# Письмо от Сергея

Александр Сергеевич Черевков

Письмо от Сергея.

На следующий день после телефонного разговора с Сергеем, мы отправили ему переводом сто американских долларов.

Затем Людмила связалась по телефону с Сергеем и узнала от него, что сто американских долларов от нас он получил.

Конечно, у нас было желание отправить больше американских долларов Сергею. Но тяжёлое материальное положение нашей семьи в Израиле, никак не позволяла нам пересылать большие деньги.

Телефонные переговоры с Сергеем и пересылка ста американских долларов обошлись нам в половину нашей средней зарплаты за один месяц.

При таких темпах расходов на следующий месяц мы могли остаться без средств содержания собственной семьи.

Поэтому мы решили следующие сто американских долларов отправить Сергею через пять месяцев ко дню рождения 25-го мая 2005 года, когда нашему Сергею исполнится пятьдесят лет. Нам надо поддержать брата.

Прошла целая неделя, прежде чем решился прочитать письмо, полученное от Сергея о смерти нашей мамы.

За свои не полные шестьдесят лет, мне пришлось видеть много опасностей и не однажды довелось смотреть в глаза беззубой смерти.

Не по слухам находясь в объятьях клинической смерти, наблюдал со стороны, как оплакивают мое остывающее тело. Но каждый раз находил в себе какие-то неведомые силы, чтобы вернуться обратно к жизни.

Не дай Бог в тот самый ужасный момент моей жизни проявить слабость моей души. Тогда мне было бы не суждено встретиться со своими родными людьми.

Прекрасно помню, как мама тряслась над моим остывающим телом, когда в больнице Избербаша находился в состоянии клинической смерти после того, как меня сбил мотоцикл во время моей игры в волчок на проезжей части нашей улицы.

Моя детская душа, покинувшая мое бренное тело, с состраданием наблюдала со стороны над горем моей мамы.

Тогда не мог оставить в горе маму, с утратой её старшего сына, которому в тот год едва исполнилось десять лет.

Мне неизвестно какая сила заставила вернуться моей душе обратно в остывающее тело и забиться звуком новой жизни в умолкнувшее сердце.

Если бы мне была известна та сила моего воскресения, то сейчас обязательно применил бы эту силу, чтобы вернуть к жизни мою умершую маму.

Но был бессилен, что-то сделать, чтобы воскресить свою маму. Единственное на что сейчас способен, это пересилить свой страх перед письмом и фотографиями мамы. Прочитать письмо от брата Сергея о смерти нашей мамы.

"Здравствуйте Люда, Саша и ваши дети!" - с трепетом от страха, прочитал первые строки письма от Сергея. - "Мама умерла 1-го октября 2004 года в 14 часов 50 минут. Как раз в праздник пожилого человека.

Ровно через месяц после трагедии в школе ┼1 в Беслане. Где когда-то мы все учились. Мы оба тогда едва выжили от того ужаса, который охватил нас при виде сотен детей и взрослых, среди которых были наши родственники, друзья и знакомые.

Похороны мамы сделал хорошие. На том свете наша мама не будет в обиде ни на кого. Зака-зал маме шесть венков от всех нас.

Не забыл записать на лентах венков детей, внуков, сестёр и племянников. От дома ветеранов тоже был венок.

Сразу поставил гранитный памятник. Заказал автобус на двадцать человек. На поминки нашей мамы накрыл столы в столовой на двадцать человек. Было все, как положено на поминках православной терской казачки.

Когда умерла наша мама, звонил вам домой по телефону, но никакой связи с вами не было. Целый день звонил, но в телефонной трубке были короткие гудки занято.

Может быть, неправильно набирал номер вашего телефона или у вас поменялся номер домашнего телефона?

Пытался дозвониться через коммутатор. Мне сказали, что такой номер, возможно, не существует или постоянно находится на связи с другим местным абонентом по всему Израилю.

В смерти нашей мамы виню психиатра. Она выписала лекарство диоксид и аминозин. Сказала давать маме по одной таблетки диоксида каждое утро. На ночь по одной таблетке аминозина. Последствие аминозина мне известно хорошо с дня моего рождения.

Поэтому маме аминозин дал всего лишь один раз. Аминозин давал маме пятьдесят пять дней. Когда маме стало плохо, так вызвал скорую помощь.

Мне сказали, что у мамы передозировка лекарства. Но скорая помощь не взяла маму в больницу. Сказали мне, чтобы больше ни давать маме лекарство.

Может быть, все пройдёт до утра? Не смотря на преклонный возраст нашей мамы, все врачи надеялись на её крепкий организм. К утру маму сковало. Она стала не подвижная.

