# Праздники. Пьеса для чтения. Акт-2

Владимир Дмитриевич Кабаков

праздники, для многих людей становятся светлыми пятнами в серой обыденной жизни. Но чем больше праздников, тем больше разочарований от серой и скучной жизни, которая называется бытом.

Акт - 2. Свадьба.


Свадьба... Зал столовой, которую сняли родители Симона для его свадьбы с Таней. Попов был свидетелем со стороны Симона и готовит зал к приезду жениха и невесты. Он поправляет букет цветов во главе стола.


Сергей - Сейчас должны подъехать... Декламирует: "Уж тройки звенят бубенцами..."

(Шум за сценой.)


Сергей - Идут. (Подходит к магнитофону и включает марш. Появляется Симон и Таня в праздничных одеждах. За ними родители, гости... Рассаживаются за столы. Отец подзывает Сергея.)


Отец Симона - Сергей! Ты за музыку отвечаешь?


Сергей - Я...


Отец - Неужели трудно было найти свадебный марш Мендельсона? Это ведь событие на всю жизнь!


Сергей - Я старался, но... И потом это тоже марш хороший. И вы же знаете Александр Александрович - чтобы событие запомнилось, надо чтобы что то было не так...


Отец - Если взялся отвечать за музыку, надо дело доводить до конца...


Сергей - Ну, вы знаете, я ведь не Ди - Джей. Я всё это по частям собирал: Магнитофон у одного друга, записи у второго...И сам всё привёз. На себе...

Я то вообще Шопена предпочитаю. Извините...


Уходит и садится за маленький стол, рядом с Линой.

Лина - А ты что Попов, не с новобрачными за столом сидишь?


Сергей - Так мне удобнее. (Пауза)

- Лина, будь другом, принеси с того стола коньяк, а нашу водку взамен поставь. Будем пить приличную выпивку, а музыку пусть другие крутят. Я её принёс, а они пусть крутят, что им нравится...


Лина встаёт и приносит коньяк.

Сергей постепенно веселеет - У советских собственная гордость.

(Наливает себе и Лине) - Им видите ли марш Мендельсона подавай. А где я его возьму, если все кругом вдруг захотели женится? (Поднимает рюмку чокается с Линой и выпивает).


Сергей - Мне Мендельсон иногда противен. Слишком он оптимист. К тому же романтик... А романтики, с их прославлением красоты, рано или поздно к жуткому суперменству скатываются...

А там уже и до газовых камер недалеко. Но скрипичный концерт Мендельсона, если раз в два года, ещё ничего. А так, это какой-то разбавленный Чайковский. (Вдруг громко смеётся)


Лина - Ты чего Попов?


Сергей - Получился невольный каламбур в армейском стиле - Разбавленный Чайковский...


(Потом вдруг помрачнев) - Мне сегодня, что - то совсем плохо. Эта дурацкая свадьба, этот бедный Симон, который от волнения чуть в обморок не упал, когда в зале бракосочетаний музыка заиграла - тот самый Мендельсон. Я ведь рядом стоял. Таня, конечно очаровательна. Но её и его родители...


Лина - Ты Попов не переживай. Всё перемелется... А если не попробовать, то и знать не будешь - что хорошо, а что плохо...

Вот я была в Юрку влюблена в восемнадцать лет, думала, что он гений, а он оказался просто маменькиным сынком и во мне утешения и защиты от жизни искал...


Сергей - Это ты зря. Он мужик хороший. А то, что его мамка сломала, так это его беда, не вина. Я помню, как она мне один раз в шестнадцать лет сказала - Ты нам не ровня... Она имела ввиду социальное происхождение. Я тогда стал ёрничать и говорить, что мой старший брат техникум закончил...

Конечно, тебе с такой свекровью было наверное нелегко. Вы же у неё жили. (Наливает коньяк.) Декламирует - "Камин затоплю, стану пить; Хорошо бы собаку купить!"


Сергей - Да и вообще, я ничего. Я ведь помню, что говорил учитель Лао: "Действие не устраняет незнания, так как не противоречит ему". В начале жизни, мы как корабли, которые только что из гавани вышли в открытое море. Перед нами все направления открыты... А нас влечёт туда, где ещё для наших родителей, судьбой были грабли положены...

И вместо того, чтобы посидеть подумать ... мы жениться торопимся.


Лина - Какие грабли, Поляков? Ты что бредишь?


Сергей выпивает ещё рюмку - Ну это те грабли, на которые ещё наши родители в молодости наступили и по лбу получили... Мы ведь очинно своих родителей напоминаем...


Лина смеётся - Ах вот ты о чём...


