# Седьмая Радуга за спиной

Анатолий Геннадьевич Курлат

Мое исследование Американского хиппи-движения.

СЕДЬМАЯ РАДУГА ЗА СПИНОЙ


Маленькое предисловие


Впервые на американскую Радугу я попал в 2003 году, она тогда проходила в Мичигане. С тех пор я побывал на многих Радугах в Америке, как на многотысячных национальных, так и на маленьких, на пару сотен человек, региональных. Так получилось, что нами был создан целый русский лагерь, необычное культурно-этническое образование для американской Радуги, костяк которого продолжает появляться на Rainbow ежегодно. Поездки на Радуги и связанные с этим впечатления остаются для нас чем-то очень ярким и светлым и сейчас, и я никогда не пожалею о том, что это было в моей жизни и жизни близких мне людей, с которыми мы разделили эти удивительные приключения. Но прошло довольно много лет, мы все стали старше, мы прошли и оставили позади как периоды первых восторгов, так и последующих разочарований от этого уникального человеческого явления под названием "Rainbow".


И хочется поделиться своими соображениями с высоты какого-то пережитого опыта, хотя бы для того, чтобы как-то упорядочить этот опыт для себя самого и разделить его с другими, для кого это может быть сейчас актуально. Да и просто рассказать о том, как это было для нас здесь, в Америке, - ведь это уже стало частью нашей истории и остается в жизни многих из нас чем-то особенным и очень дорогим. Тем более что в этом году юбилей, Вудстоку исполняется 50 лет!


Сразу оговорюсь, что в этой статье планируется равное количество и меда, и дегтя. Уж не знаю, как сложится с этими пропорциями в действительности, но мой первый маленький очерк о Rainbow, написанный много лет назад, был очень восторженным, а сейчас я далек от восприятия реальности через "радужные" очки и буду писать так, как на данный момент чувствую нужным, не претендуя ни в коем случае на уникальность своих выводов или на высказывания каких-то наших общих мнений и точек зрения. Я пишу только о своем опыте и о том, к чему пришел сам. И кто-то, даже мои близкие друзья, с которыми мы вместе ходили по тем тропинкам, вполне в праве сказать мне: "Э... Да ты, оказывается, ничего не понял! Как будто и не был там!" И со своей стороны будут совершенно правы, но - Радуга у каждого, в конечном итоге, своя, как будто своя маленькая жизнь...


Я не буду много писать о том, что является историей и известно и без меня, напомню только, что движение началось в Америке на волне событий шестидесятых, кульминацией которых стал Вудстокский фестиваль. Хиппи понравилось массово тусоваться, чувствуя себя одной большой семьей, которая наконец-то вместе, и уже ничто не могло этому помешать. Первый фестиваль Rainbow состоялся летом 1972 года в Колорадо. Тогда в лесу собралось человек 250, все вышло спонтанно, и информация о происходящем передавалась от человека к человеку. Я встречал пару олдовых хиппи, которым посчастливилось там побывать, они рассказывали, что никто не понимал, зачем все собираются, что прошел слух о суперсекретном рок-концерте глубоко в лесу, но в результате все остались довольны. Было решено повторить это на следующий год, а потом на следующий, и так и пошло, пока не стало прочной традицией.


На данный момент американская Радуга проходит ежегодно в течение первой недели июля, её кульминация приходится на 4 июля, День Независимости США. Люди начинают съезжаться в июне и могут оставаться надолго после завершения основной, недельной части собрания. Радуги устраиваются каждый год в разных штатах, путешествуя таким образом по стране. Проходит одна "национальная" и несколько небольших "региональных". Есть также канадские Радуги, идущие по времени после основной американской. Нам, правда, пока на них побывать не случалось.


А откуда взялось само название, почему "Rainbow"? Хиппи ссылаются на якобы индейское пророчество, которое говорит: "Когда земля будет опустошена, а животные окажутся на грани вымирания, появится на земле новое племя людей всех цветов кожи, сословий и верований, которое своими деяниями поможет планете вновь стать зеленой. И будут они известны как воины Радуги" ("When the earth is ravaged and the animals are dying, a new tribe of people shall come unto the earth from many colors, classes, creeds, and who by their actions and deeds shall make the earth green again. They will be known as the warriors of the Rainbow").


История красивая и привлекательная, всем нам, конечно же, хочется почувствовать свою причастность к такому великому делу, как спасение Земли, но индейцы говорят, что не знают о таком пророчестве, и обижаются на то, что белые опять подстраивают под себя индейские верования и культуру. Насколько я смог выяснить, название "Warriors of the Rainbow" взято из христианской книги 1962 года, направленной, как я понимаю, на евангелизацию индейцев и говорящей в этой связи о втором пришествии. Книга произвела большое впечатление на основателя Гринпис, который даже назвал корабль "Rainbow Warrior". Имя прижилось, и так стали называть себя группы по защите природы, а затем и хиппи. Более достоверной информации у меня на этот счет нет, пророчество в любом случае прекрасно, даже если оно родилось в наше время и стало частью современного нам фольклора.


Сайт welcomehome.org содержит много интересной информации как по индейским пророчествам, так и по истории возникновения движения. Всячески его рекомендую всем, кто может читать по-английски.


1. Поиски хиппи


Во все века в обществе были люди, не могущие или не желающие жить традиционно, люди, не способные вписаться в рамки, предлагаемые социумом. В зависимости от времени, в котором они жили, от обстоятельств, ситуации в стране, городе или в их маленькой деревне их жизнь могла складываться как благополучно (если их не преследовали и была возможность прокормить себя своими талантами и спокойно существовать), так и совсем трагично, если приходилось выживать и подстраиваться под окружающее общество, противореча своим взглядам и убеждениям. И это происходило всегда, у всех народов и во все времена, не исключая времени, в котором мы живем.


С той только разницей, что, наверное, впервые в истории эти люди вдруг получили волшебную возможность найти друг друга и собираться вместе в огромных количествах, устраивать собственные фестивали и слеты. Как ни парадоксально, происходить это стало благодаря пресловутой глобализации, которую сами хиппи так не любят. Как обратная сторона той же монеты, возможность быстро передавать информацию практически в любую точку мира предоставила шанс этому явлению стать настолько массовым, что Радуги проводятся на данный момент не только в Европе или Америке, но частенько в самых экзотических и непредставимых местах и странах. И это прекрасно, пусть умножают добро и радость в мире, миру это нужно, и это видится мне главной задачей.


А как же все это начиналось для меня? Попробую вспомнить - а это может быть не так просто, ведь, как говорят хиппи, если ты это помнишь, значит, тебя там не было!


В Америку я попал в достаточно юном возрасте (мне было 18), и, конечно же, я был наслышан о хиппи, а знаменитый фестиваль Вудсток был для меня чем-то легендарным. Живя в России, я не успел еще нормально потусоваться или найти близкую мне по духу среду, просто рано уехал. Взрослея в Москве конца 80-х - начала 90-х, я точно знал, как выглядят любера и разного рода гопники (сам родился в Люберцах, а после до отъезда жил в Выхино), а вот с хиппи на улице не встречался. Но со временем, несколько лет прожив в Америке, я опять заинтересовался поисками хиппи и всего, с этим связанного. Началось с того, что я взял напрокат в видеосалоне (в 90-е они были повсюду и в Нью-Йорке тоже) фильм о Вудстокском фестивале, длинный, на двух кассетах. Посмотрев его и впервые в жизни увидев, как реально проходил Вудсток, я вдруг понял, что это было не где-то в Калифорнии (как мне всегда казалось, на родине хиппи), а у нас, в штате Нью-Йорк. Я посмотрел на карту и обнаружил город Вудсток, который находится в паре часов езды на север от Нью-Йорка. Интернета тогда практически не было, и я был уверен, что Вудстокский фестиваль, конечно же, проходил в городе Вудсток... что оказалось совсем не так, о чем мне позже довелось узнать от жителей этого приятного маленького городка.


В то время я много ездил на машине по окрестностям Нью-Йорка, "открывая" для себя Америку. В основном меня интересовала природа, которая тут оказалась совершенно роскошной. Я мог просто ткнуть пальцем в какое-то привлекшее меня зеленое место на карте и отправиться туда один в ближайшие выходные. Вудсток находится прямо посреди Катскильских гор, вокруг него множество мест, куда можно пойти с палаткой, горные маршруты пролегают повсюду. И вот в один прекрасный день я оказался там, и, припарковав машину, пошел гулять по знаменитому Вудстоку. При ближайшем рассмотрении он показался мне более нью-эйджевым, чем хипповским. Это очень приятный туристический городок с возвышающейся над ним горой Overlook, с множеством магазинчиков, торгующих буддийской и хипповской мишурой, и закусочных с вкусной органической едой. Нашлась, правда, пара толковых магазинов с интересными музыкальными инструментами, а если вам понадобится, скажем, статуя Будды - её тоже можно выбрать на свой вкус.


Обилие буддийской символики объясняется еще и тем, что прямо над Вудстоком, на горе Оверлук (которую мы с друзьями сразу же прозвали "Оверлучка") стоит большой буддийский монастырь, он оказался ни больше ни меньше как североамериканской резиденцией Кармапы. Правда, в последствии я узнал, что Кармапы, да не совсем того. В то время в тибетском буддизме происходил серьезный раскол, вместо одного Кармапы образовалось два: один как бы настоящий, а второй - поставленный китайцами. И, чтобы предотвратить серьезный конфликт среди самих буддистов, Далай Лама признал обоих. Есть знаменитая фотография Далай Ламы, жмущего руку китайскому Кармапе, и именно это фото стояло на алтаре посреди главного зала Вудстокского монастыря. Впоследствии мне случилось разговаривать с их главным настоятелем, и, осторожно затронув вопрос двух Кармап, я понял, что сделал это зря. Настоятель изменился в лице и безапелляционно указал на фото - только этот Кармапа истинный!


Но оставим религиозную политику (которая, как оказалось, есть и у буддистов) на горе Оверлук и спустимся назад в Вудсток. Я обошел уже весь городок, но где же хиппи? Повсюду сновало множество "туристов" из Нью-Йорка, на них-то все и было, наверное, рассчитано (цены в магазинчиках - не из дешевых), но на главной площади, совсем небольшой, мирно сидело на траве и скамейках несколько человек. Их внешний вид наиболее подходил под мое представление о том, как должны выглядеть хиппи. Кто-то поигрывал на гитаре, кто-то постукивал на барабанчике. Я посидел рядом с ними и, выбрав момент, спросил: "А не подскажете, как попасть на поле, где в 69-м проходил фестиваль?" И тут, к моему удивлению, мне объяснили, что фестиваль проходил вообще не здесь, а в городе Бетель (Bethel) - совсем в другой стороне, милях в пятидесяти от Вудстока. Я опять склонился над картой. И обнаружил, что Bethel тоже находится в знакомых мне местах!


Буквально во второе же лето в Америке мой дядя снял на пару месяцев небольшую дачу и отправил туда детей под присмотром бабушки и дедушки; взяли за компанию и меня. Для меня это было очень интересное время, я оказался посреди дикой природы без машины, денег и английского языка, предоставленный самому себе. Дядя приезжал только по выходным и завозил продукты. Я же ходил по лесам, читал заинтересовавшую меня на тот момент Бхагават-гиту, писал стихи, жег в одиночку костры в чаще леса, смотрел на загадочные нагромождения из камней, не понимая их назначения (это были, как я в последствии выяснил, оставленные индейцами алтари), видел оленей, орлов, а однажды повстречал настоящую рысь.


Впоследствии, когда у меня уже появились здесь друзья, мы года два периодически возвращались на эту дачу, снимая ее на уик-энды за небольшие деньги, получив таким образом свою отличную "базу" на природе, где можно было играть музыку, шуметь, сидя у горной речки до утра, устраивать друг другу "творческие вечера". Это стало началом наших музыкальных тусовок, все были молодые и все казалось ярким и интересным, не было еще и в проекте ни поездок на Радуги, ни наших концертов и фестивалей. Хозяевами дачи были добродушные дед с бабулей, которых мы прозвали между собой "Grateful Дед and the Бабка". Я еще не знал в то время, что через пару лет поселюсь буквально в паре миль, оказавшись среди той самой природы, которая первой так открылась мне в то лето в совсем еще не знакомой Америке.


И тут оказалось, что городок Bethel и само поле, на котором проходил Вудсток, находятся неподалеку, минут двадцать езды на машине. Конечно же, при первой возможности я туда съездил и поле посетил, но об этом чуть позже.


А пока, находясь в Вудстоке, я разузнал об одном горном маршруте, начинающемся прямо от буддийского монастыря. Это была тропа, ведущая на самую вершину Оверлучки, где можно ставить палатки и жечь костры. Также там стояла бывшая пожарная башня, с которой открывалась круговая горная панорама - в общем, было на что посмотреть. Приехав назад в Нью-Йорк, я рассказал об этом друзьям, и мы стали частенько ходить в походы на Оверлучку, даже пару раз выбирались зимой. В какой-то момент было решено праздновать день рождения нашего друга Жени Кошмара (группа "Ку-Ку") именно там, несмотря на трудность восхождения.


И вот тут-то я впервые в жизни попал на небольшой drum circle. Он был устроен недалеко от парковки, на которой стояли наши загруженные вещами машины. Мы паковали рюкзаки, когда из леса вдруг донесся стук барабанов. Мы пошли на звук, миновали монастырь и обнаружили дорожку, ведущую вглубь леса. Пройдя по ней, мы оказались на прекрасной большой поляне, пересеченной тропинками и окруженной старыми яблонями. Над лесом вздымались вершины гор, место было магическое, и оказалось, что оно так и называется - Magic Meadow ("Волшебный луг"). В глубине поляны горел большой костер, вокруг которого сидело и барабанило человек двадцать или больше. Вот тут-то я и увидел настоящих хиппи, в этом не могло быть никакого сомнения.


