# Любовь к Любеку - 4

Юрий Бужор

Не отпускает город на Траве

Фридрих Барбаросса ассоциируется с известным стратегическим планом. Но мало ли что в честь кого назовут.

По тем временам просвещенный правитель. Жесток был в меру. Не имел привычки сводить личные счеты, учитывал государственный интерес. Сохранил жизнь оборонявшему Любек герцогу Льву, а город не только не лишил прежних привилегий, но и расширил их, например: "Пусть чаще прибывают в названный город и свободно отбывают обратно рутены, готы, норманны и прочие восточные народы без пошлины" (1188 год).


Имеется в виду сбор за въезд. Операции купли-продажи небольшой пошлиной всё-таки облагались. Ставка была сделана на уменьшение нормы императорской прибыли и увеличение ее массы. Очень не глупо.

Рутены это русы, торговые люди из Киевской Руси. В состав которой входил и Новгород, хотя к тому времени скорее формально.

Пояснения в музее Ганзы даны на немецком, английском и русском языках. И больше ни на каких. Неужели русскоязычных туристов в Любеке так много? Или это дань уважения Новгороду, с которым Любек и воевал временами, но в основном торговал и сотрудничал?


Невольно задумаешься, как могла бы сложиться судьба северной республики, если бы не некоторые грустные обстоятельства. Это я о Новгороде.

Музей воспроизводит ганзейский дух Любека.

Свободное предпринимательство. Умелая дипломатия. Амбиции не то чтобы непомерные, а в самый раз. В результате - доминирование на Балтике, хотя и с переменным успехом, в течение четырех с половиной веков.

На примере Брюгге показано, каким разнообразным был товарообмен с ближними и дальними партнерами. В небольшом отдельном помещении - меха. Поозиравшись, не следят ли (хотя, конечно, все равно следят с помощью камер наблюдения), я потрогал песцов и соболей и не обнаружил прохлады, свойственной настоящему меху.


Я так и думал. Станут вам вывешивать настоящий. Да и борцы за права песцов не дали бы спуску.

Удивил клинок, который могли иметь при себе простолюдины. Единственное известное мне до этого исключение - Венеция. Как правило же личное оружие - привилегия правящего класса.


Везде царит атмосферный полумрак. Но фото в результате получаются никакие.

Все слои населения и сферы жизни добросовестно отображены. Вот вроде бы небольшой кораблик, а мог взять на борт 300 тонн груза. Это считалось немало. Вот зал, где заседал Большой совет. Нравоучительные сюжеты с аллегориями Трудолюбия и Добропорядочности. Видно, что немножко экономили на художниках. Главное - воплощено всё правильно, идейно-выдержанно.


Восковые фигуры. Монахи, проповедники, руководящий состав.

Ба, знакомые все лица. Точнее, одно лицо. Оно фигурировало на портрете в предыдущем музее. Мне еще понравилось, что вот важный господин, а видно, что из народа, нет этой, знаете, надменности в чертах.


И точно. Бургомистр Юрген Вулленвевер из народа. Он даже сколотил что-то вроде народной партии. Основ не потрясал, но какие-то реформы в жизнь проводил. Не всем это нравилось. Втянули его враги из условно-аристократической партии в войну с Данией или нечаянно так вышло, а они потом воспользовались, но эту войну он проиграл и союзники от него отвернулись. Любек был принужден к миру. Юргена арестовали и потом где-то казнили в 1537 году те, с кем он до этого воевал. Политические соперники убрали его с соблюдением приличий - чужими руками.

В 1363 году здесь уже отрубили голову одному бургомистру - на главной площади и при большом стечении народа. Еще и пытали перед этим. За что? А за то, что проиграл морское сражение датчанам.

Опять датчане.

Сражение - это игра с переменными шансами, которые точному расчету не поддаются. Но в Любеке тогда решили иначе. Примечательна формулировка - приговорить к смерти за поражение в Орезундском проливе "и по другим причинам". По каким-таким другим? Не написано.

Музей понравился. В век инета и Википедии основной акцент делается на видеоряд и погружение в эпоху. Кому непременно нужна информация, дави на специальную пупочку и слушай.

Тут вот еще что. Я разбалован Морским музеем в Эльсиноре (Дания). Там какие-то невероятные синтезаторы создают нужные звуки, непонятно как на всю стену проецируется кино в тему, ну, и, само собой, подсветка, собственно экспонаты и всяческая интерактивность.

Справедливости ради скажем, что за датским музеем стоит глобальный концерн Мёллер-Маерск - пятая часть контейнерной логистики во всём мировом океане. Для музея в Любеке какие-то спонсоры тоже не поскупились, однако масштаб другой.

Тем не менее получилось, в общем, достойно.


***


Я не силен в шведском. По писаному кое-как разбираю, если контекст известен.

В Любеке действительно проживал какое-то время будущий король Швеции Густав Ваза.

Ваза - это что-то вроде династической фамилии. Многие думают, что ваза для цветов или фруктов здесь ни при чем, мол, случайное совпадение.


