# Десять и ещё одно стихотворение, написанные ночью

Ирина Викторовна Чуднова

Сборник в первоначальной редакции (первые десять стихотворений) опубликован в 130-м номере "Вечернего Гондольера".

ДЕСЯТЬ И ЕЩЁ ОДНО СТИХОТВОРЕНИЕ, НАПИСАННЫЕ НОЧЬЮ


Попытка оправдания

Напряжение

"В межреберье дробное клокотание..."

"...а бывает, что утром забудешь на тумбочке ключ..."

Вдохновение

"Верно, мы встретимся призрачно-будущим летом..."

"Ночь ветрена..."

"Эта осень разделит нас на маету получувств ..."

"эй! кто-нибудь!.."

Внутренний голос

Моя усталость..


ZHD Будет слеза на ресницах, будет синдром похмельный - так бесконечно длится раскаянье. В понедельник станет банальным счастьем, прошлого бред недужный, сизый дымок ненастный, Вам бесконечно чуждый. 21.10.2001г. г. Пекин, Чжичуньли, 21. ..^..

"Я аттестован работать под напряжением". ZHD Скрипнут несмазанно двери - мир причастится луной, славно Вам Фрейдом промерить груз опечатки ночной, горечь обиды вчерашней, вид из чужого окна.. Так над готической башней гулко дрожит тишина. 21.10.2001г. г. Пекин, Чжичуньли, 21. ..^..

В межреберье дробное клокотание - закипающий чайник. Наделяющий Молчанием лепечет: "слова - серебро, медь, бронза, алюминий.. не надо, слышишь! сдержись! сорвёшься - всей птичке пропасть!.." ..коготок бескрылый, я, на тонкой качаюсь ветке балансирую неумело, вспомнив дарёное прозвище: Весенняя Ласточка из рода Ли*, пичужка, не делающая весны. Январская ветка сливы - пристанище ей на мгновенье, на крылья сложить, на спеть недолгую песню, вдохнуть чуть слышный аромат осеннего тленья, на перья почистить, на выдохнуть в замёрзшие чьи-то ладони неверную жизнь - чашку чая скитальцу согреть.. 16.07.2003г. г. Пекин, Шанди Сили, 3. _____________________________ * Весенняя Ласточка из рода Ли - Ли Чуньянь - моё первое китайское имя, полученное от названного отца. "Подражая закатам, стареть научилась весенняя птица" - того же происхождения. ..^..

Н. Санниковой ..а бывает, что утром забудешь на тумбочке ключ, и до самого вечера даже не вспомнишь о нём, чтобы в гулком подъезде всю ночь промолчать о своём. Там, за пыльным стеклом, старый тополь надсадно скрипуч, и порезался ветер оконным осколком-ножом, и окурков вонючих надуло в межрамный проём, и унылое низкое солнце ползёт из-за туч - некий бывший вернёт, наконец, бездельем заржавленный ключ - он так долго откладывал этот визит "на потом". 19.09.2003г. г. Пекин, Шанди, Сили, 3. ..^..

..перебираю пошагово, слово за словом смакуя, душою крючкастой, как за ошмётки в общем котле, цепляюсь за чувства, я не ропщу, Боже, на самость такую и не претендую, Господи, на принадлежность к искусству, только пишу, ворчу, бормочу втихую, прячусь за рифмы, тянусь к пустоте, мечусь и кровью харкаю, чьи-то порезы врачую, кутаюсь ритмом, как ветром, травлюсь нафталином и дустом чьих-то звенящих аллюзий, Маркесом*, Босхом* и Прустом*, прошлым крещённая веком постом-мясопустом - я забываюсь, и это проклятье призывное светлое чую. 08.10.2003г. г. Пекин, Шанди, Сили, 3. ____________________ * Маркесом, Босхом и Прустом - нет, это не мои идолы-кумиры, считайте их упоминание простой формальностью-приметой времени. ..^..

Феде Гайворонскому Верно, мы встретимся призрачно-будущим летом - солнце расплавится золотом-оловом в лужах, пух тополиный живо напомнит былую-небывшую стужу - осенью-мороком перебираю сюжеты пришлые-прошлые. Голос подсел и простужен, взгляд расторможен, подёрнулся ветреной дымкой - я о далёком, случайно-придуманном грежу, нервно-размеренно стрелка скоьзит по двенадцатиричной картинке - сердце толкает гнилую осеннюю слякоть всё реже и реже и реже. 08.10.2003г. г. Пекин, Шанди, Сили, 3. ..^..

