# 11.Круизы. Предыстория

Юрий Бужор

Cериал продолжается. Завтра утром идем на порт Кодбек.Пока что воспоминание об истоках. Одесса, 1991- ый год.

10 ДНЕЙ, КОТОРЫЕ ПОТРЯСЛИ


Я преподавал в Водном институте и, как говорят в Одессе, никого не трогал. Моя завкафедрой сколотила что-то вроде преподавательского кооператива. Там среди прочих с моей помощью постигали разговорный английский две миловидные застенчивые дамы.

Дописывал докторскую и бегал по ученикам, чтобы заработать денег. То, что платили в институте, деньгами назвать было нельзя. Вот разве этот кооператив, там это было хоть на что-то похоже.

Так бы это и продолжалось еще бог знает сколько. Но одна из упомянутых дам отвела меня как-то в сторону и сказала, что готовится к отправке круиз. Я должен пройти собеседование в профкоме Черноморского пароходства - и вперед, переводчиком экскурсий. Вы не против?

Не против ли я? Вы шутите.

Оказывается, это очень важные жены. Одна - замначальника ЧМП по капитальному строительству. Другая - начальника так называемого второго отдела. То есть официально внедренного в управление огромным хозяйством особиста в чинах. В профкоме попытались прогнать меня вон, у них там свои люди в очереди стояли, но один или два звонка закрыли вопрос.

Это был май 91-го года. При всей там гласности еще был СССР. Скажем, это еще так называлось. Уже не смотрели на пятую графу в анкете. Во всяком случае, никто сверху не требовал смотреть. Уже не гнобили никого, если гидессы заводили шашни с иностранцами в возрасте, а кто поумней и замуж за них выходил. Или если недосчитывались каких-то туристов, покидая иностранный порт.


***


Вот он, красавец "Шота Руставели".

Одесса - Пирей(Афины) - Стамбул - Одесса. Моя первая заграница.

Перевод экскурсий и еще несколько необременительных поручений. Представьте, при полном пансионе на борту командировочные выплатили, что-то около 40 долларов - в драхмах и турецких лирах. Немудрено, что очередь в профкоме стояла.

Гидессу в Афинах переводить было не просто. Не успел сообразить, что "оул", так она произносила, это "аул" на самом деле, а мы уже и проехали сову. Которая в тему, потому что мудрая, и красуется у них над фасадом Академии наук.

Урок запомнился. Чтобы не было промашек, надо готовиться. Про сову вполне можно было узнать заранее.

Акрополь - даже не пытаюсь найти какие-то слова. Вместо того, чтобы, раскрыв рот, ахать от изумления, ты должен переводить, но всё равно.

Великий город Стамбул не открывается с одного раза. Пойму это позднее.

А гид там был русскоязычный, вообще красота.

Вечером с обретенным на круизе товарищем и коллегой по имени Парфён (редкое имя, да) отправились под Галатский мост в ресторан. С девушками-туристками, а как же.

Официант говорил, что у него в Париже есть невеста и даже фотографию показывал. Старый трюк, тихо просвещает меня Парфён. Верный знак, что обсчитают.

И обсчитал. Думал, мы при девушках постесняемся оспорить. Тут он оказался не прав. Мой спутник хоть и моложе меня лет на десять, но в Стамбуле не первый раз. Давайте менеджера. Вызывайте полицию.

Пересчитали, скостили вдвое, дали нам с Парфёном по специальной бумажке. Бумажка - сертификат на получение дринка ракы - тминной водки в любое время, но не сегодня. Дескать, заходите еще.

Мы и пришли утром, а когда же. Хмурый подметайло у входа налил от щедрот.

Вечером, когда судно отходило, взяв обратный курс на Одессу, над Босфором раздался звук - примерно такой, как когда лопается надувной шарик, только усиленный в миллион раз.

Потом выяснилось. Бочки с пивом. Там их было немеряно. Пожар едва начался, даже дыма не было видно, но они, и без того находившиеся весь день на жаре, взорвались все сразу.

Исторический Галатский мост перестал существовать.

На борту был важный интуристовский босс. Он пригласил с собой в Одессу двоих каких-то здоровенных турок. Их разместили в капитанском люксе.

Меня позвали переводить в капитанский салон. Накрыто было по первому разряду - черная икра и так далее. Какие-то еще загадочные люди были приглашены.