Мы узнали, что попали на "Full Moon Circle", и каждое полнолуние, если позволяет погода, Woodstock Rainbow family (а это были именно они) привозят сюда целый грузовичок с барабанами и стучат - правда, только до полуночи, таков уговор с жителями окрестных домов. Хоть они и не близко, звук барабанов в горах разносится далеко, и полиция уже не раз приезжала, сворачивая весь праздник. В конце концов, была достигнута договоренность - стучать только до двенадцати. Помню, что как-то, оставшись там, на поляне, ночевать после празднования Full Moon, я был разбужен поутру весьма неприветливым полицейским, который сказал, что ночевать тут запрещено.


Оказалось, что эти же люди барабанят каждое воскресенье на главной площади Вудстока, с двух до четырех часов дня. И впоследствии я частенько участвовал в этом мероприятии по воскресеньям, спускаясь с горы сразу после службы в православной церкви, которая стояла рядом с буддийским монастырем.


Об этой необычной церкви, с которой еще в XIX веке, по сути, и начался Вудсток как место, привлекающее к себе творческих людей всех видов и где уже в семидесятые годы прошлого века собиралась вся местная хиппи- и рок-тусовка, в которой венчался Боб Дилан, куда захаживали Джоплин и Хендрикс и где мне довелось послужить в качестве помощника священника, я написал в свое время статью к сорокалетию Вудстокского фестиваля. В ней же я более подробно рассказываю об известной мне истории Вудстока.


Итак, мы посидели у большого костра, пообщались немного с народом, удивили всех русской речью и акцентом и ушли: нам предстояло долгое восхождение с вещами на вершину Оверлука. Надо сказать, я далеко не сразу проникся барабанами. В то время я был с головой в русском роке, писал песни, играл на гитаре и не думал о том, чтобы осваивать какие-то другие инструменты. Тогда я сидел у костра, слушал барабаны, и через какое-то время мне показалось это скучным. Вроде как нет никакого развития, к чему бесконечно стучать одно и то же? Барабанили они, надо сказать, очень хорошо и слаженно, просто я такое слышал впервые и с меня тогда еще не спали шоры, ведь в нашем кругу на тот момент это было чем-то совсем незнакомым.


Красочные персонажи, сидящие вокруг костра, мне показались абсолютно своими: несмотря на разницу языков, мы говорили на одном языке, не было никакой неловкости от общения с незнакомыми людьми, точки соприкосновения находились сразу, разговоры начинались с полуслова. От той ночи у меня осталось ощущение того, что я наконец-то нашел в мире своих. Будь они американцы или кто угодно, пусть между нами существует языковой и культурный барьер, но они были свои и всё тут, я просто знал это.


Там же я порасспрашивал людей о том, происходит ли что-то сейчас на самом Вудстокском поле. По их словам выходило, что поле - частное и пройти на него нельзя, можно только остановиться у небольшого памятника со списком выступавших на Вудстоке музыкантов и посмотреть на легендарное место со стороны. Но рядом есть другое поле, на котором ежегодно устраивается небольшой фестиваль Woodstock Reunion, и также есть бар Хектора, где хиппи зависают целую неделю в середине августа (в годовщину Вудстока). При этом если вход на Вудсток Реюнион платный, то зависнуть у Хектора можно совершенно бесплатно, и там тоже была своя сцена и drum-circle. Я запомнил эту полезную информацию. Про Rainbow в то время я ничего не знал и думал, будто эти ежегодные события около Вудстокского поля в августе - это всё, что есть, всё, что осталось от некогда массового движа. Но я был не прав, и вскоре в этом, к своей радости, убедился.


Через пару лет я купил домик в лесу, волей случая оказавшись недалеко от Вудстокского поля (специально я этого расположения не выбирал). И было очень забавно смотреть видео с Вудстокского фестиваля, теперь уже узнавая местные дороги и привычные мне магазины, попавшие на эти исторические кадры. Видеть, как по знакомым дорогам, по которым ездишь изо дня в день, в 69-м шли на фестиваль колонны хиппи, побросав машины по обочинам - это интересно, если для тебя это, конечно, что-то значит.


На поле можно было посмотреть со стороны, рядом устроена специальная маленькая парковка и газончик с мемориальным памятником, на котором перечислены имена музыкантов, выступавших на Вудстоке. Была прекрасно видна та точка, в которой находилась сцена, но вся территория строго патрулировалась. Видимо, случалось немало попыток потусоваться на знаменитом месте, и хозяевам пришлось нанимать охрану, которая периодически циркулировала на машинах по периметру вокруг поля. Строился огромный концертный зал, сейчас он уже функционирует в полную силу и называется Bethel Woods Art Center.


Ставить палатки на самом поле пока не разрешают, на ночь никто не остается. Выступить приглашают самых именитых исполнителей, я дважды туда ходил на концерт Боба Дилана, можно недорого (долларов за 40) купить билет и сидеть на своем коврике на траве, смотря на происходящее на сцене в бинокль. Билеты в первые ряды стоят дорого ($150 и выше), стоячего партера нет вообще. С собой нельзя пронести даже бутылку воды, все отнимают на входе. Внутри цены соответствующие.


Есть у них и музей Вудстокского фестиваля, но поскольку фестиваль стал частью местной истории, ему посвящен также отдел местного краеведческого музея, который я с удовольствием изучил, благо он к тому же бесплатный. Там я узнал, что фестиваль изначально планировалось провести недалеко от самого города Вудсток, но местные власти в последний момент отказали организаторам в пермите (разрешении), опасаясь беспорядков. И те срочно нашли другой вариант, правда, уже неблизко от самого Вудстока, но название решили оставить. Cвое поле предоставил им фермер Макс Ясгур.


В этой небольшой музейной экспозиции было интервью с самим Ясгуром, данное через несколько лет после фестиваля. Его спросили, не жалеет ли он о том, что предоставил свое поле для Вудстока. Он ответил, что нет, никогда не жалел, это было что-то очень важное для молодых людей, там собравшихся, и для культуры в мировом масштабе. И жалеет он только об одном: о том, что многие уважаемые им люди - от мэров небольших городков до соседей-фермеров, - люди, которых он ценит и считает теми, на которых держится Америка ("the back bone of this country"), отвернулись от него и прервали дружбу, которой он дорожил. Всё из-за того, что он пустил на свою землю эти тысячи хиппи, на несколько дней превратившие всю местность в настоящий сумасшедший дом. Вот такой бывает цена прогресса...


2. Вудсток Реюнион


Дождавшись середины августа, я поехал на Woodstock Reunion, который оказался небольшим фестивалем (он и сейчас такой). Там была одна большая сцена и пара маленьких, и в лесу гремел большой drum circle, где тусовалось много народа. Я походил от сцены к сцене, заглянул на драм-серкл, пошел назад к сценам, пообщался немного с народом. Американцы бывают очень смешные. Услышав русский акцент, они тут же проявляют много интереса и задают вопросы, от которых иногда хоть стой, хоть падай. "Поздравляю с концом коммунизма! Добро пожаловать в мою страну!" И то, что коммунизм окончился явно не вчера, а в Америке я не первый год, его уже не волнует. "Have you ever been to the GULag?" - "А вы когда-нибудь были в ГУЛаге?" Или: "Is Siberia really the worst place in the world?" - "А правда, что Сибирь - самое ужасное место в мире?" Ну что на такое ответишь? Такие у них основные сведения о нас. А по сути, относятся к русским с уважением и большим интересом, и, копнув глубже, понимаешь, что менталитет у нас очень похож: простые люди хотят спокойно и свободно жить, ни с кем не воюя.


В какой-то момент все сцены на фестивале позакрывались, и движуха осталась только на драм-серкле, туда подтянулись все, кто еще не спал. Я тоже оставался здесь довольно долго, ПОКА КАК-ТО НЕЗАМЕТНО ДЛЯ СЕБЯ вдруг не стал ритмично двигаться в такт барабанам. Стучало барабанщиков тридцать, и очень слаженно. И тут меня зацепило, да так, что не отпускает и до сих пор. Может, вся атмосфера фестиваля сняла какие-то рамки восприятия, а может, просто время настало - но это так или иначе произошло, барабаны говорили со мной, ритм проникал в самые глубины чего-то первобытного, чего я до сих пор в себе не знал, приводя в экстаз от необычайного высвобождения. Да что тут описывать словами, кто знает - тому и так понятно, а кто не знает - лучше самим испытать.


Разговорился с людьми вокруг, и кто-то, видя мой восторг от происходящего, мне и говорит: "Ты тащишься от того, что барабанят тридцать человек, а как насчет ста одновременно? Поезжай на Rainbow, парень, там ты увидишь и не такое! Ты когда-нибудь видел пятьсот человек, барабанящих в горной долине?" Это был первый раз, когда я услышал о Rainbow. А где это, как про это узнать, где информация? - у меня возникло множество вопросов. Мне посоветовали сайт, но сказали, что в основном вся информация передается устно от хиппи к хиппи, и что Радуга прошла только что в июле, а в каком штате она будет в следующий раз - никто не знает до последнего момента, и тогда тоже надо от кого-то получить совершенно секретные карты и "directions" как туда доехать.


Звучало все интригующе и малопонятно, но по словам моих собеседников выходило, что собиралось там тысяч двадцать (!) хиппи, а мероприятие такого масштаба не могло быть совсем уж засекреченным. Тогда не было никаких соцсетей, и единственным источником информации для простого человека служил тот самый сайт, на который я залез сразу, как только вернулся домой и отоспался. А сайт выглядел так, будто им если и занимаются, то, может, и правда только раз в год, накануне Rainbow. Тем не менее, процесс был запущен.


А что же ЕЩЕ ЗАМЕЧАТЕЛЬНОГО произошло той ночью со мной? А ВСЕ ПРОСТО БЫЛО ЯРКО, ИНТЕРЕСНО и ИМЕЛО какой-то сакральный смысл,КАЖДАЯ ВСТРЕЧА, КАЖДЫЙ РАЗГОВОР ИЛИ УСЛЫШАННАЯ ПЕСНЯ - ну, собственно, как и должно ПРОИСХОДИТЬ, КОГДА ВПЕРВЫЕ СОПРИКАСАЕШЬСЯ С ЧЕМ-ТО, ЧЕМУ СУЖДЕНО ОПРЕДЕЛИТЬ ТВОЮ ЖИЗНЬ НА ГОДЫ ВПЕРЕД. ЗАПОМНИЛСЯ ПРАВДА ОДИН смешной и нелепый момент, когда уже под утро МЫ сидели у костра, ОСТАВАЛОСЬ нас ВСЕГО человек десять. СИДЯЩИЕ У КОСТРА ВЫГЛЯДЕЛИ И ОБЩАЛИСЬ НЕ СОВСЕМ АДЕКВАТНО, ПОХОЖЕ БЫЛО ЧТО ОНИ ТАКИ ПРИЧАСТИЛИСЬ ТАИНСТВЕННОГО СНАДОБЬЯ ИЗ МАЛЕНЬКОГО ПУЗЫРЬКА ИЗ-ПОД ГЛАЗНЫХ КАПЕЛЬ, ПОЯВЛЯВШЕГОСЯ ТО ТУТ ТО ТАМ НЕСКОЛЬКИМИ ЧАСАМИ РАНЬШЕ. И ЧТО-ТО ПОДСКАЗЫВАЛО МНЕ, ЧТО БЫЛИ В ТОМ ПУЗЫРЬКЕ НЕ ПРОСТО ГЛАЗНЫЕ КАПЛИ. Ночь, несмотря на лето, выдалась холодная, и от костра уходить никуда не хотелось. И тут я произнес гениальную фразу: "А ведь дров-то нам до утра, похоже, не хватит!" Меня услышали все, но среагировали как-то неожиданно. Одновременно вся толпа вскочила и вдруг, не сговариваясь, направилась прямо в лес, в темноту, каждый в свою сторону, собирать дрова. И больше никого из них я не видел. Еще долго я слышал треск веток и вскрики "Fuck!" и "Shit", доносящиеся из лесу и постепенно становящиеся все тише, но обратно к костру никто так и не вышел. Судьба этих людей до сих пор остается для меня загадкой. Я же спокойно досидел до рассвета у огня один, и каким был этот рассвет!


На вторую ночь Вудсток Реюнион приехала из Нью-Йорка Аня, и мы провели практически все время, не уходя с драм-серкла. Аня вскоре по возвращении с фестиваля подарила мне мой первый барабан, который я начал немедленно осваивать, и на следующий год вполне себе сносно стучал - по крайней мере, ритм мог держать долго. (Удивительно, что ровно через год там же я уже задавал ритм всему кругу в начале, и постепенно все начинали стучать ровно и слаженно).


Аня танцевала и попала на первую страницу местной газеты, в которой, оказывается, был репортаж о фестивале. Мы узнали об этом, когда на обратном пути остановились заправить машину. "Это ты, ты - та девушка с Вудсток Реюнион!" - вдруг стал восторженно указывать на нее индус-хозяин заправки, а другие индусы кивали головами. - "Ты вчера была на всю первую страницу газеты!" Правда, экземпляров этой газеты там больше не осталось и это историческое фото мы так и не увидели, но все равно забавно. А идея все выяснить и попасть на Rainbow во что бы то ни стало с тех пор прочно засела у меня в голове.


3. Бар Хектора


Рассказывая о том, как живется рядом со всем этим через 40 лет после Вудстока (а ведь в этом году - уже через 50!), я не мог не упомянуть еще одно значимое для хиппи место - бар Хектора. Здесь каждый год собирается пара сотен хиппи отпраздновать в середине августа очередную годовщину фестиваля. Как это началось - я не знаю, Хектор на момент нашего знакомства казался еще крепким стариком, у него кроме бара был небольшой бизнес по ремонту колодцев. Так он и попал ко мне домой - мне порекомендовали его соседи. И практически каждое лето я, если проводил август дома, старался ездить на пару вечеров к его бару, благо это удобно - легко можно было уезжать домой переночевать. Бар стоит недалеко от Вудстокского поля, на проселочной дороге среди полей с коровами, около бара есть сараюха со сценой, где играют группы, и место для костра, вокруг которого всю ночь барабанят - правда, редко когда хорошо. Бывает довольно весело, но есть одна проблема - это алкоголь. В баре бутылка пива стоит $1.25, что очень мало, и люди бухают довольно жестко, так бар и делает свою выручку, ведь само мероприятие в лучших традициях хиппи - совершенно бесплатно, и многие живут прямо там, в палатках и автобусах, целую неделю.


