняка удастся меня разыскать.

Она тепло его обняла.

- Спасибо, Крис!

Зоя добавила бы что-нибудь ещё, но в непроницаемом взгляде Криса ей не удалось отыскать абсолютно ничего, что бы хоть как-то её подстегнуло. Она улетала в смятении чувств и полной неизвестности, чего ей следует ожидать от случайно завязавшегося знакомства. Да и стоило ли, вообще, строить предположения, с наивностью дурочки, выдавая желаемое за действительность. Несбыточные мечты - как хорошие сны: чем глубже в них погружаешься, тем неохотнее просыпаться и думать о реальности.

Крис, сам того не ведая, разбередил что-то в её душе и тем самым нарушил давно устоявшийся баланс настроения. Неделя, проведённая на его яхте, заставила Зою по-новому взглянуть на себя со стороны. В последние годы с ней ничего не происходило интересного. Она по уши завязла в привычном распорядке предсказуемых событий, превратившихся в спокойный, но бесконечно тоскливый маршрут. Стабильная работа, относительно близкие друзья, удобные привязанности... Вещи, в важности которых ей никогда не приходилось сомневаться. Как теперь оказалось, без всего этого она не только может легко обойтись, но и способна безболезненно напрочь забыть ту свою обычную жизнь. А, если иногда и будет вспоминать, то лишь, сравнивая с другой, где так явственно присутствует праздник. Зое никогда не приходило в голову, что и ей там найдётся место. И она сможет его занять...

Домой Зоя вернулась в плохо скрываемой нервной растерянности. Мать, встретив её в аэропорту, смотрела на дочку с немым вопрсом, словно ожидая, что та, как ошалевшая от счастья Золушка, выложит ей чуть ли не все подробности.

...Уж тётка постаралась, - подумала про себя Зоя, - слух о моём чудесном спасении "одиночкой-миллионером" и путешествие с ним на яхте вдоль калифорнийского побережья здесь уже обрёл вполне отчётливые контуры предстоящей свадьбы."

Она невольно грустно усмехнулась.

"...Похоже, они обе знают больше, чем того есть на самом деле..."

Впрочем, мать ничего не выпытывала, проявляя должный такт и необходимую в подобной ситуации деликатность, хотя её так и подмывало задать какой-нибудь наводящий вопрос. Даже из чисто женского любопытства, не говоря уже о том, что она, давно переживала, как её дочь устроит свою личную жизнь. Прошло несколько дней. Зоя продолжала упорно отмалчиваться, словно боялась невзначай сглазить вспыхнувшую на небосклоне её судьбы едва заметную звездочку, мерцающую далёким и недосягаемым светом.

"...Господи, да что ж происходит? Я сама не своя... Как будто чего-то жду..."

Ей всё время казалось, что Крис вот-вот должен объявиться и она инстинктивно вздрагивала от каждого телефонного звонка. Однако, её разыскивали все, кроме него - незапланировання неделя в Америке по непонятной причине вызвала среди зоиных знакомых нездоровый ажиотаж. Автоответчик был переполнен и каждый считал своим долгом выразить удивление по поводу её отсутствия.

Незаметно пролетел месяц, за ним следующий, а потом ещё и ещё... Зоя вошла в привычную колею и почти перестала вспоминать о Крисе. Со своим ухажёром она успешно рассталась и нисколько о том не сожалела, а другого так и не завела. В последние годы круг её общения заметно поредел: кто-то обзавёлся семьёй, кто-то уехал в поисках лучшей жизни за рубеж и некогда тесная компания, в которой она отмечала памятные даты и дни рождения, естественным образом развалилась. Декабрь принёс в Одессу снежные заносы и как-то сразу повеяло атмосферой наступающих праздников. Зимой Зоя обычно отправлялась куда-нибудь развлечься. Собиралось несколько пар, ничем особо незанятых, и катили куда-нибудь погулять: то в Карпаты, то в Прагу. В этом году мероприятие, ставшее уже традицией, не сложилась. Ехать Зое было не с кем да и абсолютно отсутсвовало соответствующее настроение. Она вяло ожидала Новый Год, предрекая себе одинокий праздничный вечер, как вдруг неожиданно позвонил Крис...

- Желаю тебе счастливого Рождества, - его голос звучал приподнято, словно он намеревался сообщить что-то важное. Так оно и случилось...