Обсуждались вещи деликатные. Например, экскурсии все до одной тогда входили в стоимость, все оплачивалось заранее. А ездили на них не все, особенно в Стамбуле. Надо как-то прогнозировать и потом по-честному делить разницу. Но обсуждались также поставки кругляка, горбыля, даже опилок, участие в строительстве гостиницы с последующей приватизацией и много еще чего.

Вот это масштабы. А мы в Стамбуле заводных зайцев продавали.

Потом они отправились обмывать какие-то договоренности и расслабляться в бар.

Босс говорит мне:

- Ты понимаешь, что это все не для печати?

- Как не понять, Анатолий Иваныч (допустим). Да я же синхронно переводил. А когда синхронно переводишь, ни черта не запоминаешь.

Это правда, кстати.

- Ладно. Зови своего товарища. Вон сколько всего осталось. Битки вон и оливье. Всё ваше.

Ну, мы с теми же девушками всё и смели. И допили.

Славный выдался тогда вечерок.

Мой коллега даже влюбился по молодости, потом где-то с год тянулось.

Через пару дней звонят от босса. Помощь нужна, уже в его офисе.

Пышное здание на Пушкинской, крутая одесская эклектика. Вот не думал, что меня туда когда-нибудь пригласят.

Там и предложение мне делают. Бросай свой институт, будем платить вдвое.

Но не созрел я еще тогда науку предавать. Что-то нехорошее, даже опасное почудилось мне в предложенной перспективе. К тому же вдвое - это все равно мало.

А путешествовать хотелось. Как-то незаметно сложилось, что босс меня время от времени привлекал, видно, доверял мне почему-то, а штатным своим толмачам не очень. Сам он был ни бум-бум ни в каком языке, кроме родного. Чуть ли не самый главный в руководстве "Интуриста", вот именно.

Денег не платил. Я стал заниматься с его инспектрисами английским, выкраивая для этого время два раза в неделю, и тоже вроде бы за бесплатно.

Не бесплатно, конечно. Вот ещё. Само собой подразумевалось, что следующий круиз мой.

И следующий круиз был мой.


***


Фрахтовался старенький "Петропавловск". Маршрут Находка - Шанхай - Кобе - Токио - Находка.

Вот это да. Китай ладно, в Китай дорожки были уже проторены повсеместно. Япония!

Костяк пассажиров был из Одессы.

Уже не блатная профсоюзная халява. Надо было платить. Что-то две-три тысячи, точно не помню. Рублей тогда еще. Но кто-то привыкать и к этому не хотел. Морщил нос. Так что пришлось немного добирать в Риге, Киеве, еще где-то.

Слетались во Владивостоке, оттуда автобусами в Находку.

Между тем развалившаяся империя пережила попытку путча и отставку Горбачева.

Воздух свободы смешивался с другими, новыми запахами, не всегда приятными. Неслыханное дело: на керосин для дозаправки самолета в промежуточном аэропорту (Чита, как сейчас помню) с пассажиров собирались деньги.

Нефритовые беседки, храмы и небоскребы Шанхая запомнились плохо. Русскоязычный гид норовил запихнуть нас в сувенирные ларьки, и там были действительно красивые вещи, но наши люди деньги на ерунду не тратили. Стояли два дня, второй день был выделен для свободного времени. Первая половина дня - продать привезенное. Вторая - съездить в центр и закупиться.

В цене были фетровые шляпы и драповые пальто. А купить можно было красивые тряпки. И продать их уже по возвращении. Кругом-бегом получалось оправдать круиз и даже поднять первичный капитал в два-три раза.

Нет, не стыжусь признаться. Занимались этим и точно не бедные пассажиры - знакомый начальник авторемонта, инспектор ГАИ, прокурор какой-то районный, директор круиза - заместитель одесского босса. Кажется, только капитан этим не промышлял. Ну, ему было кому поручить, так что кто его знает.

Ближе к причалу имелось место, куда подтягивались, завидев советское судно, китайские товарищи.

Я привез подносики с рисунком, металлические. Установил цену - 10 юаней, 3 доллара. Занял позицию. Налетай, граждане. Граждане и налетели. Почему-то никто не торговался. Прямо давка. Такое впечатление, что весь 14-миллионный Шанхай борется за мои подносики.

Управился за пять минут. Гордясь собой, зашел в какую-то будку купить пива. Преотличное, надо сказать. Тут-то и выяснилось, что мелкие деньги в Китае тоже бумажные, а не монетки, как везде. И, значит, я устроил распродажу по 10 китайских копеек.