Олегу Горшкову Ночь ветрена, оправлена в городской бетон, ветер стонал бы, но только свистит в кариесном зубе квартала. "Джазовая импровизация с котом" хорошо звучит, но кончается быстро. И мало - всего на стакан чая с корицей, притом не самой вкусной и качественной (что-то нынче брюзжу устало). Нет, чтобы рассказать о том, где была и что видела, в каких облаках витала, каким млеком и мёдом грежу наполнить свой дом. И тому подобное, чтоб непременно потом убедительное продолжение следует. Чёрт угрюмо сопит, толкает под локоток: "Ещё напиши про то, отчего третий день горят щёки и кривится рот, отчего и сквозь ветер тоска твою душу скребёт, самолюбье бежит с пьедестала. Зарифмуй: "потолок - на часок - уголок", "три вокзала - "прощай" не сказала". Полудевочка-полусурок - я молчу, мне дорога петлю вокруг горла связала и порывами ветра ночь мечется между строк, и забытое прошлое квёлый язык показало. С ним прощусь, допивая остывший чаёк. Пока стрелка на "полночь" дрожала.. 23.10.2003г. г. Пекин, Шанди, Сили, 3. ..^..

Г. С. Злотину Эта осень разделит нас на маету получувств, раскрошит, разлепит, разленит, микозом ноябрьской усталости сводит колени, и кажется не пережить-превозмочь, не спастись. Я глинтвейном лечусь. Помогает, но слабо. Эх! Отыскать бы ступени в вышнее-прошлое, в детскую добрую грусть - сказочный ящик светом и нежною пылью наполнен, в неё окунусь.. ..но и там только заклятый круг сплином больных поколений. 04.11.2003г. г. Пекин, Шанди, Сили, 3. ..^..

Юле П. эй! кто-нибудь! мои руки-крылья дождями исколотые намотайте на локоть.. закат небо исполосовал в радужные разводы, трепещет сердечная камера клапанами-перегородками - отходят воды. что-то в полночь родится - флейта ему позвоночником, рифмы рёбрами, аллитерации кровью, вселенская тоска смыслом. раскатится об стенку горохом - о молчание имеющих уши неслышащих, вольётся в дыхание спящих вулканов стоном-предупрежденьем пронзающим, нотой, вынутой из моей глотки, отхаркнутой, выпетой, освободившейся, истиной освобождающей. не оглянись, лети, мой плевок, мой восторг, моё детище, стылою смертною высью, ты, лёгкая тень над пожарищем. ..и опустите на мятые тёплые крылья надломленный остов мой, гулкое днище - я доживу до стожар ещё. 18.12.2003г. г. Пекин, Шанди, Сили, 3. ..^..

Слышишь, ленивое дитятко, секундная стрелка твоих часов с цепи сорвалась, опьянела, свихнулась! Смотри, прошлогодний снег ладонь холодит, сердце до дна пробирает, возвращает прошлое. Твоё вчера, все дни, с которыми навеки простилась, уставились в глаза, приневоливают - работай свою каждодневную норму, работай, моя хорошая! заставляют - иди, беги, ползи, тянись кончиками пальцев, растягивай по промежуткам-тактам пульса биение, воздух по литрам-глоткам, кровь по капле, выживи, вынеси, выпростай по край горизонта сердце, выложись, сделай, ототри солёную корку с лица.. ..и до конца, до пелены в глазах белой. 05.01.2004г. г. Пекин, Шанди, Сили, 3. ..^..

Моя усталость - высокородная птица, глубоководная рыба, колонковая кисть в двадцать одно касание пишущая угасание взгляда и тяжесть век. Моя усталость - седая волчица, скупость движений, лопаток подкожный бег. Сократившись до влажного следа улитки, до скрипа ночной половицы, озвучившей твой шаг, не спеша растекаюсь смычком по волосу скрипки, светом по стёршейся грани гроша. Усталость. Виски левой рукой зажав в горсти - веки дрожат, дыхания ритм бесконечно на выдохе сбит - слышу, как ветер в оконную раму стучит, скалится зеркало, на часах три стрелки мотают клубки сахарно-ватного времени. Моя усталость - неутомимый, морщинистый, медлительный слон, раскачивает хоботом-маятником в забытьё ли, в сон, втаптывая.. 25.02.2004г. г. Пекин, Шанди, Сили, 3.