Зоя даже не успела как следует удивиться, настолько внезапным стало для неё приглашение Криса продолжить совместное путешествие. На этот раз маршрут плавания лежал не на север Калифорнии, а на юг и уже не в американских водах, а намного дальше - вдоль побережья Мексики.

- Соглашайся, это будет долгий и увлекательный круиз и мне бы очень хотелось, чтобы ты стала моей спутницей, - он не скрывал своего желания вновь встретиться.

- Что значит долгий? - не могла сразу же не поинтересоваться Зоя, предугадывая в его словах некое возможное несоответствие между тем, как они оба смотрят на срок, который Крис называл неопределённым.

- Минимум, год, а там посмотрим...

- Год..! - ошарашенно воскликнула Зоя.

- Да! - он рассмеялся в трубку, - или два... Пока не надоест. Тебя что-то смушает? Если ты не забыла, на борту всегда найдётся достаточно места для твоего гардероба. И потом, мне даже трудно мечтать о лучшем коке и стюарте.

У Зои отчаянно начало колотиться сердце, от предчувствия захватывающих событий, невероятных и соблазнительных и в то же время, пугающих.

- Не забыла.., - её голос слегка дрогнул, но тут же обрёл свой обычный тембр.

- И как скоро?

- Я планирую уйти в море в марте, возможно, в апреле...

Крис чуть помедлил и решил признаться:

- Зоя, это не принципиально. Для меня важно твоё согласие. Ведь ты же не хочешь, чтобы я умер в океане от одиночества? - шутливо проговорил он, как бы аппелируя к её болезненной совести и толкая к раскаянию от возможных колебаний. Впрочем, последнее, что Крис ожидал услышать от Зои - это её отказ. По его глубокому убеждению выбор необременённой семьёй женщиы, в итоге, сводился к вещам предельно простым и не требующим особых раздумий - путешествовать год или два в своё удовольствие, как это делают состоятельные люди, или элементарно лишить себя этой уникальной возможности.

- Я на тебя очень рассчитываю, - вкрадчиво добавил он, ни на толику не покривив душой. Зоя его устраивала во всех отношениях. Короткий переход в Сан-Франциско позволил ему разглядеть в ней ответственного и здравомыслящего человека, на которого можно положиться и не сожалеть о том после. Он не ошибся. Зоя действительно была таковой. Очевидно, именно поэтому она сейчас автоматически лихорадочно перебирала в уме всё стороны довольно сложного решения, сулящего ей помимо прелестей богатой и беззаботной жизни, неизбежные проблемы бытового характера.

"...С работой придётся распрощаться... Никто не станет меня здесь дожидаться... Жаль, конечно - хорошее место. Такое трудно найти. А, может, я напрасно нервничаю и мне больше, вообще, не понадобится об этом переживать?.."

С шальной надеждой на заманчивое будущее пришла и другая мысль, но уже беспокойная:

"...А, что, если у нас с ним ничего не сложится? Потерять столько времени... "

Крис, словно почувствовав зоины сомнения, поспешил тут же избавить её от немедленного и, вероятно, не взвешенного как следует ответа. Он незаметно перевёл разговор на другую тему и пообещал перезвонить через несколько дней. Зоя осталась в глубоких раздумиях, один на один с кучей самых разных вопросов, как с ворохом вроде бы нужных вещей, сваленных впопыхах в чемодан, при спешном и скоропалительном отъезде. Она не могла прийти в себя буквально от всего. От внезапного звонка Криса, от его сумасшедшего предложения, от перспективы уехать из Одессы и, быть может, туда больше не вернуться... То, о чём ей приходилось втайне мечтать и в чём она даже боялась себе признаться, сейчас вдруг обрело вполне реальные формы. Стоило лишь сказать заветное "Да", чтобы её, как любимую книжную героиню Ассоль унёс волшебный корабль, ворвавшийся в серую и неврзрачную жизнь громадой алых парусов.

"...Вот только захочет ли Крис стать моим капитаном Грэем?..." - скептически подумала она про себя. Зоя уже давно не верила в красивые сказки со счастливым концом, а в существование благородных рыцарей и подавно. Уж последний кавалер постарался её в том убедить. Впрочем, и Крис никогда не претендовал на роль принца. Из разговоров с ним во время их последнего путешествия она хорошо усвоила, что он не так широк и щедр, как ей представлялись эти качества у мужчины в её юношеские годы. Пожалуй, в нём было больше житейской практичности, чем необузданного романтизма.