Не может встать на ноги, лечь в кровать или сесть на стул. Мама разговаривала со мной и была при полном сознании, но никак не могла двигаться.

Словно вся парализованная, как было с её мамой. Нашей бабушкой Нюсей, которая была пролинованной тридцать лет.

16-го сентября мама позавтракала на кухне. Положил маму в кровать, а сам пошёл на минутку к себе домой. Когда вернулся обратно, чтобы предложить маме пообедать, то застал маму скованной. Смотрит в одну точку и молчит. Тут же вызвал маме скорую помощь. Врачи сделали ей укол. Сердце у мамы работало нормально. Давление то же было нормальное. Никаких признаков паралича не могло быть. Причина совсем в чем-то другом?

Врачи стали спрашивать, какое лекарство мама пила раньше. Когда сказал врачам, что мама кроме дигоксина ничего в последние дни не принимала, то врачи сразу сказали, что мозг мамы полностью атрофировался от этого лекарства, то есть, было неправильно назначение лекарств.

В данный момент медицина бессильна помочь больной. На некоторое время врачи прекратили вмешательство с целью спасения мамы. Ждали, когда у мамы пройдёт кризис.

Думал, что подниму нашу маму. Мама без движения лежала в кровати. Полмесяца кормил маму с ложечки. Носил её в туалет. Мыл в ванной комнате. Переодевал и расчёсывал волосы.

Старался изо всех сил как-то расшевелить нашу маму, чтобы наша мама стала двигаться. Мама всегда говорила мне, когда был тяжело больной, что когда человек движется, то живёт.

Без движения человека жизнь сразу прекращается, одна дорога, на тот свет в могилу. Мама была права. Без движения мама умерла через две недели. Мама умерла точно так же, как умер Арафат, о смерти которого рассказывали по телевизору.

У мамы был такой же диагноз и её так же отравили диоксидом, как отравили Арафата. Словно подсмотрели по телевизору, как сократить жизнь нашей маме, которой два месяца назад исполнилось восемьдесят четыре года. По меркам наших родственников мама могла жить лет двадцать-тридцать.

Теперь о Юрке. Когда мама была вполне здорова. В это время Юрка вышел из заключения. Мама угробила на него почти все свои сбережения. Вставила ему на зубы золотые коронки.

Прописала в Благовещенске. Ведь нашего Юрку посадили тогда, когда мы жили в Таджикистане. По документам Юрка числился гражданином Таджикистана.

Маме потребовалось доказывать, что она орденоносный ветеран труда со времени войны с немцами. Сейчас она старый и больной человек, которому нужен опекун в качестве здорового сына. Так как другой сын, то есть. инвалид с рожденья сам нуждается в опекунах.

Прописка все равно без оплаты крупной суммы денег не обошлась. Мама отдала все деньги, чтобы устроить жизнь Юрке. Вскоре Юрка сам заявил, что женится на женщине с двумя детьми.

Невеста сама годилась ему в дочки. Свадьбу справили шикарную. Было много гостей со стороны жениха и невесты.

Юрку устроили работать слесарем на завод. Дела у него сразу пошли в гору. Хорошая зарплата. Молодая жена. Здоровье у Юрки хватит на много лет жизни.

Мама радовалась, что наконец-то наш Юрка взялся за ум. Стал по жизни хорошим человеком. Есть у него семья и дети.

Едва только мама заболела, как Юрка тут же развёлся с женой и куда-то сбежал, чтобы его не посадили в тюрьму яко бы за алименты на чужих детей.

Но в действительности Юрка сбежал за кражу стекловаты с завода, где он работал слесарем. Так мне сказали милиционеры, которые приходили допрашивать меня за соучастие с братом в краже.

Затем приходили из ФСБ. Сказали, что Юрка со своими дружками обворовал местную церковь или даже христианский храм. Не знаю, откуда у Юрки в нашем городе дружки?

Ведь за годы нашей жизни в Благовещенске, Юрка все время сидел в заключении. Город мог видеть только через решётку. Вдруг, у Юрки появились друзья среди воров.

Наверно на роду у Юрки было написано, что всю свою жизнь Юрка проведёт в лагерях за колючей проволокой. Мне, конечно, жалко своего брата близнеца. Но в его заключении больше не буду поддерживать с ним связь.

Теперь немного о себе. В данный момент не болею и живу в своей четырёхкомнатной квартире. Две комнаты сдаю одной молодой паре. В других двух комнатах живу с одной дамой, которая иногда любит выпить.

По иронии судьбы, эту женщину зовут Галина, также как мою бывшую жену, которая вначале нарожала мне детей, а когда дети повзрослели, то бывшая жена сбежала от меня в Ярославль вместе с нашими детьми.