И если на Вудсток Реюнион, который проходит буквально за углом (в пяти минутах езды на машине), билет стоит $100 и народ приезжает поприличней, то у Хектора собирается настоящий хард-кор, просто сливки А-кемпа с Rainbow (о том, что такое А-camp на американской Радуге, мне вскоре предстояло выяснить). С бухими подростками я сталкивался и на Вудсток Реюнион, но тут помимо местных тинэйджеров было много бухающих реально олдовых хиппи, и это выглядело очень живописно, как будто ты вдруг оказался на празднике подвыпивших гномов. Какое-то время это все бывает забавно наблюдать. Но пару раз я просто садился в машину и уезжал среди ночи домой, так как общее веселье начинало переходить границы и становилось просто некайфово сидеть у костра с людьми, допившимися уже даже не до поросячьего визга, а до рычания, которым они, однако, вполне продуктивно между собой общались. К тому же, начинали возникать пьяные конфликты, и если ты не находился на той же волне - делать там уже было нечего.


Что любопытно, платный Вудсток Реюнион местные власти каждый год пытаются закрыть под разными предлогами, владелица фермы уже неоднократно судилась с городом Bethel по этому поводу, а довольно большое и сильно пьяное сборище у Хектора, длящееся целую неделю, не трогают. Поди пойми местные расклады, наверное, как и всюду - кто-то кому-то недопроплатил или у кого-то хорошие связи. И получается, что в середине августа каждый год происходит три мероприятия: официальный концерт на том самом поле (не совсем на нем, а с другой его стороны, в Bethel Woods Art Center) - заплатили за билеты, прошли через металлоискатели, попили пива по 10 баксов за пластиковый стаканчик, посмотрели в бинокль на сцену внизу и разошлись; Вудсток Реюнион - 100 долларов за двухдневный фестиваль среднего масштаба, и, наконец, бар Хектора - минимальная культурная программа, зато бесплатно и живописно. Но мне хотелось пойти до конца, а это означало только одно - добраться до самой Rainbow.


4. Первая Радуга, Мичиган


И вот летом 2002 года я стал уже серьезно задумываться о поездке. Узнал на сайте всё, что можно было узнать, и все равно оставалась куча неясностей. Карта вывешивалась на сайте буквально за пару недель, и я не совсем понимал, можно ли на эту информацию реально положиться. Присоединиться к каким-то знающим людям мы не могли: просто не знали никого, а в интернете больше никаких ресурсов не нашли. Это сейчас есть радужные страницы в Фейсбуке, где можно хотя бы посмотреть, что пишут люди, и составить себе картину происходящего, а тогда ничего этого не было. О том, что в этом году Радуга должна проходить в северном Мичигане, сведения были довольно достоверные, но все равно оставалось ощущение, что это поездка практически на авось, а ведь расстояние предстояло преодолеть немалое - почти треть Америки! 20 часов чистой дороги. А вдруг они сменят место, и мы никого не найдем? Могут ли власти всё это закрыть и арестовать всех приехавших? На чем ехать? На такие расстояния надо арендовать машину, бензин тогда, после падения Близнецов, был на пике цен, и все это влетало на бумаге в приличные суммы.


Ехать одному казалось малореальным: во-первых, несуразно дорого, во-вторых - тяжело быть единственным водителем на таком расстоянии, ну и, конечно, мне хотелось поехать с компанией друзей. И я с самого начала лета начал подбивать народ на такую авантюру. Моих интересов, надо сказать, особо никто не разделял, никто просто не мог взять в толк, куда я агитирую ехать. "А сколько стоит вход на этот фестиваль? А кто там выступает? Играют ли электронику или это будет чисто рок? Как это может быть бесплатно? Что значит "там нет ни сцен, ни электричества, ни туалетов"? Неужели до сих пор существуют хиппи? Да ты гонишь, это началось и закончилось в 69-м, поэтому и называлось "летом любви"! 20 тысяч хиппи в лесу? Ну, если это правда - на это, конечно, стоит посмотреть, но на всё про всё нужна неделя, а у кого же она есть? Да и скидываться на дорогу надо немало!"


В общем, доводы казались обоснованными, компания не набиралась, ехать было далеко, дорого и авантюрно, всё получалось так... Но я не хотел отступать, настолько мне хотелось туда попасть. Для меня на тот момент это было каким-то откровением, волшебной возможностью встретить в жизни похожих на себя самого, а уж если я вобью себе что-то в голову - свернуть меня бывает трудно даже мне самому. Не получая ни да ни нет от друзей, я просто разрывался. Похоже, поездка обламывалась, и тут произошло маленькое чудо или даже знамение свыше - в прямом смысле слова.


До Rainbow оставалось всего несколько дней, если ехать - надо было выезжать буквально послезавтра, а из моих еще никто конкретно ни на что не подписался. Я лежал у себя на веранде и думал, что делать, как вдруг над лесом, в абсолютно чистом голубом небе, показалась маленькая радуга, как раз на северо-западе, в направлении Мичигана! Она просуществовала буквально минуту и исчезла, но это был именно тот знак, которого я ждал от мироздания. Для меня всё решилось в ту же минуту. Я вскочил, взял телефон и всех обзвонил, сказав, что я решил ехать по-любому, даже один, и если кто хочет - может присоединиться. В течение следующей пары дней компания была сформирована - на первую Rainbow ехали я, Славец, Кот и Аля.


Мы слышали очень противоречивые сведения о Радуге, не были уверены, как там себя вести, что принято - не принято. Иногда складывалось ощущение, что мы едем в какой-то законспирированный лагерь, а не на праздник любви и жизни. Помимо основной цели, мы устроили себе увлекательную поездку: заезжали в маленькие городки пообедать, купались в великом озере Мичиган, похожем на маленькое море с настоящим прибоем.


День на трассе сменился ночью и стал опять днем и опять ночью, но долго ли, коротко ли, а мы приближались к заветной цели, и уже стали замечать красочных хиппи на бензоколонках, заправляющих свои битком набитые машины с тюками на крышах и микроавтобусы, разрисованные цветами и пацификами. Их попадалось все больше и больше, а значит, мы были на правильном пути. Мы въехали в обширный National Forest и начали двигаться по заранее распечатанной карте. Дороги стали грунтовыми, за машиной поднималась страшная пылища. Мы шли уже небольшой колонной, и каждый надеялся, что водитель впереди знает точно, куда ехать.


И вот вдоль дороги потянулся ряд припаркованных на обочине пыльных машин. Мы ехали мимо него, а он все тянулся и тянулся. Попадались совсем раздолбанные машины с номерами со всей Америки, по дороге шли люди, тащившие на себе гигантские рюкзаки. Насколько далеко мы находились от основного входа в лес, было непонятно, а мест для парковки не оставалось. Некоторые машины совсем сползли с дороги в кюветы, и непонятно было, как их оттуда собираются доставать.


Наконец мы проехали мимо главного входа, у которого успели набраться кучи мусора и тусовалось несколько довольно страшно выглядящих личностей, приветствовавших всех хриплым криком: "Welcome home, family!" По всей видимости, надо было скинуть вещи недалеко от входа и кому-то ехать неизвестно как далеко и искать место, куда впихнуть машину. Эта часть Rainbow всегда одна из самых изнурительных: чем ближе к 1 июля ты приезжаешь, тем дальше тебе придется припарковаться. А потом предстоит часа полтора или больше, как повезет, тащить на себе все припасы на несколько дней, включая воду. И это только до основного входа, от которого надо шагать столько же вглубь леса, пока не дойдешь до основных лагерей Радуги, где можно искать место для стоянки. Нам сообщили одно универсальное правило: машина должна стоять на обочине так, чтобы ни одно колесо не оказалось на проезжей части, иначе полиция машину утянет. Иногда я видел на Радугах грузовички-шаттлы, которые курсировали вдоль дорог, подбирая людей с вещами и подвозя их до основного входа, но этот транспорт нечасто можно было поймать.


Запарковаться, разгрузиться, дойти до входа, а потом - до мест, где уже можно ставиться, занимает несколько часов. Поэтому впоследствии я стал всем рекомендовать приезжать на Rainbow пораньше, желательно - в первой половине дня, тогда у тебя есть шанс осмотреться и поставиться еще засветло, иначе ты оказываешься ночью в огромном лесу, где невозможно сориентироваться, и, замерзая, беспомощно сидишь на куче рюкзаков и палаток.


Американская Радуга разделена на две половины: одна, в самом начале у дороги, называется "A-camp", здесь разрешены алкоголь и мясо, а дальше начинается территория, куда проносить алкоголь или есть там мясо считается дурным тоном, даже висит объявление:


"Out of respect for a Rainbow Family, please don't bring alcohol or meat beyond this point"


Я считаю, что такое разделение вполне справедливо, и в основном я видел, что это работает, лучшего варианта лично мне в голову не приходит. Слышал, что на русских Радугах этот вопрос так и не был однозначно решен и стал предметом конфликтов и расколов, здесь же это простое правило добровольно соблюдалось и не становилось камнем преткновения.


Когда мы зашли вглубь территории, на перекрестке троп обнаружился целый шатер "Information", где было много полезного. Висела нарисованная от руки карта местности с обозначением основных лагерей, полян и кухонь, была также доска объявлений, плотно усеянная приколотыми к ней записками. К нашему удивлению, мы увидели записку на русском: "Сергей, если ты помнишь Машу с калифорнийской Рейнбоу 98-го, приди в такой-то лагерь и познакомься со своей дочерью, ей уже четыре!"


Мы поржали, но были приятно удивлены: значит, тут есть наши! Их было бы интересно найти! Вообще на Rainbow нам встречалось несколько человек, которые переходили на русский неожиданно, иногда проговорив с тобой долго на прекрасном английском, неотличимом от английского американцев. Это были люди, либо живущие в Америке с самого детства, либо родившиеся тут, для которых английский был родным языком, но такого сюрприза ты просто не ожидаешь, общаясь с человеком как ни в чём не бывало.


Американская Радуга и вообще вся местная хипповая тема практически в абсолютном большинстве привлекает к себе белую американскую молодежь, черных видел буквально единицы. Также не встретишь здесь какие-либо значительные группы иностранцев, и нам суждено было стать первой такой группой и впоследствии даже заявить о своем присутствии, а пока было как-то неловко переговариваться на русском, хотелось не привлекать к себе внимание, а скорее самому побыть пока наблюдателем. Впрочем, вскоре это прошло, ведь атмосфера была просто сказочной и не могла не расслабить.


Rainbow и по сей день представляется мне самым невероятным человеческим сборищем. Видел я всевозможные фестивали, включая "Burning Man", где присутствует большой упор на чувство коммуны и всего с этим связанного, но так, как это происходит на Rainbow, не происходит, наверное, нигде больше. Может, потому, что люди собираются не внутри фестивального забора за определенную плату, а вот так - свободно, без денег, без определенной организации, без начальства и охраны. Без денег! То есть деньги запрещены на всей территории Радуги. Ты не можешь рассчитываться деньгами даже на ярмарке, которая называется "Traiding Post". Люди на ней просто выкладывают на ковриках для обмена всё, что можно себе представить: реально полезные для жизни в лесу вещи, а также трубки, фенечки и всё остальное.


Сориентировавшись на местности, мы просто гуляли и наблюдали за происходящим, заходили в разные лагеря, общались с народом, слушали музыкантов, сами приходили с барабанами на основной круг, где люди стучали и танцевали, не останавливаясь, кажется, ни днем, ни ночью. Были лагеря олдовых хиппи, там всегда проходили джемы, звучали песни под аккомпанемент акустических инструментов, и играли хорошо, было что послушать. Драм-серкл, гудящий 24 часа в сутки, мне все-таки надо было чем-то иногда разбавлять.


Мне кажется, что самое главное на Rainbow кроется в том, что - пускай всего на неделю - здесь создается некое волшебное пространство, в котором магия в каждой капле росы и дуновении ветерка. Она в спонтанных встречах и разговорах с самыми удивительными людьми, она в музыке, в еде, в самой природе, и через какое-то время тебе просто не остается ничего, кроме как отдаться ее потоку и лететь. А может, это сама любовь разливается в воздухе?


Но меня как-то сразу стало смущать бесконечное "I love you" от каждого встречного и поперечного. Ты должен дать такой же ответ - можешь, конечно, не давать, но почувствуешь себя странно, ответив на такое признание простым "Хеллоу". Я отвечал "Loving you" на "Loving you" скорее просто из вежливости, пока не понял одну простую вещь: для нас сказать кому-то "Я тебя люблю" - это что-то очень сильное и интимное, оно не может говориться вслух каждому встречному, иначе сила этих слов - уходит, они обесцениваются. А для американцев эта фраза скорее обиходная, как наше "Как жизнь? или "Всего хорошего". Это не хорошо и не плохо, это не говорит о поверхностности людей, просто таковы особенности языка и его применения в жизни, но для нас, в нашей культуре и языке это - так, и пока я не научился не придавать такого глобального значения этим словам, произнося их по-английски, мне было некомфортно. По-русски говорить направо и налево "Я вас люблю" людям, которых я вижу впервые в жизни, я бы однозначно не смог. А вот интересно, есть ли некое подобное приветствие на русских Радугах? Только не говорите мне, что это именно оно и есть...


