# Дрейдл в Генте

Юрий Бужор

Дрейдл. Волчок. Ханукальная детская игрушка.

В моем детстве была ее обезъевреенная модификация, называемая юлой. Мелкие деньги детворе не дарили - это шло вразрез с тогдашними принципами воспитания. Тем более невозможно было представить себе, чтобы дети на эти деньги еще и играли на глазах у старших.

И какая там еще Ханука.

Такое вот эмансипированное детство, а теперь что поделаешь.

В закромах памяти засела тем не менее картинка - не то из книжки, не то из сетевой заставки к празднику, со свечами и прочим, и на этой картинке дрейдл не круглый, а вроде кубика.

Поэтому не сразу сообразил.

Памятник жертвам Холокоста в Генте. 67 человек.

Они находились в Генте нелегально. Оккупанты выделили для евреев четыре города: Брюссель и Антверпен во Фландрии, Льеж и Шарлеруа в Валлонии.

Прятавшиеся в Генте надеялись спастись. Как спаслись еще примерно 80 человек - их соплеменников.

Раввин Михаэль Лустиг не пожелал оставить свою паству. Он, его жена и двое детей тоже превратилось в дым.

Больше шансов было у граждан Бельгии и при этом очень пожилых. За них заступилась вдовствующая королева Елизавета. Увозили якобы на заводы Германии. А какая же работа на заводе для стариков? Это помогло далеко не всем, но кому-то помогло.

Звания праведников мира после войны удостоились 1787 бельгийцев.

Тем, чьи имена и фамилии указаны на памятнике, не удалось укрыться. Или они были выданы информантами. Согласно показаниям на суде после войны одного из чиновников, ответственных за депортацию, 80% арестов были произведены по доносам.

Пишут, что, когда вменили в обязaнность носить желтые звезды, какие-то сограждане гонимых демонстративно снимали шляпу на улице и уступали женщинам место в городском транспорте.

Поди разберись сегодня. Орущие толпы недовольных чересчур мягкими, по их мнению, мерами тоже были.

Факт остается фактом. Из примерно 66 тысяч убили 28 тысяч. Если взять все оккупированные Гитлером территории, в процентном отношении спасшихся больше только в Дании.

Всё-таки Бельгии сохранили хоть и бумажную, но государственность. Леопольд III оставался в стране, пусть и под домашним арестом.

И еще одно. Нелегко это признавать, а приходится. В Бельгии не развернулась партизанская война в тылу. Иначе соотношение было бы совсем иным.

Притормозив у памятника, к удивлению своему обнаружил вблизи уринуар. Потом дошло. Это чтобы нетрезвые гуляки мочились, прошу прощения, не на памятник всё-таки. Кроме того, объект находится под видеонаблюдением.

Многократные акты вандализма. Самая разрушительная акция имела место в ноябре 2018 года, аккурат накануне годовщины Хрустальной ночи в Германии.

Гентский скульптор Дютрие и городские власти в свое время хотели как лучше. В прекрасном воображаемом мире памятник ухожен, к нему приводят школьников и рассказывают им, как это плохо - нападать на безоружных людей и убивать их, а мемориал упомянут в путеводителях. Не обязательно на самом видном месте там.

Мир оказался несколько иным.

Ухожен кое-как. Не приводят. Не упомянут.

В городе то там, то сям возникает протест. Этот протест лишь отзвук большого глобального возмущения. По большому счету он сводится к одному и тому же. Тогда в 1948 году ошибочка вышла. От этого государства одна головная боль всем.

А что же тогда?

Ассимиляция.

Или аннигиляция, cпросите вы? Ничего не ответят. Отведут взгляд.