"...С другой стороны, когда джентльмен приглашает даму на прогулку - это действие накладывает на него определённые обязательства..."

Наверное, Зоя отчаянно хотела убедить себя в том, что мужчина и женщина в жизни могут строить свои взаимотношения по бабушкиным рецептам. Не потому ли мы очень часто ищем в прошлом то, чего нам не достаёт в настоящем? Её взгляд упал на фотографию, сделанную в Сан-Франциско. Снимок неизменно улучшал настроение и словно переносил её в те по-настоящему хорошие и незабываемые дни. Зоя уже в который раз вглядывалась в себя за штурвалом яхты на фоне мрачного строения бывшей тюрьмы Алкатрас. В то утро Крис решил ей показать весь залив, довольно протяжённый и живописный. Он специально поставил Зою на руль, а сам не переставал щёлкать камерой с палубы, пытаясь отыскать ракурс получше и запечатлеть наиболее интересные моменты. В кадр вместе с Зоей попал и Вини - тот симпатичный кабыздох, которого Крис выгуливал в вечер их первого знакомства. Собачка была при нём всегда. На берегу и в море, привыкнув там к специфике пространства, замкнутого леерным ограждением и безропотно переживая все неудобства. Ни кустика тебе, ни деревца... На фотографии пёс мирно пристроился у борта, лениво щурясь и полуоткрыв пасть, собираясь сладко зевнуть.

Вообщем-то, приглашение Криса Зою, конечно, обрадовало. Оно как бы становилось продолжением их начавшихся отношений и Зоя уже знала, что согласится. Оставалось только придумать, как это всё преподнести матери...

К удивлению, та восприняла новость не только спокойно, но и даже с должным пониманием.

- Ну и слава Богу. Хоть посмотришь мир...

Она, очевидно, наслушалась от своей сестры хвалебных речитативов по поводу персоны Криса и не видела ничего дурного в том, чтобы её дочь составила компанию человеку, который, возможно, станет в будущем её зятем. Так во всяком случае, ей очень хотелось. Зоины билогические часы предательски тикали, неумолимо сокращая шансы стать матерью и это обстоятельство не могло её не тревожить.

- Зоинька, только звони мне почаще...

На её глаза выступили слёзы и уже через мнуту они обе, обнявшись, ревели как дети. На этот раз Зоя выложила всё. Мать зачарованно слушала и лишь иногда переспрашивала детали, когда не совсем понимала, о чём идёт речь. Она никак не могла взять в толк, кем Крис работает и ей стоило большого труда вообразить, что у кого-то путешествия могут быть их основным занятием.

- Мам, он просто богатый человек. Ну, разве этого недостаточно, чтобы жить в своё удовольствие. Знаешь, что он мне однажды сказал:

"...Говорить о деньгах - пошло, мечтать об их количестве - безнравственно, единственный выход выразить к ним своё презрение - это тратить без лишних слов и не задумываясь.."

Зоя рассмеялась.

- Как тебе нравится такая занимательная буржуйская философия?

- Он собирается тебя содержать? - холодно перебила её мать. Она долго и мучительно подбирала нужное слово, но так и не смогла обойтись без очевидной двусмысленности.

- О чём ты говоришь? - неожиданный вопрос в лоб немного рассердил Зою, - меня не покупют как постельную принадлежность. К твоему сведению, я наравне с ним собираюсь делить все обязанности на яхте, - она произнесла это в полной уверенности своей правоты, успев уже однажды убедиться, насколько несведущий человек далёк от морской жизни. Другой мир... Да что говорить, ей и самой ещё совсем недавно было бы не под силу представить все сложности, сопутсвующие длительному плаванию. Всё равно, что пофантазировать на досуге о полёте в космос.

- И потом, почему бы не поставить вопрос иначе? Меня приглашают разделить впечатления от путешествия, а не расходы на него. Как говорит моя тётка и твоя сестра: прочувствуйте разницу...

Зоин голос осёкся и теперь в нём прозвучало едва заметное сомнение. К сожалению, мамины слова не были, столь далеки от истины. Она уже и сама размышляла на тему своего финансового статуса.

"...Надо будет осторожно намекнуть Крису и выяснить что он думает по этому поводу. Одно дело, неделя и совершенно другоё, год... Или два?"