Однако таким образом тоже создается какая-то часть магии, если каждый встречный тебе улыбается и говорит, что ты ему брат и он тебя любит, а часто тебя еще и обнимают, при этом вполне искренне. Если иногда по лесу идут групповые переклички, когда человек пятьдесят вдруг одновременно нараспев кричат "I Lo-o-o-o-v-e y-o-o-o-o-u!", и им хором отвечают тем же с разных сторон, то к общей атмосфере любви и дружбы это многое добавляет. Вообще я нигде среди людей, кроме как на Rainbow, не испытывал настолько сильного чувства "Один за всех и все за одного". На всех других сборищах или фестивалях все были вместе, но независимо, каждый со своим билетом, каждый со своей "программкой". Здесь же царила атмосфера реального братства. Может, отчасти потому, что все, кто здесь был, проделали немалый путь и преодолели определенные трудности, чтобы сюда попасть, и делать это просто так никто бы не стал, а значит, все мы знали, почему мы здесь. Со временем у меня, конечно же, стали возникать вопросы, а насколько реальна и продолжительна наблюдаемая нами настоящая воплощенная утопия? Но об этом я задумался позже, а пока мы наслаждались и порхали в этом раю, как бабочки от цветка к цветку.


Выяснили вопрос кухонь и питания. Оказалось, что в течение недели на Rainbow функционирует несколько общественных кухонь; в общем-то, можно приехать с пустыми руками, и голодным ты не останешься, наоборот - будешь питаться часто и вкусно. На одной кухне кормят супом, на другой - рисом с овощами, на третьей можно получить приготовленную тут же в глиняной печи пиццу или печенье, раздавали даже мороженное. Кришнаиты (а был и их лагерь) кормили вкуснейшим прасадом (еда, предложенная Кришне, которую я полюбил еще в свой бруклинский кришнаитский период в 90-х). Стоишь в длинной очереди, которая быстро движется, тусуешься с народом, а тебе еще и мантры играют. Видел, как играли на трех гитарах прекрасные музыканты, импровизируя на ходу, но возвращалась импровизация всегда на одну тему: "Харе Кришна". И был общий обед, который меня сильно впечатлил, как история о Христе, накормившем многотысячную толпу пятью хлебами...


Обед начинался где-то за час до заката, и выглядело это... ну как описать, как обедают на поляне в лесу тысяч 10 или больше хиппи? Лучше увидеть. Все садятся в широкие круги, вынимают посуду (которую надо всегда на Rainbow иметь с собой) и ждут, когда до них доедет бак с едой, который везут несколько человек. Такие баки, с первым, вторым и иногда третьим, объезжают постепенно все уровни сидящих людей. Мы не могли понять, на какие деньги и кем покупается такое количество еды? Оказалось, что деньги собираются после общего обеда путем "Magic Hat" - Волшебной Шляпы. Несколько таких шляп (или корзинок) запускается в толпу, и хотя бы доллар каждый кидает, а кто-то - больше. Нам сказали, что за время Радуги таким образом набирается несколько тысяч долларов, этого хватает и на еду для кухонь, и на общие обеды.


Мы, конечно, кидали деньги в шляпу и приносили продукты на кухни, стараясь не быть совсем халявщиками, по возможности помогали принести воду или сделать что-то, о чем просили. Задача сходить за водой, например, могла оказаться не из легких. Фильтрованная питьевая вода была дефицитом, таких водных станций насчитывалось всего две-три на всю огромную территорию, вода текла крайне медленно и очередь была всегда длинной, простоять легко можно было час, правда, при этом содержательно общаясь. А потом выяснялось, что пора менять фильтр, за которым кого-то надо посылать на другой конец леса, и процесс останавливался непонятно на сколько.


Свою воду надо было осторожно рассчитывать, и все равно она кончалась и приходилось стоять в очередях или набирать воды из речек, которые уже были все мутные от такого количества людей, ходящих по ним, умывающихся и споласкивающих посуду (что, в общем-то, запрещено, но что в таких условиях делать?) Конечно, не всегда получалось соблюдать эти полезные для всеобщей гигиены правила, но иногда я просто не мог себя заставить делать "правильно". Мыть посуду предполагалось прямо там же, на кухнях, в трех разных ёмкостях: сперва - в совсем грязной воде, потом - в более чистой, и, наконец, в самой чистой. Но такое количество народа эта система не всегда выдерживала, и, глядя на плавающие чужие объедки, в которые ты должен погружать свои тарелку с чашкой, я, конечно, поступал по-своему: либо просто протирал их салфеткой, либо набирал в речке воды в бутылку и отходил помыть посуду подальше в лес.


А как же обстояли дела с туалетами? Об этом стоит отдельно написать.


На той первой Радуге в Мичигане, кажется, все ходили куда попало в лес, и через пару дней ситуация стала заметна - если ты сворачивал с основной тропинки, стоило смотреть под ноги. Я просто уходил как можно дальше от населенных мест, но было же, наверное, какое-то общее решение этой проблемы? Не могло не быть, ведь в течение как минимум недели в этом лесу жили тысячи человек. Оказалось, оно было, и называлось крайне просто: "Shiter". В какой-то момент, гуляя по Rainbow, я увидел эту надпись с указывающей вглубь леса стрелочкой. Пошел в нужном направлении, и вскоре моему взору предстала незабываемая картина: над выкопанной траншеей сидело человек семь хиппи обоих полов, справляя свои дела и одновременно мило беседуя. По кругу ходил косяк, что меня окончательно доконало.


Я, наверное, все-таки был неправильным хиппи, и где-то существовала та невидимая черта, за которую я не был способен так сразу переступить... Как бы то ни было, шокированный этим травматическим опытом, я повторил попытку воспользоваться шитером как сознательный человек только через несколько Радуг - и остался вполне доволен. Там надо было постоять в очереди (небольшой, но минут 20 занимало, если ты мог потерпеть, конечно), а потом ты шел один, вся очередь ждала, и сразу закапывал за собой канаву песком - ни мух, ни запаха не было. Существуют специальные люди, следящие за санитарным состоянием шитера, они же копают во время Rainbow новые траншеи. И эта необходимая, но не самая приятная работа считается одной из самых почетных, как принято на Rainbow: чем тяжелей и грязней работа - тем она более уважаемая, в полную противоположность "мирскому" подходу к разным уровням занимаемых в обществе позиций. Неоднократно встречал панков, копающих шитеры или занимающихся уборкой леса после Rainbow, видел, как они выносили огромные пакеты с пластиком к дороге и сортировали мусор. О панках и иже с ними мне тоже есть что рассказать, но чуть позже.


На той же Rainbow мы поняли на своем опыте, что существуют по крайней мере две основные разновидности хиппи: чистые и грязные. Есть и соответствующий термин:"dirty hippies". Конечно, можно воспринимать это буквально, но по сути это разные образы жизни. Мы были, конечно же, чистыми, но оказалось, что дело даже не в чистоте одежды, всё гораздо глубже, и для кого-то наша внутренняя сущность легко просматривалась через наши рваные джинсы и фенечки на руках, а внешний антураж - это лишь декорации. Разница в том, что у всех у нас есть и жилье, и машины, и если кто-то вел настоящий богемный образ жизни, то у некоторых была вполне хорошо оплачиваемая работа. Мы не жили в этой "системе", лишь решили на нее посмотреть. Мы приехали повеселиться с цыганским табором, но не уйти с ним.


Мы шагали по широкой тропе с другом, который на тот момент был действительно серьезным программистом, я нес в руках видеокамеру, стараясь по возможности снимать происходящее полускрытым способом. (Вести видеосъемку на Rainbow можно только с разрешения окружающих, которые попадают в кадр, даже если ты снимаешь свою девушку на фоне других людей, иначе тебе тут же сделают замечание). Так вот, с камерой шел я, но два сидящих в пыли замшелых товарища почему-то обратились к моему другу, хотя, казалось бы, именно наличие камеры говорит о тебе, что ты не совсем свой. И обращение это повергло нас в изумление:

- Hey, you! You`ve got "Microsoft" written all over you, man! - что означает буквально: "Эй, чувак, да на тебе просто написано "Майкрософт"!"

- На мне??? - пораженный, переспросил мой друг.

- Да-да, именно на тебе! - с уверенностью ясновидящего указывал на него пальцем типичный "грязный" хиппи.

Мы прошли мимо.


Позже мы и сами научились отличать чистых от грязных. Чистые ходили в хорошей одежде, не заросшие многонедельной бородой, девушки - с бритыми ногами и подмышками, они и говорили по-другому, это бросалось в глаза. Эти люди явно приехали на пару-тройку дней и вряд ли захотят остаться после 4 июля до последних дней фестиваля, когда кухни постепенно разбираются, интересные лагеря, еще стоявшие вчера, исчезают, барабаны звучат все тише, и по территории постепенно начинают расползаться жители А-кемпа, которые на отходняках ничего уже не стесняются. Мы не раз оставались до самого конца Rainbow, наблюдая эту не всегда радостную трансформацию. Волшебство уходит, карета превращается в тыкву...


Я не раз задумывался, к кому же отнести себя самого? Могу я считать себя реальным хиппи или только "сочувствующим"? Не знаю. Но я и не стремлюсь вписать себя в какие-то рамки и определения, потому что сразу начинаю чувствовать их ограниченность, как будто меня закрывают в очередную клетку понятий. Знаю только, что хиппи мне, наверное, ближе всего по мировосприятию, но ассоциировать себя полностью я ни с кем бы не стал.


В последнюю ночь на Радуге мои друзья наткнулись на группу русских: это были Сандро с Машей и Женя с Рушаной. Я встретился с ними в темноте, буквально мельком, но друзья рассказали, что пообщались с отличными ребятами из Чикаго и взяли их е-мейлы. Ну, взяли и взяли, мало ли - но из этой спонтанной встречи впоследствии возникла долгая дружба, встретились две основные компании ездящих на Rainbow людей - из Чикаго и Нью-Йорка, и мы неоднократно стояли одним лагерем на Радугах, а также вместе путешествовали и ездили друг к другу в гости, они - в Нью-Йорк и ко мне в лес, мы - к ним в Чикаго.


В общем, первая Rainbow произвела на всех неизгладимое впечатление, опыт оказался любопытнейшим, и, вернувшись, мы рассказали об увиденном всем нашим. Постепенно многих удалось заинтересовать. На следующий год мы заранее все спланировали и поехали куда более организованно, со своей стороны подтянулись чикагские, и постепенно ежегодная поездка на Rainbow стала традиционной, служа ещё и поводом попутешествовать по стране, ведь каждый раз фестиваль проходит в разных штатах. Где мы только ни были на Радугах - от Калифорнии до Вирджинии и от Нью-Хемпшира до Джорджии... Но подробней хочется рассказать о пенсильванской Радуге 2010 года, на которой собрался самый большой в истории русский лагерь. Благодаря нам истории о Rainbow уверенно и давно ходили по русской тусовке в Нью-Йорке, а тут оказалось, что ехать недалеко - всего часов пять на машине от Нью-Йорка, вот все и решили подорваться хотя бы на пару дней. На этот раз всё вышло не так хорошо, как хотелось бы: фестиваль был ознаменован конфликтными ситуациями, из которых мы все, конечно, вынесли немало полезного. Но о пенсильванской Радуге - позже.


5. Дальше о Rainbow


Побывав на Rainbow второй и третий раз, уже начинаешь задаваться разными вопросами и постепенно видеть более реальную картину происходящего, чем та, которую рисовало тебе восторженное по началу восприятие. Ты видишь, что движение как сильный поток привлекает к себе абсолютно все слои людей, от реально талантливых и светлых неординарных личностей до абсолютно сторчавшихся и спившихся бродяг, во множестве тусующихся в системе как в естественной среде обитания. И пока количество народа на Rainbow на пике - с начала фестиваля и числа до 5 июля, в процентном соотношении маргиналов немного, и они не так часто попадаются на глаза. Но когда основная масса народа начинает постепенно разъезжаться (а многие из-за работы имеют возможность приехать только на сам long weekend), то "бомжатник" (не нашел более точного для себя определения этого явления) начинает проявляться во всей красе. Появляются сильно бухие или сурово торчащие люди, между ними возникают конфликты с криками и драками, все это начинает происходить прямо у основного костра при всех или в любом другом месте фестиваля, и находиться рядом с этим совсем не хочется. В такие моменты надо собираться и уезжать, как я понял для себя, не стоит портить себе позитивное впечатление от Радуги. Но мы не раз оставались до самого конца и видели, как уборкой и восстановлением территории занимается никто иной как панки или такие вот совсем "грязные" хиппи. Правда, неоднократно видели и то, как они оставляют за собой набитое бутылками и банками кострище и просто сваливают.


Среди панков, как я понимаю, тоже есть свои "чистые" и "грязные". Есть просто панкующая молодежь, при ближайшем рассмотрении совсем не страшная, просто бунтующие подростки, а есть другая градация: "gutter punks", буквально - "помойные панки". Это уже серьезные люди, отдавшиеся полностью наркотикам и бродяжничеству, зачастую совсем опустившиеся. Их во множестве можно увидеть в Нью-Йорке в парке на Union Square. Они лежат на асфальте вдоль дорожек со своими спутниками - бультерьерами, все одетые в определенный тип одежды, присущей только им, пыльного коричневого цвета, спят на своих шмотках, а рядом всегда сидят и сторожат хозяев эти страшные собачки. Прекрасная, надо сказать, идея, как обезопасить себя при таком образе жизни!


На Rainbow можно встретить как тех, так и других панков, а также всех других обитателей A-camp, и несколько раз я, проходя мимо, заходил к ним в лагеря (если там все было мирно), просто послушать, о чем они говорят, иногда там кто-то классно мог петь или играть. Помню, как на одной Rainbow в самые последние дни не осталось ни одного большого костра, кроме панковского, к ним я и притусовывался погреться по ночам, когда еще не хотелось уходить спать. Там можно было услышать интереснейшие истории из их полной приключений жизни. Многие были настоящие hobo и часто передвигались по стране на товарняках. И вот однажды у них было что-то вроде "гитары по кругу", и одна девушка из их компании, на вид - оторванная бродяга, вся татуированная, вдруг спросила: "А никто не против, если я почитаю свой рэп?" - "Давай, сестра, мы тебя слышим!" - ответили ей, и она начала.