Едешь в незнакомую страну, собираешься там какие-то финансовые трансакции производить. Поинтересуйся же, как их денежные знаки хотя бы выглядят...чудак.

Шок, конечно. Но не глубокий, ничего. Тут же вытесненный где-то и восхищением: классно меня сделали.

Во время перехода на Кобе разыгрывалось место для машин. Тогда можно было в Японии купить подержанную Тойоту или Ниссан даже и за 100 долларов. Их будут крепить на открытой палубе, больше негде. Мест всего 12. 2 - квота капитана. 1 - квота дирекции круиза. Остальное - тянуть жребий.

Мне не повезло, но директор отдал мне свою квоту. Вот взял и отдал. Я ему за это в Японии для его внука детский паровозик потом купил. Игрушка дорогая, как все в Японии. На самом деле символический знак благодарности с моей стороны. А право на машину я заработал и уже докладывал, как именно.

Один депутат горсовета стал канючить, что, мол, это неправильно, надо ему эту квоту передать, но был послан.

На переходе разыгрался страшный шторм. Почти все - в лежку. Хорошо, папа меня в малолетстве брал с собой на ходовые испытания, там меня вывернуло раз и навсегда. Мутило только. Водочка помогала. Бутылка у барменов стоила 5 долларов. Грабёж, а что делать.

Запретили выходить на палубу. В иллюминаторы были видны волны с трехэтажный дом. Судно мерзко скрипело всеми своими рёбрами.

Моряки говорили: скажите спасибо, что не с машинами идем. Никакое крепление не помогло бы. Сорвало бы к @ням. Перевес в одном месте на верхней палубе, легли на борт - и всё.

Это был мой первый океан в жизни. Средняя глубина 4 километра. Смысл слова "всё" был понятен, как никогда.

Под утро разом успокоилось.

По радио передали, что Украина вышла из состава СССР. Не помню, чтобы на борту было ликование по этому поводу. Или, наоборот, сожаление. Вышли и вышли себе.

В Кобе встречали с помпой. Буквально. Навстречу вышел пожарный катерок и как запустит в нашу честь струю до неба.

Поставили в лучшем месте. На причале мэр произнес короткий спич, с ним был переводчик. Затем небольшая делегация проследовала на борт. Я переводил обмен любезностями под еще теплое принесенное саке и водку из морозильника. Отметил для себя, что японцы выпить не дураки. Эти точно бойцы были опытные.

В Кобе, конечно, знали заранее, что визы оформлялись в основном в Киеве. Думаю, послушали с утра новости, решили, что распад империи сулит возвращение островов, и на радостях сымпровизировали встречу, которая, прямо скажем, задрипанному "Петропавловску" в другое время не обломилась бы.

Уехали на экскурсию в Киото. Знающий гид с хорошим английским. Дивные храмы. Помню смутно.

На обратном пути предложили выйти в центре. Объяснили, как идти к судну. 1,5 - максимум 2 километра. Обед немного сдвинут сегодня. Красивый город. Отчего не прогуляться.

Красивый не то слово. Удивительный гибрид японской гравюры и европейского лоска. Чистота невероятная. На улице много людей в масках; на самом деле не много и не мало, а ровно столько, сколько их сегодня проснулось с недомоганием, и как бы кого-то не обкашлять. Пригородный поезд без машиниста. Рифленые дорожки на тротуаре и звуковой сигнал на переходе для незрячих. Заглянули по дороге в большой торговый центр. Правильно эти нолики читаем? Правильно читаем. Простые японцы снуют везде, покупают как сумасшедшие.

Вот он, загнивающий Запад. Хотя, конечно, Восток, и даже самый дальний, но вы меня поняли.

Обед прошел в полной тишине. Слышно было, как ложки звякают о металлические тарелки.

Глубокий шок.

Это вам не юани. Юани тьфу. Долгие годы врали, и кто-то верил ведь. Но даже если кто и не верил уже. Одно дело понимать умом и совсем другое - когда тебя ткнут носом.

После обеда гулять пошли не все. Кто-то не доспал свое из-за шторма. Кому-то надо было немедленно напиться. А кто-то и пошел на полусогнутых от свалившегося потрясения.

На ужин заявилось человек 50 японцев - в основном пожилых. Кажется, из союза ветеранов. Ветераны Халхин-Гола тоже вполне могли быть среди них. На судне были готовы к тому, что есть такой японский обычай - ходить в гости и там рубать. И пить, само собой.