До столь щепетильного обсуждения дело так и не дошло. Когда Крис ей позвонил опять, Зоя не рискнула затронуть достаточно щекотливую тему. Сначала не пришлось к слову, а потом вообще, ей показалось неудобным и неловким даже заикнуться о вроде бы и неуместном вопросе. В начале разговора её подспудно немного тяготила эта сторона их взаимотношений, но вскоре под действием магической уверенности Криса она решила оставить всё как есть. Да и волновало его совершенно другое. Теперь, заручившись зоиным согласием, Крис больше всего интересовался её документами, которые вполне могли стать нежелательным тормозом.

- Не беспокойся, - Зоя поспешила внести ясность, когда речь зашла о её гражданстве. По настоянию тётки, она не только сумела легализоваться в США, но и умудрилась получить американский паспорт. Это обстоятельство решало все проблемы...


* * *


В Лос-Анджелес Зоя собиралась прилететь в конце марта. Так они условились с Крисом и теперь для Зои наступили дни, наполненные приятным ожиданием. Она нежилась в предвкушении новой жизни, но не торопила события, а наслаждалась их волнующим смыслом. О своих планах Зоя предпочитала не распространяться. Ни среди знакомых, ни среди близких подруг, уже не раз наученная жизнью, что не стоит вызывать в людях зависть, пусть и неосознанную. Даже своего шефа Зоя решила не посвящать в подробности причины, по которой она уходит из фирмы, прекрасно понимая её, мягко говоря, необычную окраску. Да и как бы она объяснила мотивы своего поступка? Сказала бы, что уезжает в Америку, откуда на частной яхте уплывает чуть ли не в кругосветное путешествие? Вряд ли подобная новость кого-нибудь оставила бы просто равнодушным или, тем более, обрадовала. Уж ей бы пожелали вдогонку и напутсвовали незлым тихим словом...

Несколько месяцев пролетели почти незаметно и весной, первого апреля, как раз на международный День Дурака Зоя уже помогала Крису отходить от причала. Она стояла на палубе яхты и подхватывала концы, как вдруг у неё мелькнуло непроизвольное и странное предположение, что всё это весёлый розыгрыш фортуны. Может быть, не совсем безобидный, но ведь на то и первоапрельская шутка, участие в которой в качестве главного дейтсвующего лица - удовольствие ниже среднего. В итоге, ирония судьбы состоит не в том, что она засылает нас туда, откуда потом не выбраться, а в неизбежности понимания собственного бессилия ей противостоять. Ведь совсем не обязательно стать жертвой злого рока и с тоской наблюдать приближение неминуемой погибели, можно однажды обнаружить себя и в счастливом плену, но без всякой надежды на освобождение. Пожалуй, Зое никогда раньше не приходилось испытывать столь сложного букета ощущений. Она тихо ликовала от вдруг обретённой сопричастности уже к иному миру и в тоже время, страшилась. Испробовать до конца этот, с виду простой, но, предательски развращающий сознание, стиль жизни - значило навсегда распрощаться с прежним мировоззрением. Хотя, в нём вроде бы ничего такого особенного и не было? Ну, стоит ли говорить о том, как это хорошо по утрам просыпаться спокойно, а не вскакивать и в спешке начинать день? Не прилагать усилий, заставляя себя делать то, чего не хочется. Наконец, оставить бесплодные попытки убедить себя в необходимости вещей, воспоминание о которых только напрягает. Тогда, во время первого короткого круиза в Сан-Франциско Зоя нечаянно подумала об этих "мелочах", но тут же поспешила отбросить крамольные для обыкновенного человека мысли за их полной ненадобностью.

Путешествие принесло Зое, пожалуй даже более того, чем она от него ожидала. Никогда прежде ей не приходилось проводить столько времени в океане. Новизна была абсолютно во всём, но не обошлось и без разочарований. Крис давно вынашивал желание открыть для себя Калифорнийский залив или как его называют в Мексике - море Кортеса. Он собирался обойти его вдоль всего побережья, прежде, чем двинуться дальше на юг и путь до этого заповедного уголка из Лос-Анджелеса стал для Зои по-настоящему серьёзным испытанием. Тогда, во время перехода в Сан-Франциско Крис принимал её как королеву и два вахтенных часа, что она проводила на подушках в кокпите, Зое уже казались сущей безделицей по сравнению с тем, что он на неё сейчас взвалил. Теперь Крис делил с ней время на вахте поровну и не только днём. Не раз Зоя готова была проклинать своё решение отправиться с ним неизвестно куда и непонятно зачем. Особенно жутковато было по ночам, когда ей приходилось оставаться в кромешной тьме абсолютно одной у руля и следить за приборами. А, как её выматывал радар...