У меня просто отвисла челюсть, настолько сильный перфоманс неожиданно развернулся прямо передо мной. Она читала небольшую сцену по собственному сюжету, это был разговор нескольких человек, жителей гетто, остановившихся поболтать у подъезда. Она играла за каждого, сопровождая все бит-боксом, меняя голоса и интонации своих персонажей. Они обсуждали насущные проблемы их жизни и окружающего мира вообще, и разговор их был по-уличному глубок и попадал в самую суть темы. Это было неожиданно сильно, передо мной вдруг раскрылся настоящий артист: минуту назад, глядя на нее, я такого не ожидал. В такие моменты понимаешь, как часто судишь о ком-то поверхностно и несправедливо, основываясь на первом впечатлении, а всё может быть далеко не так просто.


Панки прославились на Rainbow своей темой с "Nik-at-night", буквально - "ночной ништяк". У них целый лагерь так называется, лагерь прикольно оформляют, как будто чтобы позлить всех "правильных" хиппи. Обносят частоколом, который в процессе Rainbow усаживается бутылками, вешают какой-то пиратский антураж - в общем, заявляют вполне ясно: "Здесь много бухают!" Но - имеют полное право, ведь лагерь стоит на территории большого A-кемпа. А в чем же ночной ништяк? Они привозят с собой на Радугу кучу табака и постоянно крутят самокрутки, нося их с собой в сумках. И если ты захотел покурить, а нечего, то ты можешь громко крикнуть: "Nik-at-night!" И если кто-то из них тебя услышит, к тебе подходят и заворачивают тебе сигарету! По-моему, классно придумано. О панках и о возникавших с ними ситуациях я еще расскажу, когда дойду до пенсильванской Rainbow.


Я все время думал о том, что вот так ведь и должно жить человечество, как было бы хорошо! Но со временем пришел к выводу, что Rainbow, по сути, не отделима от Вавилона, она возникает внутри Вавилона как ответная реакция на него, но существует только в прямой от Вавилона зависимости. Представим себе на минуту, что весь остальной мир исчезает и остается только Rainbow Gathering посреди леса, 20 тысяч хиппи. Пока Rainbow продолжается только неделю или две - действительно, нет сильной нужды в охране, внутренняя "полиция" Шанти Сена вполне адекватно способна разруливать редко возникающие неприятные ситуации. Есть еда, вода и все независимы, всех ждет где-то какая-то другая жизнь...


А что, если все эти люди вдруг останутся в этом лесу, скажем, на год или дольше? Когда кончатся консервы, дрова, когда питьевая вода станет реальным дефицитом, когда наступит зима? Даже если представить себе, что этот эксперимент проводится в теплом климате, надо будет добывать еду и распределять ресурсы, и постепенно возникнет неравенство, а значит - недовольные, значит, кому-то что-то не досталось или он не может адекватно функционировать в создавшемся обществе. Начнется воровство и мародерство, для поддержания порядка и общего благоденствия придется выбрать лидеров и создать полицию для поддержания их власти. Потом - систему судов и наказаний, а там и армию, все во имя счастья всей коммуны, и постепенно мы получим обычную модель государства, когда-то, может, и основанного на мечте о лучшей жизни, если об этом кто-то будет помнить через пару поколений. Кто может однозначно сказать за себя, что останется мирным и спокойным, если у него или его семьи будут отнимать последнюю еду или одежду? Война и насилие заложены в самой психике человека, и это проявится при сложившихся определенным образом обстоятельствах. Но так же заложены в ней добро и любовь... Весь мир не может превратиться в Rainbow gathering, эта прекрасная утопия возникает точечно и только временно - и потому работает, и работает по-своему замечательно.


А как у фестиваля обстоят дела с полицией и властями? В каждом штате - по-разному, и зависеть это может реально от того, какое в штате правительство - либеральное или более консервативное. Существует один из основных краеугольных камней Rainbow - отсутствие организационной структуры и явных лидеров. И получается, что вроде бы властям не с кем говорить, не кого, если что, привлекать к ответственности. Согласно американской Конституции, в национальных лесах можно собираться с мирными целями, но в то время, когда Конституция составлялась, никто не думал про такие количества народа. 20 тысяч человек, приезжающих со всей страны в одну точку, - это не так просто, как кажется. По закону вроде бы запретить полностью мирные собрания людей на природе не могут, но могут чинить всякие препятствия и устраивать неприятности уже во время Rainbow. Мы встречались с разными проявлениями настроения полиции, но усвоили одно: лучше держаться подальше, когда они проходят через лес, и не лезть самому на рожон.


На Rainbow нет централизованной структуры, это так, но есть "скауты", "фокалайзеры" и другие люди, которые делают на своем чистом энтузиазме необходимую организационную работу. Совсем без организации был бы просто бардак, ведь в лесу предстоит разместить тысячи человек, которым нужны большие поляны, тропы, вода, кухни и туалеты. И кто-то должен все это распланировать на местности до того, как начнут приезжать люди. Кто-то тянет по лесу резиновые шланги с расположенных выше ручьев на фильтровальные станции и кухни, кто-то планирует эти кухни и строит каменные печи, кто-то копает шитеры... Вот эти самые люди находятся в непосредственном контакте с местными властями и координируют с ними все возникающие вопросы.


А для местных властей известие о том, что им в этом году выпадает такая удача, как тысячи хиппи, прибывающих к ним со всей страны, которые будут ехать и идти через их городки и деревни, - это чрезвычайная ситуация, и в координировании всего задействованы сразу несколько уровней силовых структур. Мне кажется, это все объясняется массовостью явления, если бы собиралась пара сотен человек - конечно, такого бы не было. А так, насколько я понимаю, основные люди Rainbow координируют происходящее с полицией, и это работает или не очень. На сайте welcomehome.org висит много официальных документов, собранных в архив, его небезынтересно посмотреть. В основном все сводится к попыткам навязать хиппи подписывание пермитов на массовое собрание людей, но кто будет подписывать такой документ за всех? Уполномоченных представителей вроде как нет, а в Конституции ясно сказано: мирные собрания людей разрешаются в национальных лесах. И, как ни крути, запретить вроде никак не возможно, по крайней мере, пока.


Есть еще одна легальная зацепка - свобода вероисповедания и религиозных ритуалов, также гарантированная Конституцией. Хиппи говорят, что это собрание - их церковь, а лес - их храм, куда они идут молиться. И для многих это действительно так. Мне говорили, что если возникают проблемы с полицией, если тебя не пускают, пешком или на машине, надо сказать им эти магические слова: там моя церковь и я иду туда молиться! И это должно безотказно подействовать, при этих словах полицейские должны волшебным образом потерять над вами свою власть. Не знаю, самому это испытывать не приходилось пока, но поверить вполне могу, в Америке часто все зависит от определенных словесных формулировок, которые надо знать, общаясь с представителями закона. К примеру, есть противоречивые законы на тему обыскивания тебя или твоей машины. Полицейский должен спросить, не возражаешь ли ты, но если ты возражаешь, а у него есть подозрения (запах травы, например) - он имеет право обыскать и тебя, и машину без твоего согласия, а если не согласишься или затребуешь ордер - отвезут в тюрьму до понедельника, чтобы ты желаемого тобой ордера в безопасности подождал, а потом непонятно что будет, только одно совершенно точно: ты их уже разозлил.


Помню, как я ненадолго заблокировал проезд своей машиной, пытаясь подкурить заглохшую машину какому-то парню. Возникла пробка, и подъехали полицейские. Они довольно жестко стали со мной общаться, несмотря на мои попытки объяснить, что я пытался кому-то помочь. Проезжающие мимо кричали: "Не соглашайся на обыск! Они не имеют права!" Документы мои были в порядке, но они стали прессовать меня по поводу травы, которой не было. Они задают при этом смешные вопросы, на которые хочется ответить правдиво, но - нельзя, иначе ты пропал. Спрашивают: "Есть трава в машине?" - "Нет". - "Если мы найдем сами - будет хуже, поэтому лучше признавайся!" - "Ничего нет". - "А ты сам куришь траву?" - "Нет". - "А когда-нибудь пробовал? Когда-нибудь в жизни? Может, в школе? В колледже?" И тут хочется сказать: "Ну конечно, пробовал, кто ж в США ее не пробовал! Но мне не понравилось, и поэтому я не курю, давление повышает, голова болит... Один раз только попробовал - и мне хватило!" Но эта искренность никому не нужна. Стоит такое ляпнуть, и ты уже под подозрением, а так - все всё понимают, но ответом должно быть твердое "Нет". Меня тогда отпустили без обыска. Могут ли при таком обыске что-то подкинуть в машину? Наверное, могут, если им надо, но все-таки о таком не слышал.


Итак, местные власти объявляют чрезвычайную ситуацию, собираются советы местных мэров и чифов полиции, в этот район прибывают дополнительные полицейские силы, образуется "Incident command center", приезжают Forest service и Rangers, все довольно серьезно. И вот дальше реально зависит от либеральности штата. Видимо, по цепочке непосредственно к местному начальству приходят директивы, как вести себя по отношению к Rainbow gathering: жестко или помягче. Я понимаю, что при желании Rainbow можно закрыть. Либо изначально не допустить массового заезда, расставив всюду на подъездах кордоны, либо уже в процессе вывести всех из леса хоть при помощи армии, но пока такого, по счастью, не делают. Но, несмотря ни на что, меня не покидало одно ощущение от полиции на Rainbow: пока мы вас терпим. Самое неприятное, что происходит - когда на этом полиция тренируется, как вести себя с толпой. И отрабатывает техники "crowd control". Я сам видел, как к лесу подвозят напичканный современной электроникой супердорогой автобус, это и есть мобильный "команд-центр". Такое я, правда, наблюдал только однажды, но запомнил хорошо. На том Rainbow полиция вела себя крайне провокационно и вызывающе.


Через лес периодически ходили батальоны совсем молодых полицейских под командованием одного старшего, одетые в полный "riot gear" и с пейнтбольными ружьями. Было жарко, и эти молодые люди, лет двадцати - не больше, в черных формах, истекали потом под касками из плексигласа. Увешанные дубинками, наручниками и другим снаряжением, да еще с ружьями, которые они направляли периодически прямо на встречных или остановившихся на обочине, чтобы уступить им дорогу, людей. И вот это было уже очень неприятно. Тем более что молодые полицейские явно никогда не видели такого количества хиппи в одном месте и были заметно напуганы. На них рявкал командир, а встречные отпускали не самые приятные комментарии: "Какие классные шлемы! Выглядите просто прекрасно! Не жарко? Водички не хотите попить?" И напуганные молодые пацаны-полицейские резко тыкали воздух дулами paintball-ганов, направляя их прямо на людей. В любой момент могла произойти какая угодно провокация, и походило на то, что эта ситуация быта спланирована просто для их обучения в реальной обстановке. Практика по "контролированию толпы" в полевых условиях.


Особенно полицейские нервничают, когда все начинают стекаться на главную поляну во время кульминации Rainbow - 4 июля, в День Независимости. В этот день по традиции с утра соблюдается тишина, говорят тихо и не стучат в барабаны. А к полудню тысячи человек собираются вместе, берутся за руки и поют "Ом", посылая во вселенную добрые пожелания и молясь за мир. Это всегда очень сильный момент, и иногда мне кажется, что такой силой намерения реально можно "двигать горы". А может, так бы и происходило, если бы на Rainbow не было ни алкоголя, ни наркотиков? Что было бы, если бы Радуга была полностью трезвым собранием? Вероятно, тогда у этого движения была бы реальная сила менять мир? А так все остается на уровне "собраться в лесу на недельку, кайфануть и разъехаться". В чем, собственно, нет ничего плохого, я и сам приезжаю именно за этим, ничего не хочу сказать, но глобальные мысли иногда посещают.


Так вот, пару раз я видел, как во время пения "Ома" по периметру леса выстраивались ряды полицейских на лошадях, в шлемах и со щитами, готовые, как казалось, двинуться на толпу хиппи в любой момент, лишь только поступит приказ по рации. К счастью, этого не случалось. Однажды я наблюдал такую сцену. Командир полицейской роты заметно нервничал, видя, как из леса выходят сотни человек, постепенно становятся в круг и берутся за руки, и один хиппи спокойно объяснял ему: "Не волнуйтесь, ничего плохого не происходит. Это наша мирная традиция, сегодня и у вас, и у нас праздник - 4 июля, и мы, любящие свою страну граждане, тоже его празднуем, просто немного по-своему!" Обнаженные девушки гладили гривы лошадей и болтали с полицейскими, все было мило и бесконфликтно.


Но не всегда всё так удачно оканчивается. Был, к примеру, известный случай в Вайоминге, когда отряд Forest service, пытаясь арестовать кого-то за траву, открыл по людям пальбу из пейнтбольных ружей (до резиновых пуль пока у нас не доходило), а это может быть чувствительно, особенно если попасть в лицо. К тому же, эта сцена произошла не где-то, а в детском лагере - Kiddie Village - на глазах у детей. Она была снята людьми на телефоны, эти кадры есть в фильме "We love you", и наши друзья присутствовали там во время этого инцидента. В общем, такое здесь, к большому сожалению, происходит, создавая впечатление об Америке как о полицейском государстве, но все-таки эти случаи - исключения. По крайней мере, хочется в это верить. В основном мы встречали на Rainbow вполне себе вменяемых полицейских и рейнджеров, которые мирно и адекватно координировали трафик машин, общались с народом, подвозили иногда мам с детьми и вещами до главного входа - в общем, вели себя нормально и не создавали конфликтов, а, напротив, реально помогали.


Когда они не спеша проходили небольшими отрядами через лес, вокруг раздавались непонятные мне сперва возгласы: "Six up!" Люди выкрикивали эти странные слова, предупреждая о приближении полицейских. Потом мне как-то объяснили, что на местном блатном жаргоне это означает "вскинуть револьвер с шестью патронами в барабане" или что-то вроде того, что означает приближение шерифа или какого-то представителя власти. Полицейские, однако, мирно проходили мимо, никого не трогая, временами останавливаясь поболтать с людьми.