У меня было завязалась дружбой с одной хорошенькой кобеянкой. Ее престарелый муж подарил мне калькулятор, чтобы я отстал, и я отстал.

В общем, как-то отлегло у всех немного.

Проводили гостей и пошли на Токио.

В Токио покатали по городу и затем повезли в Диснейленд.

Восторг полный. Кто не был, тот будет, кто был, не забудет.


***


После обеда - к специальному плацу. Он недалеко. Там много машин.

Одна мне приглянулась особенно. Редкая полуспортивная модель - "Тойота Спринтер". С приподнятым задом и рогами-зеркалами, само собой. На спидометре 30 тысяч километров. Что-то мало, не может быть. Проверил по маркировке ремней и двигателя. Продавец поковырял в двигателе специальной палочкой и долго кивал головой.

Просит 300 долларов.

С обеих сторон лючка для заправки два ржавых подтека. Как тут не сбить цену? Японец стал жестами объяснять, что машина просто стояла без дела в гараже, дизель кто-то не слил, вот он и испарялся. По закону тогдашнему драконовскому после скольких-то лет в Японии на машине вообще ездить нельзя, стояла она или нет. Зато наезда и износа почти нет, поэтому и цена такая.

А прокатиться? Тоже нельзя. Даже ключ зажигания поворачивать нельзя.

Я показываю, что у меня в сумке есть бутылка шампанского.

Он знаками велит мне смотреть на небо: как увидишь полицейский вертолет, сразу скажи, пока не засекли. Дал круг. Потом и я за руль подержался.

Коробка-автомат, как раз для "парикмахера" - так называли в Одессе граждан с правами, полученными по блату или за взятку. На удивление плавный ход.

Короче, 250 и какой-то невероятный набор полиролей, ключей, домкратов.

Оплатил погрузку на судно, проверил, как закрепили. Бутылка матросику - не вопрос.

Очень ранним утром пошел смотреть, как рыбаки привозят рыбу и как эта рыба мгновенно разделывается, обкладывается льдом и ею заполняют тару. Меч-рыбы, осьминоги-кальмары, крабы c метра полтора в размахе клешней. Тоже непередаваемо, скажу я вам.

В Находке постояли еще сутки.

Долгие переговоры с омоновцами на предмет охраны кортежа от бандитов. Переезд на погрузку в контейнеры. Оплата в кассу, ночлег с крысами в каком-то сарае, по бутылке - погрузчикам, проверка креплений и назад с еше тремя бедовыми хлопцами уже на такси. В результате наши машины через месяц прибудут в Одессу первыми - причем целыми и невредимыми. Чего нельзя было сказать о некоторых других.

Еще сутки все во Владивостоке провели в аэропорту. Вымогались деньги за чартер. Народ роптал, и где-то в штабе решили клиентов не огорчать новыми поборами, а достать требуемое из сусеков фирмы.

Одесса встретила снегом и солнцем.


***


Мне уже было ясно, что с академической карьерой пора завязывать. Но работать в закостеневших полугосударственных структурах, при всем уважении к Анатолию Иванычу, не улыбалось. Три-четыре круиза в год - это как-то мало.

До меня доходили слухи, что на горизонте появились энергичные частные фрахтователи.

Когда-то моим именем пугали учителей иностранных языков - был такой бесславный период в моей биографии. Тогда и познакомился с Тамарой Федоровной - педагогом, к слову, высшей квалификации.

А сейчас я узнаю, что она не последний человек в каком-то американском проекте, призванном помочь гражданам новой Украины провести у себя приватизацию транспорта, жилья и всего остального.

Надо бы с ней посоветоваться.

Выясняется, что среди ее прежних учениц имеется одна энергичная дама, которая как раз возглавляет круизную фирму. Фирма эта уже сделала пару круизов и раскручивается очень быстро.

Без лишних слов везет меня к этой даме. Я сижу в приемной. Даме докладывают, она выходит из своего кабинета с распростертыми для Тамары Федоровны объятиями.

Красивая статная женшина. Прямой, приветливый и немного насмешливый взгляд.

В обшем, с понедельника я вышел на работу.

Очень скоро выяснилось, что дружок по "Шота" тоже уже там. И одна из моих подопечных в офисе Интуриста - Ирочка Кабакчи.

Тогда-то и началось содружество с Аглаей и еще со многими, кто сейчас у нее на борту. Или кого нет, но кто не забыт и упоминаем, иногда со смешанными чувствами.