Не ни при чем. Семейный герб Эриксонов - сноп пшеницы. Человеку с воображением он напоминает вазу. Какой-нибудь придворный льстец мог сопоставить простонародный сноп с изысканной аристократической вазой. Увидеть в этом единение народа с просвещённым монархом.

Молодой человек был в заложниках у датского короля, но сбежал в Любек, где его приняли как родного и где он, как повествует мемориальная доска, вынашивал планы освобождения Швеции от датского ига. В столице Ганзы его не только обогрели и накормили, но и в нужный момент переправили назад на родину.

Датчанам всё это не нравилось. Пришлось против них снарядить небольшой флот и немного пострелять.

В общем, использовали высокого гостя как хорошую возможность насолить главному стратегическому противнику. Политика дело тонкое.

Дальнейшие приключения Густава потрясают, но они уведут нас сильно в сторону. Скажем только, что ему, уже избранному королем, ключи от Стокгольма вручали в 1523 году два уважаемых деятеля из Любека. Странно, да? Обычно это делают горожане. Видимо, столичные жители не заслужили такой чести в глазах монарха. Недостаточно активно боролись с захватчиком. И он их немножко унизил, приняв ключи от иностранцев. Ничего не забыл и дал это понять.

Любек - один из истоков шведского великодержавия. Туристы-шведы должны, глядя на эту доску, благоговеть. Я бы на их месте благоговел.

Через 100 лет другой великий Ваза и тоже Густав, но уже Второй, не стал завоевывать Любек. Помнил добро. Умная дипломатия помогла Любеку сохранить нейтралитет во время Тридцатилетней войны (1618 - 1648 гг.). Когда эта всеобщая бойня завершится подписанием Вестфальского мира, среди подписантов будет и представитель Любека.

Это много значило.

Массивные Таможенные ворота. Можно сказать, средних размеров крепость. Обнаруживаем бронзовый барельеф. На нём геройского вида кавалеристы машут саблями.


Французы крепко наподдали пруссакам под Йеной и потом преследовали их аж до Любека.

Фон Блюхеру удалось окопаться в городе и какое-то время держать оборону.

Это тот самый прусский генерал Блюхер, который позднее станет героем битвы при Ватерлоо. Вопреки стереотипу, проявит там инициативу и полководческую дерзость. Между тем наполеоновский маршал, француз Груши, вопреки аналогичному стереотипу, станет тупо дожидаться приказа, как какой-нибудь пруссак. Не дождавшись, он так и не введет в бой свежий резерв.

Но пока что Блюхер отбивается от французов в Любеке. И французов ведет на штурм не Груши какой-нибудь, а как раз отчаянный рубака Бернадот.

Пришлось снова отступать и в конце концов сдаться.

Французы имели огромный перевес в силах, и гордиться этой победой не должны бы. Но гордятся. Название города выбито среди прочих на Триумфальной арке в Париже. В районе Трокадеро есть rue de Lubeck. Кто там помнит, каким был перевес в 1806 году. Кому это нужно.

Мало того.

В 1811 Любек и окрестности стали территорией французского департамента Устье Сены.

Не марионеточное государство. Не французский протекторат.

Здесь была Франция.

Какая все-таки великолепная наглость. Где историческая Франция, и где Любек.

И что же местные? Поднялась ли дубина народной войны?

Какая дубина, что вы.

Я пробежался по десятку источников. Ни малейшего намека на гражданское неповиновение.

Чем французы хуже пруссаков? Вот и сословные привилегии отменили. Кодекс Наполеона, не угодно ли. Свобода, равенство и братство. Но и аристократов никто на фонарях не вешал. Администрация же была сплошь из местных.

В 1813 году город был сдан шведскому крон-принцу и в скором времени королю Швеции, которого звали Жан-Батист Бернадот. Уж не тот ли это Бернадот, который вел своих людей на штурм Таможенной башни в 1806 году?

Тот самый. Только тогда он воевал за Наполеона, а теперь против. Это бывает.

Опять Швеция. Всё закольцовывается в этом лучшем из миров.

На троне Швеции Бернадоты по сей день.

Но и это еще не всё. Весной 1945-го года вице-председатель Международного Красного Креста и отдаленный потомок завоевателя-освободителя граф Фольке Бернадот будет организовывать в Любеке, как и в других городах на балтийском взморье, прием и переправу в Швецию выпущенных из концлагерей узников. Ему удалось внушить Гиммлеру, что этот жест будет засчитан рейхсминистру в послевоенной Германии. В результате были освобождены более 20 тысяч человек. В том числе 1615 евреев.


В 1948 году он был специальным представителем ООН в Иерусалиме. Где и был расстрелян радикально настроенными патриотами. Если бы они знали, что правительство уже отвергло план Бернадота как абсолютно неприемлемый и приняло решение защищать суверенитет Израиля с оружием в руках, высокопоставленный дипломат и член королевской семьи остался бы жив.

Но они об этом не знали.

Вернемся в XIX век.

В 1829 году барон Людвиг Иванович Штиглиц, выкрест-лютеранин, вложил средства в регулярное пароходное сообщение между Петербургом и Любеком. Одному очень известному человеку советовали воспользоваться пароходом и побывать в Любеке, но он в Любеке так и не побывал. По правде сказать, он нигде за границей так и не побывал.