Помню, как на одной региональной Rainbow в горах Нью-Хемпшира по ночам было дико холодно, после заката все конкретно замерзали. Одной ночью в лес вдруг въехал полицейский пикап, кузов которого был доверху набит спальниками и одеялами: полицейские собрали их у себя в городке и привезли, чтобы раздать мерзнущим в лесу людям. Зато на другой Rainbow, в Теннеси, полицейские творили настоящий произвол. Они методично утягивали из леса машины хиппи на штрафстоянку в городке, мотивируя это тем, что машины неправильно запаркованы. Но это был только предлог, на самом деле они увозили все машины одну за другой, ряд за рядом. Единственный, по-видимому, тягач в городке едва успевал носиться туда-сюда, поднимая пыль и забирая очередную жертву, хозяева которой, ничего не подозревая, были где-то далеко в лесу. Когда же несколько дней спустя они выходили из леса, их ждал неприятный сюрприз: машины не было. Приходилось как-то выбираться, просить подвезти до той самой стоянки, а там их ждал штраф долларов на 400 или даже больше, тягач мог стоить сколько угодно. И многие были вынуждены побросать свои машины, будучи не в состоянии оплатить штраф. Не очень веселое завершение праздника, правда? А как домой добираться?


Полицейские вели себя агрессивно и вызывающе, поспорить с ними было невозможно. Одна женщина рассказала мне, что припарковалась как полагается - все 4 колеса на обочине, и еще спросила проезжающих мимо полицейских: "Я нормально припарковалась?" - "Все в порядке, мэм!" - уверили ее. А через пару часов она вернулась назад к машине за вещами и обнаружила, что её машину уже грузят на тягач, а вокруг стоят те же полицейские, с которыми она разговаривала до этого. Она попыталась объяснить, что они же её и убедили в том, что машина поставлена правильно, но ей не дали даже близко подойти: "Еще шаг, и вас арестуют за препятствование действиям полиции!"


Говорили, что чиф полиции и хозяин единственного на всю местность тягача - кузены, и что за неделю Rainbow они сделали таким образом 60 тысяч долларов. Машины, которые побросали не могущие их выкупить хиппи, продавались потом с полицейских аукционов... Такие дела здесь тоже творятся. У нас пока не было никаких инцидентов с машинами, а вот другим везло меньше: как-то, выйдя из леса к дороге, мы обнаружили, что колеса всех запаркованных машин были пробиты ножом, да не одно, а по два! На ободах стояло машин пятьдесят. И как уехать? Только одним образом: вызывай тягач из ближайшего городка, там тебе и шины поставят, ну - долларов на 350 влетишь, не больше - не правда ли, удобно? Вот и думай, кто это делает, наверное - хиппи сами себе?


А существует ли на Rainbow преступность? Если посмотреть статистику с учетом огромного количества людей, собранных в одном месте на протяжении какого-то времени, то ее процент на удивление низкий, но все же она есть. Унести рюкзак, неосторожно оставленный перед палаткой, здесь могут (как случилось с одной нашей подругой, что не могло, конечно же, изрядно не подпортить ей рэйнбоувское настроение). Такое случается редко, но за вещами стоит присматривать. Вокруг 20 тысяч человек, и полагаться на то, что все они - хорошие и честные, просто наивно.


Но пропавший рюкзак - это ерунда, а вот когда ты узнаешь, что после Rainbow находили мертвых девушек в лесу и преступление так и осталось нераскрытым, это уже наводит на нехорошие мысли. Мы неоднократно слышали об этом от разных людей, и на доске объявлений я читал обращение родственников с просьбой помочь, если кто-то что-то видел или знает. Это произошло еще задолго до нас, в годы наших поездок я ни о чем подобном не слышал, случались только единичные овердозы, о которых мы узнавали на следующий день. Такое, наверное, просто неизбежно - хорошо еще, что это происходит так редко, учитывая количество людей, субстанций и отсутствие профессиональной медпомощи в лесу. Хотя медицинский лагерь функционирует 24 часа, попробуй до него быстро доберись. Слышал я и о том, что FBI долго выслеживало одного "серийника", пока не узнало, что он может быть на Rainbow, где его в конечном итоге и повязали. Серийный убийца на Rainbow - вот это уже нехорошая тема, а ведь ситуация для него - ну просто идеальная, лучше трудно и придумать. Впадать в паранойю не стоит, но знать такие вещи надо. При нас пьяный индеец полоснул кого-то ножом, вроде попытался скрыться - но его поймали, скрутили и держали до прихода полиции.


"Ну ты и нагнал негатива!" - скажете вы, а потому давайте отвлечемся на парочку произошедших со мной на Rainbow забавных историй. Например, о том,


Как я в одиночку остановил легализацию марихуаны в Америке


Было это в 2009, кажется - на Радуге в Юте. Тогда все говорили о надвигающемся в 2012 году конце света. Но если вы помните, это должен был быть не простой конец света, а некий энергетический сдвиг, или сдвиг измерений пространства,"dimensional shift". Гуляя по Rainbow, я вдруг встретил Линкольна, чуть ли не единственного черного хиппи, который жил в Вудстоке и знал нашу русскую компанию по полнолуниям на Magic Meadow. Линкольн был одним из Woodstock Rainbow Family и всегда присутствовал по воскресеньям на главной площади Вудстока, где собирался большой драм-серкл. Мы там неоднократно пересекались, и он всегда меня крепко обнимал, просто до хруста костей, как будто ты медведю попался.


Мы оба обрадовались неожиданной встрече в огромном лесу на другом конце страны. Он потащил меня в их лагерь и усадил поболтать. Он всегда заворачивал какие-то гигантские косяки, напоминающие скорее сигары. Закурил. И стал мне втюхивать про 2012. Я столько слышал отовсюду высказываний по этой теме, что мне стало тоскливо, потому что мне всё это представлялось очередной нью-эйджевой байкой, хотя и любопытной, отчасти потому, что тогда огромное количество людей верило и ждало этого. А сила намерения, как считается, создает реальность. Линкольн говорил долго и пространно. Он уверял: несмотря на то, что через dimentional shift пройдут немногие, нам, хиппи, не о чем волноваться, и мы со всеми своими русскими друзьями проходим просто автоматически, ведь мы уже долго с хиппи! "You gonna go through the dimensional shift just like that, man!"


Потом он перешел на тему легализации травы. Рассказал, что они уже давно занимаются серьезной активистской деятельностью, живут в палаточном городке вокруг легислатуры в Олбани, и что о них уже выходили телерепортажи, а представители власти вступают с ними в конструктивный диалог. Он с друзьями только на неделю выехал на Rainbow, а потом они отправятся пикетировать Верховный суд штата Нью-Йорк. И он рассчитывает на то, что в течение трех лет марихуана будет легализована! И тут мне в голову пришла, как всегда, гениальная мысль, а раз гениальная мысль приходит, ее надо тут же высказать, не так ли? "Линкольн, - сказал я. - А зачем морочиться столько с этой всей легализацией, если через три года и так наступит dimensional shift, ты же сам только что говорил. Наверное, тогда и трава сама собой станет легальна, разве нет?"


Мой вопрос поверг его в ступор. Он так и застыл с дымящимся гигантским косяком в руке и широко открытыми глазами. Я попытался развить мысль, но он вдруг прервал меня: "Ты знаешь, я что-то не очень хорошо себя чувствую, наверное - перекурил, я, пожалуй, пойду посплю". Он ушел, и я не придал особого значения этому разговору. Уже через год, в Вудстоке, я увидел его на площади во время драм-серкла. Подошел поздороваться и спросил между прочим, как идет их движение за легализацию. Тут он как-то смутился и говорит: "А мы больше этим не занимаемся". Почему - я уже не смог выяснить, он кого-то увидел и отошел. Но я уехал оттуда с мыслью: а что, если Линкольн после того разговора со мной на Rainbow приехал назад к своим, в палаточный лагерь, и объявил им о неожиданно постигшем его с моей помощью откровении. Дескать, через три года трава и так будет легальна, ведь грядет dimensional shift, и продолжать здесь сидеть в палатках и стоять с плакатами не имеет никакого смысла! Пойдемте все домой...


Как я не поехал через всю страну в интересной компании


Как-то на Радуге в Теннесси я шел мимо Bus Village, автобусной парковки, где можно было встретить интересные машины, модифицированные автобусы и вэны, часто очень красиво разукрашенные, превращенные в реальные дома на колесах. И вот я увидел большой желтый скул-бас, а около него - четырех панкушек с детьми, они просили у проходящих мимо денег или еды, кто что может дать. Я дал Сникерс, который тут же стал с удовольствием поедать один из детей. Разговорился с девушками. Оказалось, что они вот так вчетвером с детьми колесят по стране. Ездят по фестивалям, Радугам и разным коммунам. И что сейчас они отправляются через всю страну в Калифорнию.


- А не сложно водить такой большой автобус? - спросил я.

- О, это для нас большая проблема, только одна из нас не боится водить такую большую машину, и поэтому нам приходится часто останавливаться и отдыхать, и это довольно сильно нас замедляет.

- А я давно вожу такие автобусы, я вообще работаю водителем скул-баса! - сказал я.

- Да? А может, ты хочешь к нам присоединиться? Нам очень пригодился бы второй водитель и вообще мужчина в дороге! А то любую фигню приходится самим чинить!


Такого поворота я не ожидал. Сама идея бросить все и уехать на автобусе с четырьмя НЕЗНАКОМЫМИ женщинами в Калифорнию была бредовой и нереальной, но чем-то очень привлекательной, согласитесь. Такое жизнь предлагает не часто.


Но, видя, что я задумался, мне тут же сделали "reality check":

- Если ты соберешься ехать с нами, ты должен понимать пару важных вещей, парень. Ты должен будешь наравне со всеми доставать еду, одежду и солярку для автобуса. А это значит, что ты можешь попасть в неприятности с законом, ведь еду и одежду мы воруем из магазинов!

- Да, кстати, - поинтересовался я. - А ваш автобус переделан на vegetable oil или нет?

Оказалось, что нет.

- А как же вы тогда оплачиваете дизельное топливо, ведь такой автобус кушает по галлону на 8 миль! И до Калифорнии солярки можно нажечь на несколько тысяч!


Последовавший ответ поразил меня своей простотой и ясностью.


- Ты же знаешь, что мужчины без секса становятся агрессивными?

- Ну, допустим.

- А ты знаешь, что тракеры (дальнобойщики) проводят в дороге недели без секса?

- Ок. И что из этого?

- Ну, так мы и добываем дизель, на трак-стопах...

До меня не сразу дошло, а когда дошло - романтический ореол путешествия как-то сразу поблек. Я представил себе эту картину: где-то среди полей Оклахомы мы останавливаемся на тракерской стоянке с почти пустым баком. "Ну что, Анатоли, похоже, сегодня твоя очередь заправляться!" - говорят мне девушки, и я исчезаю во тьме между фурами с канистрами в руках...


Как я узнал, что я - олдовый


Кажется, там же, в Теннесси, встречаю нескольких молодых людей из России. Лет двадцати на вид. С ними - девушка с трехлетним ребенком. Оказалось, что все они приехали из Нью-Йорка практически автостопом, слабо говоря по-английски, находясь в Америке по студенческим визам. Ребенок при этом не её, а старшей сестры, которая куда-то уехала на неделю, попросив младшую сестру побыть в Нью-Йорке с сыном. Но, видимо, та быстро заскучала в городе и решила двинуть не куда-нибудь, а на Rainbow на перекладных, через несколько штатов, далеко на юг, ища попутчиков в интернете. Прекрасные детские впечатления, я считаю, не гулять же всю неделю подряд по скучному Централ-парку!


Познакомились, разговорились, они были очень рады встретить соотечественников, мы, конечно, тоже. Они стали рассказывать мне про русскую Радугу, на которой я все никак не мог побывать, а хотел давно, но каждый раз, когда я приезжал в Россию - не складывалось, то не с кем было ехать, то вообще непонятно куда и как. Я стал расспрашивать их о русской Радуге и заодно рассказывать им об американской, ведь тут я хорошо ориентировался и мог дать немало полезной информации. Один из них мне говорит:

- Здесь, на американской Rainbow, так много олдовых хиппи! Вон, совсем старики сидят седые! Интересно, наверное, с ними было бы пообщаться, только жаль, английского не хватает!

- А что, - спрашиваю я, - на русской Радуге олдовых нету, что ли?

- Не, ну есть, конечно, - отвечают мне, - но их мало. Буквально пара человек на всю Радугу.

- Правда? Всего пара человек? - говорю я. А какого же возраста?

- Ну им лет уже по тридцать пять, не меньше...

Я начинаю смеяться:

- По тридцать пять? И это считаются олдовые? Да мне самому тридцать семь!

Парень смотрит на меня как-то сочувственно и говорит:

- Чувак, ты извини, конечно, но ты - очень олдовый...


6. Пенсильванская Rainbow - 2010


Несмотря на наши красочные рассказы о Rainbow, для большой русской тусовки наших друзей она не стала каким-то обязательным пунктом летней программы. Все мы регулярно ездили совершенно на разные русские и американские фестивали: от наших КСП и рок-фестивалей до американского Burning Man, куда ежегодно отправляется очень большое количество наших друзей и с восточного, и с западного побережья. А Rainbow осталась как-то в стороне от проторенных фестивальных дорожек, наверное, в силу своей направленности, ты должен реально кайфовать от царящей там атмосферы и хотеть вернуться еще и еще, чтобы захотеть преодолевать все трудности и лишения, связанные с такой поездкой. Отсутствие элементарных удобств, сложность заезда и выезда, транспортировка пешком на себе всех вещей на большие расстояния, поиск хорошего места для стоянки и вообще вся непростая логистика поездки в целом, бесконечные барабаны и танцы до утра у костров в виде культурной программы вместо сцен, на которых исполняют музыку разных стилей... Всё это на любителя и многим кажется слишком диким.