...Ненормальная, - на чём свет стоит ругала себя Зоя, пытаясь определить фактическое растояние до точки появлявшейся на его экране.

"...Поделом дурёхе. Захотелось сладкой жизни..."

Она всматривалась во мрак, выискавыя навигационные огни другого судна и одновременно испытывая приступы жесточайшей психастении.

... Оно мне надо..? - чуть не плача, сорушалась Зоя от жалости к себе.

Наутро, когда она просыпалась после четырёх напряжённых часов вахты и долго нежилась в тёплой постели, у неё диаметрально противоположно менялось настроение. От ночных страхов не оставалась и следа и Зоя долго могла лежать без движения, наблюдая в просвете люка над её головой туго надутый парус на фоне пронзительной голубизны неба. В такие минуты она не знала как благодарить судьбу...

В море Кортеса они застряли надолго. Сначала Зоя недоумевала, что Крис находит в бесцельном созерцании диких скалистых бухт, где очередная якорная стоянка напоминала предыдущую. Великолепная и пленительная в первую неделю плавания картина, где красноватые горы вырастают прямо из воды, постепенно начала утомлять неизменностью одного и того же пейзажа. Бесконечный, тянущийся на многие мили, ландшафт разрушал привычное представление о пространстве, сокращая время нескольких месяцев до впечатлений одного-единственного дня, которому суждено повоториться вновь и вновь. Зою всё чаще и чаще стали угнетать безлюдные пляжи и полная тишина, не нарушаемая даже криком чаек. Она почувствовала неумолимо надвигающуюся скуку, которую едва скрывала от Криса и уже хотела побыстрее отсюда выбраться, как вдруг в ней что-то изменилось. В какой-то момент неторопливое плавание перестало казаться изматывающе однообразным и Зоя заметила за собой, как её душевное состояние органично вплетается в окружающую обстановку. Даже когда однажды утром она увидела на горизонте холмы с облепившими их крохотными строениями, у неё возникла смутная неприязнь от присутствия очага цивилизации в этом нарочно забытом Богом месте. Создатель как будто намеренно сохранил его от чересчур пытливого человеческого разума, для приюта тех, кто ищет покоя. Впрочем, посещение Пуэртеситоса, как назывался тот сонный городок, совершенно не повлияло на то умиротворение, в котором Зоя уже перманентно пребывала. Её даже перестали посещать сомнения, что прежде неумолимо терзали душу, когда она размышляя о себе и о Крисе. Если раньше Зоя могла бы худо-бедно представить своё и его совместное будущее, то теперь она ни в чём не была уверена. Зоя смирилась и воспринимала их отношения довольно бесстрастно. Да и Криса, по-видимому, они вполне устраивали - честное партнёрство мужчины и женщины, связанных узами дружбы. Ведь совсем необязательно вместе спать и любить друг друга. Вполне можно обойтись и без сердечного трепыхания, полагаясь на здравый смысл и инстинкт. Точно так же как утолять голод или жажду, преследуя лишь физиологические потребности.

Чаще всего Крис видел в Зое члена своей команды. Равного с ним в правах, но и несущего полную ответственность. Впрочем, в море иначе нельзя. Это Зоя усвоила твёрдо и уже не ждала к себе каких-то исключительных поблажек. Её статус дамы в обществе джентльмена остался в доме у тётки вместе с ненужным барахлом, типа шипцов для завивки волос и роскошного маникюрного набора "Золингем", который она притащила с собой из Одессы неизвестно зачем. Усердно "чистить перья", как любая уважающая себя женщина это делает на берегу, на яхте было лишено всякого смысла. Тушью для ресниц и лаком для ногтей Зоя в последний раз пользовалась перед самым отплытием. Наверное, Крис даже и не заметил бы разницы в её облике, вздумай она нанести макияж на обветренное лицо. К своему псу, конечно же, находившемуся всегда рядом, он, пожалуй, проявлял большее внимание. Каждый раз, когда Вини скулил по нужде, а Крис спал, Зоя, пристегнув харнес******, всегда с превеликой осторожностью пробиралась за собачкой по скользкой от соли палубе, на нос и крепко держала его там за ошейник. Она прекрасно знала, что, не приведи Господь, пёсик свалится в воду и тогда она уже точно отправится вслед за ним. Однажды Зоя, шутки ради, спросила, Криса кого бы в случае кораблекрушения он стал спасать первым - её или своего четвероногого друга, чем поставила его в довольно затруднительное положение. Крису никогда не приходило в голову без нужды копаться в себе и проигрывать гипотетические экстремальные ситуации. Зачем? Их, настоящих, а не оторванных от ежедневной реальности, в океане и без того предостаточно.