Сейчас они там живут. Дети иногда приезжают ко мне или пишут письма, когда им нужны деньги. Максим сделал меня дедушкой.

Жена Максима родила сына. Алена все по мужикам, а родить никак не может. Все дети у Алёны рождаются мёртвыми.

Видимо так бог наказывает Алену за разгул и за кражу денег у своей бабушки, нашей мамы. Бабушка задолго до своей смерти простила Алене кражу денег в размере восемьдесят семь тысяч. Но зато Алена, ни разу не пришла к больной бабушке и даже не ходила на могилу бабушки, когда приезжала ко мне за деньгами с очередным любовником.

Ни дал Алене денег. Сказал ей, что деньги надо зарабатывать своим трудом, а не выпрашивать у своего больного отца.

Вообще-то мне стало очень тяжело без мамы, но держусь. Надеюсь, что мои дети опомнятся и вернуться в свою квартиру. Лично мне одному такая огромная квартира не нужна.

Зато все вокруг претендую на мою четырёхкомнатную квартиру. Молодая семейная пара прямо в наглую навязывают мне свою престарелую маму, которая живёт в своём доме в деревне.

Советуют мне, чтобы женился на их маме и съехал в деревню, а свою квартиру отдал молодой семейной паре.

Совсем с ума не спятил, чтобы ехать к незнакомой мне старухе в деревню в прогнивший деревянный дом, где нет никаких удобств, а медицина находится в Благовещенске. Тоже хочу нормально жить, со всеми городскими удобствами.

Галина, которая живёт со мной, тоже не дура. Постоянно намекает мне на свою прописку. Хочет, чтобы следом за пропиской притащить в мою квартиру двух своих детей, которые не лучше своей мамы и моих детей.

Все ждут моей смерти, чтобы затем присвоить себе мою шикарную четырёх комнатную квартиру. Но они не дождутся моей смерти. Живучий человек. Меня хоронят пятьдесят лет, а пережил многих, кто собирался закопать меня в землю и этих своих квартирантов переживу или сам выгоню их от себя из своей большой квартиры. Приму хороших квартирантов.

Хочу приватизировать свою квартиру на Алёну и на Максима, они все-таки мои дети. Мои дети живут сейчас по чужим квартирам. В горисполкоме говорят, что без согласия всех сторон приватизировать квартиру нельзя.

Написал письмо Алене и Максиму насчет приватизации, так они вместо согласия устроили балаган.

Стали писать, что дурак, вмешиваюсь в их личные дела. Видимо моих детей настраивает против меня их мать, Галина, моя бывшая жена, которая постоянно через наших совместных детей выуживает из меня деньги.

На все праздники и на все дни рождения посылаю своим детям деньги. Дети и по будням высасывают из меня деньги.

Хотя прекрасно знают, что весь мой доход от моей пенсии и от квартирантов, которым сдаю две комнаты в квартире. Денег мне едва хватает на нормальную жизнь.

Может быть, действительно полный дурак, что даю кровные деньги вполне здоровым своим детям, которые не работают?

Пожалуй, на этом закончу письмо. До свидания. Целую вас всех. Ваш Сергей. 28.11.04г."

"Видимо у Сергея плохо с памятью." - подумал. глядя на дату отправления письма. - "Ведь письмо было отправлено в день моего рождения, а Сергей ни словом не обмолвился насчет моего дня рождения.

Кроме того, Сергей путает числа событий и повторяется в письме о происходящем. Наверно смерть нашей мамы сильно потрясла его. Всю свою жизнь Сергей жил заботами нашей мамы и, вдруг, остался в полном одиночестве.

Теперь в случае обострения его болезни ему даже лекарство некому будет подать в постель. Тем более ухаживать за ним надо будет во время его болезни. Раньше мама и Сергей хотя бы как-то ухаживали друг за другом или могли вызвать на дом врачей скорой помощи.

Сейчас каждый день жизни Сергея, целая трагедия. Сергей может умереть в любой момент, никто ему не поможет."

По содержанию письма от Сергея, понял, что ему ничего неизвестно о пророческом сне нашей мамы и о содержании последнего письма от нашей мамы, тоже Сергей не знает ни строчки. Выходит, что мама просто пощадила Сергея. Так как Сергею без маминого трагического сна, досталось много проблем в его нелёгкой жизни. Позволительно ли мне, хотя бы как старшему брату, обсуждать проблемы Сергея после смерти мамы. Если не могу ему помочь. Не говорю о материальном положении. Даже морально не могу поддержать больного брата из-за большого расстояния между нами. Сергей не может к нам приехать по разным обстоятельствам, связанным с его здоровьем и с законами Израиля. Также материально не могу поехать к нему в гости хотя бы на месяц...