На Rainbow едешь за чем-то другим, как будто вновь возвращаешься в какое-то невинное состояние, в давно забытое прошлое человечества, когда все жили на земле большой дружной семьей, в состоянии любви, доверия и принятия. Когда общество еще не было поделено на классы, когда земля кормила нас и всем всего хватало, когда не было ни войн, ни армий, ну и так далее. Было ли когда-нибудь так на Земле, жили ли так люди - я не знаю, хотелось бы верить, что да, даже если это и сказка - пускай, все равно очень красивая. Но вот перед нами пример индейцев, которые жили на земле и от земли и постоянно воевали друг с другом, как будто этой земли на всех не хватало. И в чем тут причина, во внешних условиях или она - где-то внутри человеческого сознания?


Но нашлось, тем не менее, довольно много наших друзей, которые, однажды попав на Rainbow, стали ездить туда регулярно. В основном это были нью-йоркские и чикагские, из Бостона тоже приезжали. Мы много раз стояли одним лагерем, у нас всегда был костер, иногда мы пели под гитару на русском, и к нам подтягивались американцы, сидели, слушали, слезу пускали, не понимая ни слова из спетого, и это было классно. Мы как будто были необычным культурным явлением, американцы каждый день приходили к нам в гости, и мы, общаясь с людьми на таком близком и открытом уровне, в свою очередь узнавали об Америке много нового, несмотря на то, что давно здесь живем. Вот на музыкальных фестивалях такое происходит со мной почему-то реже, там ты пытаешься охватить программу, а на Rainbow главное - общение, спешить некуда, всюду успеешь. Иной раз как разговоришься с кем-нибудь - смотришь, а уже время к ужину, пора на главную поляну.


Тогда происходил настоящий культурный обмен, нас много спрашивали о России, существуют ли в России хиппи и рок-музыка, каким было наше детство и что нам говорили об Америке. Мы, в свою очередь, узнавали, что им говорили о нас, и вместе смеялись, потому что получалось: картина, создаваемая у населения и с той, и с другой стороны не имела ничего общего с реальностью простого человека, а скорее отражала какие-то политические особенности времени. И нас, и их в детстве пугали ядерным взрывом (что актуально и сегодня), и им, и нам говорили, что жители другой страны только и думают о том, как их захватить и поделить ресурсы. Им говорили, что у нас медведи ходят по городам, а я им на это отвечал, что первого медведя в жизни я увидел только в Америке, где они в действительности частенько заходят в жилые районы, чтобы покопаться в помойных баках! И мы вместе смеялись.


И тут выяснилось, что следующая Rainbow планируется совсем недалеко от Нью-Йорка, в Пенсильвании. Так случилось, что об этом узнали и поехали все, кто мог, из разных городов. И собрался самый большой русский лагерь за все время, было, наверное, больше шестидесяти человек вместо обычных пятнадцати-двадцати. Меня многие спрашивали о Rainbow, и я, сколько мог, рассказывал и давал много полезной информации, но все равно многие ехали неподготовленными ни в плане одежды или еды, ни в плане каких-то существующих правил или, скорее, традиций, которые неплохо хотя бы знать. Одна из основных традиций, о которой я уже писал - не есть мяса и не пить алкоголь, если ты не живешь в А-кемпе. Во всяком случае, не делать этого прямо у всех на глазах. А как ты объяснишь это уже бухающим людям, когда бутылки в открытую стоят перед ними, идет общее веселье, поются песни и тут же жарятся шашлыки?


И все бы ничего, но лагерь-то у нас получился интересный и шумный, и у нас тусуется много американцев, которые видят помимо всего прочего и шашлык, и бухло. Никто ничего не говорил, но нам было неудобно, потому что получалось, что для нас традиции Rainbow словно не писаны. А когда мы просили некоторых товарищей не пить в открытую, получали в ответ полное непонимание: а где это написано, кто такие правила придумал? И главный аргумент: почему здесь все курят траву, а я не могу выпить? Алкоголь - это мой кайф, трава меня не вставляет, почему я должен скрываться? Я же не становлюсь агрессивным и не начинаю мешать кому-то, почему они в свою очередь не могут уважать мои желания?


Вроде бы, все обошлось без эксцессов... Хотя к нам притусовался один товарищ - из тех, кто живет в Америке очень давно или с детства, и пока на третий день он не разорался вдруг на всех русским матом, когда его попросили покинуть лагерь, никто даже не догадывался о том, что он - наш соотечественник. Вел он себя некрасиво, ругался, орал и подолгу зависал и валялся у нас целыми днями. И когда вдруг довольно ободранного вида пьяный американец начинает орать на тебя: "Да пошли вы все на ...уй, это мой лес! Я, б...дь, где хочу, там и лежу!" - происходит незабываемая немая сцена. Просто Kodak Moment.


Несколько наших друзей решили сделать большую собственную кухню, чтобы кормить и американцев тоже. И когда меня еще в Нью-Йорке спросили, не хочу ли я участвовать в этом, я отказался, понимая, что не хочу подписываться на большую и постоянную работу, которую подразумевала организация кухни с каждодневной кормежкой большой толпы народа. Конечно же, я не отказывался посильно помогать, но быть в этой команде постоянным участником я не хотел, просто потому, что не хотел быть привязанным на все время только к нашему лагерю, хотелось иметь возможность идти куда и когда хочешь. К тому же, я понимал: чтобы организовать общую кухню на такое количество народа, надо очень хорошо подготовиться и распределить обязанности, дисциплина должна быть просто железной, иначе все пойдет кувырком.


Так и получилось, что привело к конфликтам и обидам, хотя в конечном итоге кухня прославилась на всю Rainbow, ведь только у нас по вечерам давали блины! С медом, сгущенкой, вареньем и чаем! Очередь была постоянной и длинной, но все это далось немалой ценой. Происходила куча накладок, когда, например, семья готовила на себя суп, вдруг приходили американцы и спрашивали, нет ли у нас на кухне сейчас еды? И кто-то из наших разливал им этот суп, не подозревая, что на него рассчитывает несколько человек, которые ненадолго куда-то отошли. Или тебя просили принести воды - а занимало это долго, надо было идти на фильтровальную станцию, стоять в очереди, потом нести полные канистры, останавливаясь передохнуть, назад в лагерь. И вот только ты принес воду, поставил куда надо и сел отдышаться, как на тебя налетает уже раздраженная чем-то поутру девушка: "А ты что здесь сидишь, ничего не делаешь, нет чтобы за водой хотя бы сходить!"


Получалось, что те, кто под кухню подписались, никак не справлялись с работой и требовалась помощь от всех остальных, а люди просто приехали тусоваться и гулять, и многие ничего не знали об этом проекте. Зато когда еда была готова - конечно же, все подтягивались и помогали, чем могли, просто все это происходило спонтанно и на ходу, а так в этой ситуации нельзя, и это главный урок, который мы все тогда получили.


У американцев такое на кухнях не происходило, были распределены роли и смены, было время, когда кухня обслуживала только своих жителей лагеря, а было - когда всех желающих. И еще много разных деталей. Не стоит забывать того, чего стоило пронести все кухонное оборудование по горным тропам глубоко в лес, а там были газовые баллоны, столы, плиты, еда и вода. Кухня с блинами, можно сказать, прославила русский лагерь на всю Rainbow, но - большими потом и кровью всех, кто был в этом задействован.


После этого опыта многие сказали, что больше не будут стоять вместе с огромным лагерем, что проще быть автономными и ни от кого не зависеть, и с тех пор русский лагерь такого масштаба пока не собирался, а жалко, ведь, несмотря ни на что, было классно и весело.


Еще нам подпортило настроение соседство с панками, которые разбили лагерь на соседнем холме. Обычно мы стараемся встать рядом с большими лагерями, где много олдовых, либо рядом с кришнаитами, если они есть. Дело в том, что ни рядом с олдовыми, ни рядом с кришнаитами панки не селятся, и вообще - атмосфера приятней, всегда музыка, кришнаиты вообще целыми днями мантры играют и прасадом кормят, благодать! А панки и иже с ними селятся, как правило, где-то на отшибе, чтобы никому не мешать и чтобы им не мешали. Там у себя они начинают бухать, несмотря на то, что они не в A-camp, и вести себя могут довольно громко, и так - каждый вечер, что может серьезно достать. И вот большой лагерь молодых панков стоял, можно сказать, прямо рядом, мы прекрасно слышали все их ночные вакханалии. А выбора у нас особо не было, сложно оказалось найти плоское незанятое место в лесу, где поместились бы все наши палатки и кухня. Панки на соседнем холме вначале не казались проблемой, но вскоре это соседство дало о себе знать.


Они придумали такую развлекуху: связали крестом два тонких ствола, обмотали тряпками и принесли это на главный круг, чтобы там вкопать в землю, установить и сжечь, устроив из этого большой панковский хеппенинг. Они всё принесли и стали копать яму, но это привлекло внимание всех окружающих, многие из которых были категорически против сжигания креста, да еще на Main Circle! Дело приняло серьезный оборот, и началось настоящее противостояние. Несколько олдовых просто уселись на лежащий на земле крест и отказывались позволить его поднять и поставить.


Я в это время проходил мимо и остановился посмотреть на возникшую конфликтную ситуацию. Панки, надо сказать, в этом споре для меня оказались более симпатичными, чем олдовые хиппи. Это не были "gutter punks", те такой ерундой не занимаются, это были просто панкующие молодые люди, мы так же "панковали" во дворе, когда нам было по 16 лет. Им говорили: крест - это символ веры для многих, Ку-Клукс-Клан вот так же сжигали кресты, и так далее. Они же утверждали, что для них сжигание креста как религиозного символа было актом освобождения от всяких лже-идей и религий. Причем, если панки общались вежливо и без ругани, то олдовые орали, оскорбляли их и крыли матом. Помню, как один седовласый хиппи, сидя верхом на кресте, сказал молодой девчонке из панков: "Ты - уродина, и твои дети будут такими же уродами!" И она расплакалась. В общем, сцена была довольно некрасивой.


Всё же консенсус был достигнут: ребятам не позволили сжигать крест в общественном месте, так как это могло стать плохим знамением для всей Rainbow. Но им сказали, что если они сделают это в своем лагере, не навязывая участия в мероприятии остальному населению леса, то никто сильно возражать не будет. Панки утащили крест обратно и установили его у себя, а вечером устроили настоящий шабаш, с криками и плясками, а было их немало, человек тридцать или больше.


Мы наблюдали все это из своего лагеря, выглядело это, конечно, очень дико и никак не вписывалось в привычную картину всеобщей любви и расслабона. Панки этого и хотели. Говорите о всеобщей любви? А нас, значит, такими, какие мы есть, не принимаете? Они на самом деле пытались через эпатаж заставить всех задуматься над проблемой ограниченности и, по сути, неприятия у хиппи всего, что может как-то нарушить эту, как им казалось, искусственную идиллию. Делали они это самым прямым и радикальным образом, и под конец своего праздника немало нас напугали.


Все наши разошлись на тот момент куда-то гулять, и в лагере оставались только мы со Славиком и пара женщин, укладывающих спать детей в палатках. И тут вдруг панки с дикими воинственными криками выстроились по лесу в длинную цепь. Каждый зажег фонарик, и эта стена агрессивно кричащих людей двинулась по лесу в нашу сторону. Мне стало не по себе, выглядело это очень страшно и неожиданно. Как будто ты попал в окружение на войне и вас всех сейчас перебьют. Цепь ярких фонарей быстро двигалась в нашу сторону, трещали ветки, раздавались крики. Это была настоящая психическая атака, вокруг особо никого не было, чтобы нас защитить, а наш лагерь был виден издалека и находился прямо на их пути. Со стороны казалось, что, проходя через лес, они сметают все и всех, и что не более чем через пять минут они придут в наш лагерь и неизвестно чего ожидать, а у нас - дети в палатках и из мужиков, кроме нас двоих, никого нет.


Я сказал Славику: "Давай выключим весь свет, может, они обойдут нас в темноте!" Мы выключили все лампы в надежде на то, что нас еще не заметили и этот "карательный отряд" пройдет мимо. В кромешной мгле движущаяся на тебя цепь кричащих людей с фонарями производила сильное впечатление. Мы притаились, смотря за тем, куда они направятся, ведь между нашими двумя холмами был овраг и в нем - ручей, у нас оставалась надежда, что это естественное препятствие может спасти от почти неминуемого нападения на наш лагерь. Мы оказались правы, цепь огней дошла до оврага, дрогнула, остановилась и стала рассредоточиваться по лесу. Мы видели, что основная масса повернула назад к их лагерю, а отдельные фонарики свернули куда-то и разбрелись в разные стороны. До нас никто из панков не дошел, да и злых намерений у них не было, просто подростки веселились, но впечатления от этого "хеппенинга" у нас остались яркие. Потом мы пошли гулять и периодически встречали повсюду небольшие группы этих панков. Обычные подростки, даже сильно пьяных среди них не было.


Еще пенсильванская Rainbow запомнилась тем, что целыми днями над лесом достаточно низко кружил полицейский вертолет. Такого я не встречал нигде, и действовало это, надо сказать, похуже, чем панковская "психическая атака". Та случилась один раз и длилась минут двадцать, а вот вертолет начинал кружить каждый день часов с одиннадцати и продолжал так до вечера. Я не могу взять в толк, зачем это и кому было нужно, а также - сколько денег стоила такая развлекуха, но казалось, что тебе показывали: за вами наблюдают и вас здесь не хотят. Над вами когда-нибудь пролетал низко вертолет? А теперь представьте себе, что он летает так кругами, то удаляясь, то опять приближаясь, да еще практически прямо над деревьями. То есть слышишь ты его постоянно, а когда он оказывается над тобой - приходится переставать играть музыку и даже разговаривать, грохотом наполняется все пространство.