Первые полгода зоиной одиссеи пролетели довольно быстро, а потом дни побежали ещё быстрее. Короткий сезон штормов Крис решил пересидеть в Лос-Кабосе. Тамощняя марина была идеальным убежищем и давала ему шанс ненадолго оставить яхту и вернуться в Лос-Анджелес. У него там скопились какие-то дела и, естественно, с собой он прихватил Зою. Ей не пришлось ютиться у тётки и она с комфортом провела несколько месяцев в квартире Криса в роскошном конодоминиуме, расположенном в Сенчури сити. Пожалуй, у Зои теперь существовали все основания считать их связь уже вполне стабильной. Так, собственно говоря, это и выглядело и не только со стороны. Крис даже познакомил Зою с некоторыми своими близкими приятелями и те уже видели в ней его потенциальную супругу. Но это ровным счётом ничего не значило. У Криса не проскальзывало ничего, чтобы могло бы стать хоть каким-нибудь даже самим слабым намёком на нечто серьёзное в их отношениях. К исходу февраля они вернулись Лос-Кабос...

Дружба между мужчиной и женщиной именно тем и хороша, что их симпатии легко трансформируются в сердечную привязанность. К величайшему зоиному сожалению, ничего подобного так и не случилось ни с ней, ни с Крисом. Они продолжали быть только друзьями и Зоя это слишком хорошо понимала. Всё, что могло произойти уже произошло и их души согревало не более, чем взаимное уважение да привычка видеть друг друга рядом. Долгое путешествие, продлившееся ни много, ни мало - два споловиной года, подходило к концу.

В Лос-Анджелесе какое-то время Зоя жила у Криса. Они по инерции оставались вместе и так бы всё, вероятно и продолжалось, не появись вдруг в его жизни новая пассия. О ней Зоя узнала не сразу, а когда Крис прямо выложил, что у него любовь, она восприняла этот факт довольно безучастно.

- Я не могу и не хочу от тебя это скрывать, - в его тоне Зоя не услышала вины.

- Такое со мной впервые.., - Крис вовсе не оправдывался, а словно делился с ней как мужчина может разоткровенничаться со своим другом, инстинктивно желая поддержки, пусть даже в виде одобрительного молчания.

- Зоя, я думаю, что нам лучше расстаться.

Крис, наконец, выдавил из себя улыбку сожаления, похожую на скупую гримасу театрального трагика.

- Можешь оставться здесь, сколько захочешь...


* * *

В Одессу Зоя решила не возвращаться. После почти трёхлетнего отсутствия жизнь там ей уже не казалась такой привлекательной, как она привыкла о ней думать раньше да и никто в этом городе её особо не ждал. Слетала навестить мать и вернулась обратно в Лос-Анджелес. Наверное, немаловажным обстоятельством послужило и то, что Зое подфартило устроиться здесь на работу - совсем неплохую даже по местным меркам. В Америке в сорок два года у женщины ещё всё впереди и многое только начинается. Она поселилась в Санта Монике и часто оттуда ездит гулять в марину, где судьба её свела с Крисом. Каждый раз, проходя мимо той злополучной расшелины, куда она чуть не свалилась, Зоя непременно вспоминает с благодарностью тот удивительный период своей жизни, как, может быть, один из самых лучших. Любовь не приходит по приглашению, как, впрочем, и уходит по-английски, не попрощавшись...


* Кранцы - надувные резиновые прокладки, используемые для швартовки.

** Кокпит - углубленное открытое помещение в средней или кормовой части палубы яхты для рулевого и пассажиров.

*** Планширь - верхний брус фальшборта.

**** Стаксель - парус, крепящийся впереди мачты.

*****Клюз - обрамленное литой конструкцией круглое, овальное или прямоугольное отверстие в фальшборте, палубе или борте, служащее для пропускания якорной цепи, швартовных концов или буксирного каната.

******Харнес - специальный пояс с тросом, используемый на парусных яхтах для предвижения по палубе, предохраняющий человека от падения за борт.