С большого стола доносится крики: - Горько! Горько!.. (Молодые целуются...)


Сергей. - Лина, ты знаешь древнюю китайскую притчу, про супер коня?


Лина - Нет. Расскажи...


Сергей выпивает очередную рюмку - Бормочет - Им всё равно что пить, а я коньяк люблю - всё справедливо...


Сергей - Так вот. В Поднебесной, императорский конюх уходил на пенсию. Он нашёл и представил императору свою замену - конюха. А императору захотелось вскоре другого парадного коня. Вызывает он нового конюха и говорит: - Отыщи мне в моих бесчисленных табунах самого красивого и самого быстрого вороного жеребца и представь мне...

Конюх ушёл и через некоторое время приводит кобылу да ещё и пегую. Император как увидел, так от гнева затрясся. Говорит - Казню неуча! А потом вызывает бывшего конюха и говорит: - Ты кого мне подсунул, - так мол и так...

Старый конюх побежал смотреть кобылку, а потом прибегает и кричит:

- Император! Я знал, что мой преемник знаток лошадей, но здесь, он показал, что провидит сквозь время и внешние формы. Это действительно лучшая лошадь в Поднебесной...


Лина смеётся - Ну и к чему этот рассказ?


Сергей мрачно - Это я по поводу свадебного марша.


Лина - Думаю, что древние китайцы мало что смыслили в маршах.


Сергей - Они давно знали разницу во всём. Они задолго до притч Соломоновых сказали: "Всё суета сует и томление духа." И ещё они говорили: "Нужно осуществлять недеяние, соблюдать спокойствие и вкушать безвкусное. Великое состоит из малого, а многое из немногого. Поэтому, совершенномудрый начинает не с великого, тем самым совершая великое".

Их горделивый эстетизм доходил до того, что они говорили - "Знающий молчит, говорящий не знает..." И это были не просто слова, а руководство к действию. У них было главное правило - живи тихонечко и делай вид, что ты такой же как все. Им принадлежат слова: "Подлинно великие люди проживают жизнь незаметно..."


Невеста Симона, Таня пробегая мимо, обнимает Сергея. - Серёжа! Я так счастлива сегодня!.. (Гладит его по плечу и убегает...)


Сергей - Лина, я на минуту, выйду подышать. Мне надо с коньяком сделать паузу.


(Выходит в прихожую. Вслед за ним выходит покачиваясь Ефимов.)

Ефимов - Как тебе невеста, Попов? Хороша, не правда ли... Я видел, как она тебя оглаживала. Ты и её хочешь оприходовать?


Сергей собирался уходить в зал, но вдруг остановился - Что ты сказал?! Ты не забыл, что я свидетель жениха?


Ефимов - Ну и что? Разве это впервые для тебя?


Сергей - Ты Ефимов отнюдь не моя спящая совесть, и потому, проглоти язык, иначе...

Ефимов становится в стойку: - Что иначе?


Сергей молниеносно бьёт его снизу в живот, а потом правым крюком в подбородок. Ефимов падает, а Сергей входит в зал, видит Афродитова и говорит - Пойди, подними Ефимова. Он сегодня видимо нездоров и потому, упал в прихожей...


Афродитов выбегает и поднимает Ефимова. Тот приходит в себя...


Ефимов - Ну, погоди Попов...


Афродитов, отряхивает его, приносит ему куртку и говорит: - Витя, ты иди домой. Попов и убить может. Он почему - то сегодня не в духе...


Ефимов уходит пошатываясь, бормоча - Ну погоди герой... Сочтёмся как-нибудь...


В зале Афродитов обращаясь к Сергею: - За что ты его?


Сергей криво и зло улыбаясь. - Каждый человек должен соблюдать правила приличия. В доме повешенного не говорят о верёвке. В доме, где идёт свадьба, не говорят плохо о невесте... Я понимаю, что он твой друг. Извини меня, но он в следующий раз будет повежливее. Кто - то ведь должен его этому научить...

Сергей возвращается к столу садится и налив коньяк выпивает...


Сергей. - Я ухожу, Лина. Ты со мной?


Лина с вызовом - Если ты меня до дома проводишь?


Сергей - Как скажешь? (Встают)


Лина - Надо ведь с женихом и с невестой проститься?!


Сергей - Не обязательно. Мы сегодня уйдём по-английски, не прощаясь. Мне почему то здесь всё разонравилось...


Уже на выходе Лина. - Моя мать сегодня забрала Настю и уехала к подруге, так что я одна.


Сергей - Вот и замечательно. Мы у тебя вечер и продолжим... (Уходят)


Свет гаснет.


Занавес.