На сайте Welcomehome.org висят небезынтересные документы, которые стоит прочитать, если хочешь чуть-чуть понять, как выглядит все происходящее с другой стороны, со стороны властей и полиции. Там, помимо всего прочего, висят рапорты рейнджеров, полицейских и других официальных товарищей разных уровней, и только прочитав эти документы, начинаешь понимать приблизительно, что вообще происходит вокруг Rainbow, о чем мало кто задумывается, а зря. Для властей штата, который в этом году Rainbow решила осчастливить своим присутствием, это настоящее бедствие и чрезвычайная ситуация. И не без оснований.


Я, конечно, не оправдываю неприятные ситуации, устраиваемые зачастую полицейскими во время Rainbow, но надо понимать, что часто эти люди вынуждены в течение недель работать по многу часов днем и ночью, разруливая самые разные, возникающие на всех уровнях ситуации, связанные с прибытием двадцати тысяч человек, их пребыванием в лесу, а потом - отъездом. Несмотря на сознательность хиппи, которую отмечают и полицейские, и рейнджеры в своих рапортах, остается огромное количество мусора, часто глубоко в лесу, и выносят потом всё это на себе никто иной, как рейнджеры. Поляны на несколько лет остаются вытоптанными, лесные тропинки - разбитыми от прошедших по ним тысяч человек. Один из основных постулатов Rainbow "Leave no trace" - "Не оставляй следов" - на деле, конечно же, не во всех отношениях может работать, это просто невозможно, когда речь идет о таком количестве народа в одном месте. Иногда кажется, что все эти тысячи человек спокойно могли бы собраться, пожить в лесу и разъехаться без какого-либо навязчивого участия в этом властей. Так ли это? Хочется верить, что так. На пенсильванской Rainbow мы остались до самого конца, полностью, до последней бумажки вычистили за собой территорию и разъехались по домам. Как бы то ни было, опыт был полезный и Rainbow получилась кайфовая, несмотря ни на что.


7. Вермонт-2017


Я давно не езжу на Rainbow каждый год, но иногда обстоятельства складываются благоприятно, набирается хорошая компания и есть время и желание опять погрузиться в эту маленькую сказку. Особенно когда она происходит совсем близко, например - в Вермонте, куда всего часа четыре езды на машине. Чем же была примечательна вермонтская Радуга? Помимо всего прочего, опять большим количеством панков всех мастей! Я, кажется, понял определенную закономерность: чем ближе к Нью-Йорку проходит Rainbow, тем больше панков, хобо и вообще бродяг всех категорий туда доезжает. На других Радугах я не встречал такого их количества - по крайней мере, мне так показалось. Мы поехали на Rainbow c Жужей, которая в то лето жила у меня в лесу, и провели там почти неделю, уехав числа 7 июля, когда Радуга уже таяла на глазах. Помню, что, приехав поздно, числа второго, мы не могли нигде найти парковку поближе, машины стояли плотными рядами на мили от главного входа, и нам пришлось, запарковавшись, идти пешком часа полтора, взяв только самое необходимое из вещей. Совершать этот переход дважды, а потом снова ходить два раза во время отъезда, мне ну никак не хотелось.


На главном входе, как на всех остальных Rainbow, зависали колоритные жители A-кемпа, судя по их внешнему виду - уже хорошо там обжившиеся. Вообще, любой нормальный человек, проехав мимо главного входа американской Радуги и посмотрев на ярких представителей "контркультуры", там зависающих, может испугаться и внутрь этого "волшебного" леса решит лучше вовсе не ходить, если, конечно, не знает, в чем тут дело, и справедливо подумает, что если на входе такое - то внутри, наверное, должно быть куда страшнее. Но мы-то знаем, что на самом деле все довольно правильно устроено: A-camp, по счастью, не занимает все пространство Rainbow, а расположен в самом начале, его надо пройти, и ты очутишься в совсем другой атмосфере. A-camp и его жуткого вида обитателей, зависающих у главного входа и часто уже лыка не вяжущих, видит полиция и рейнджеры, приезжающие на Rainbow. И, к сожалению, наверняка сразу составляют для себя соответствующее представление о Радуге в целом. A-camp на американской Радуге всегда будет твоим первым впечатлением, к этому просто надо привыкнуть, но даже и я, уже, кажется, видавший виды, каждый раз пугаюсь.


Мы с Жужей были первыми из небольшого количества наших друзей, поехавших в то лето в Вермонт. Остальные постепенно подтянулись в течение следующих пары дней, но нашлись мы не сразу, стояли все порознь. С компанией наших друзей приехали Герберт Моралес, бывший тогда в Америке на гастролях, и Вадим Певзнер, никто из них на Rainbow до этого не был, и получилось так, что я в первый день оказался в роли гида, рассказывая и показывая, где, что и как здесь функционирует. Если бы мне в свое время кто-то устроил такую экскурсию по первой Rainbow - это было бы, наверное, полезно, хотя и сам постепенно разберешься, конечно. Когда мы гуляли по Rainbow, у нас с ГерБЕРТОМ произошел любопытный момент или встреча. Мы наткнулись на одного из самых колоритных персонажей Америки вообще - человека, называющего себя Vermin Supreme . Его кличка переводится как "Верховный паразит" или "Верховный подонок", но поскольку словом vermin называют, среди прочих паразитов, еще и крыс, мне нравится называть его Крысиный король.


Я неоднократно встречал его на разных Радугах и до этого, но никогда не общался. Он знаменит тем, что всерьез каждый год выборов баллотируется в президенты, чем уже создал вокруг себя целый миф и движение. Все это, конечно же, театр абсурда, но пообщаться с ним было крайне интересно. Узнав, что мы из России, Крысиный король рассказал нам, как в 98 году он ездил в Питер, а в это время проходила первая русская Радуга, тоже под Питером, где были его друзья и знакомые. Это та Радуга, которую жестко разогнал ОМОН, выведя всех из леса и посадив на обратный поезд в город. Сам Vermin Supreme, будучи в Питере, узнав о происходящем, звонил в американское посольство, чтобы как-то привлечь внимание к творящемуся беспределу, но, кажется, ничего хорошего из этого не вышло. Все это он рассказывал Герберту, а я переводил и записывал на видео. Это была интересная встреча.


Повстречали мы неожиданно и целую тусовку молодых русских хип-хоперов из Бруклина. Я вообще впервые узнал, что такое в нашей эмиграции существует. Они держатся особняком и не ездят на русские фестивали, про их концерты или тусовки нам тоже ничего не известно. Эти ребята как-то с трудом вписывались в хипповскую идиллию в своих спортивных костюмах и кепках. Вообще-то эта форма одежды лично у меня вызывает совершенно определенные ассоциации из моего подросткового периода в Москве конца 80-х. Именно так в то время одевались гопники, которым было лучше на глаза не попадаться. По спортивным костюмам их можно было сразу вычислить. "Пацан, ты откуда? Кого знаешь? Дай рублишко! А если найду?" Эту мантру я тогда знал наизусть... Подобный незамысловатый антураж предпочитают также хип-хоперы и рэперы, но у меня эта форма одежды до сих пор вызывает именно такую автоматическую реакцию. Привет из детства.


Я немного поговорил с ними. Оказалось, они были в полной уверенности, что ехали на какой-то секретный электронный фестиваль в лесу. Приехали из города как были, не взяв ни теплой одежды, ни посуды. "В Нью-Йорке-то жара невозможная!" Людям часто не приходит в голову, что летом в горах температура легко может опускаться до +5 по ночам... Наши тоже приехали с летними спальниками и в легких курточках, но как-то выжили, что-то мы одолжили, вилки-тарелки. Один хип-хопер делился со мной своими впечатлениями:

- Мы уже поняли, что тут не электронный фестиваль, а просто двадцать тысяч пидаров в лесу! Но мне тут нравится!

- Ага, - отвечал его приятель. - А знаешь, почему?

- Почему?

- Да потому, что ты теперь - один из них!

В их лагере по ночам царило бурное веселье, но почему-то я проходил мимо и ни разу не зашел пообщаться, а зря, наверное.


Помимо русских хип-хоперов, были еще ну совсем неожиданные для Rainbow персонажи. Запомнился настоящий хасидский еврей, в черно-белом костюме и с пейсами. Он был очень веселый и приветливый, громко пел и приплясывал. Узнав, что мы из России, начал читать на ломанном русском молитву, благословляя нас.


В самом дальнем конце леса, за Kiddie Village был один из олдовых лагерей, до него я доходил каждый день, там собиралось много музыкантов, они все время пели и хорошо играли. Олдовые бывают разные. Один очень известный в Америке, пожилой уже хиппи (не буду говорить кто), которого я вижу каждый раз на всех Радугах и который, по его словам, ездит туда с самого начала - с 72 года, напряг меня конкретно во время выступления музыкантов в импровизированном театре под названием "Granola Funk". На поляне строится сцена из бревен, натягивается навес, все красиво оформляется и проходят разные выступления. Есть время как для чего-то запланированного, так и для "open mike", когда любой может записаться и спеть пару песен.


На Радуге в Теннесси в этом театре выступила однажды наша Инна Зозуля, сделав интересный ход: она пела одну строчку своей песни по-русски, а вторую - ее перевод на английский, таким образом, людям было понятно, о чем песня. Ее приняли на ура, аплодисменты были слышны нам издали. Мне кажется, кроме Инны никто из наших никогда не выходил выступать в этом лесном театре, хотя в своем лагере мы пели песни на русском и нас с интересом слушали, не понимая ни слова. В следующий раз надо записаться выступить, попробовать себя. Я уже выступал несколько раз со своими песнями на русском для американцев. Это были сборные концерты, и пел я не больше двух-трех песен, но слушали меня в полной тишине, кажется, внимательнее, чем на наших фестивалях! Звучание чужого языка со сцены сразу обращает на себя внимание. Но больше песен трех я бы петь не решился: рисковал бы потерять аудиторию, ведь отсутствует огромная часть песни - язык и смысл. Ты можешь передать свое послание только своей энергией и музыкой, и лучше перед песней сказать в двух словах, о чем она, тогда у людей появятся хотя бы какие-то образы того, о чем ты поешь.


На "Granola Funk" есть правило, согласно которому любой может выступить на опен-майке, но лимит - кажется, две или три песни, что вполне справедливо. Но в случае, если кто-то выступает очень хорошо и это нравится публике - выступление может продолжиться и дольше. Конечно, основной уровень выступающих - любительский, кто-то бывает более интересен, кто-то - менее, но иногда неожиданно выходит кто-то, кто выделяется и выступает сильно. Таких часто просят задержаться на сцене и спеть еще. В тот раз в Вермонте этот импровизированный концерт вёл тот самый легендарный олдовый чел, и как же он тянул одеяло на себя... Вёл бы себе и вёл, это у него вполне получалось, но ему надо было периодически брать гитару и довольно занудно петь, при этом каждая песня длилась минут по восемь. Никаких лимитов для него не существовало, дав выступить паре-тройке человек, он вылезал на сцену снова и играл песню за песней, не делая пауз. И все бы ничего, но тут на сцену вышла очень интересная пара, парень с девушкой, и они стали неожиданно классно играть и петь, это было на голову выше всего, что там игралось до этого. Публика оживилась, все перестали тусоваться и начали их слушать.


Они спели свои три песни, но зал их не отпускал, и ребята продолжили. И это было неожиданно ярко и красиво, настоящий подарок. Увидев такой поворот дела, олдовый ведущий начал делать все, чтобы привлечь внимание к себе: залез по бревнам на крышу, стал там кривляться и махать руками, что-то выкрикивать. Потом вышел к ним на сцену и стал абсолютно не в тему подыгрывать и подпевать, постепенно в буквальном смысле отодвигая музыкантов от микрофонов. И таки добился своего: по окончании песни, не смотря на крики "More, more!" из зала, отпихнул их от микрофонов и запел сам. Ребятам ничего не оставалось, кроме как уйти, не драться же с ним на сцене. Посмотрев в тот день на это, я уже очень скептически воспринимал его в других ситуациях, когда, скажем, оказывался у костра, где он что-то рассказывал про свою яркую хипповскую жизнь в семидесятых. Я не мог избавиться от этого впечатления в театре и перестал принимать его всерьез. Надо сказать, что точно такому же поведению олдовых я был свидетелем не один раз, когда они просто перебивали хорошую музыку или не давали другим дорассказать интересную историю. Эх, только б самому таким не стать, это ли не ЮДОЛЬ СКОРБИ...


Но встречали мы и других олдовых, скромных и мудрых, как старцы, у которых есть чему поучиться и есть что порассказать. Хорошо пообщались мы с человеком по имени Рич Спирит. Такому имени надо еще соответствовать! И у него это вышло. Рич спел нам свою песню "American Hippie", которая была просто квинтэссенцией всего, что под этим понятием подразумевается. Я даже попросил его спеть её дважды, чтобы услышать все слова, настолько у него получилось попасть в самую суть.


Есть "Grandpa Woodstock, о котором ходят самые разные легенды. Ему сейчас должно быть уже под девяносто, наверное: он говорил мне, что ему за восемьдесят, на какой-то давнишней Радуге. Правда, поговаривают, что он гораздо моложе, а возраст преувеличивает для пущего антуража, тем более что на вид это определить несколько сложновато из-за его полной заросшести густой бородой и волосами. Грэндпа живет в Вудстоке. По его словам, у него много (не помню точно, сколько) детей от разных бывших жен, и в прошлой жизни он был дальнобойщиком, пока не захипповал. Но точно про него никто ничего не знает, и слухи ходят самые разные. Это единственный персонаж такого возраста и вида на всю Америку, а может, и на весь хиппи-мир.


Что бы про него ни говорили, а просто так выглядеть, причем не только на фестивалях, а и в миру - это уже надо иметь немалую внутреннюю свободу. А одет он вечно в немыслимую хламиду на голое тело, увешан феньками, колокольчиками, в бороде - ленточки. Ходит босиком и с посохом, его можно увидеть почти всегда на основном круге, где стучат барабанщики - он стоит на каком-нибудь пне, возвышаясь над всеми, "благословляя" поднятой к небу рукой в виде "V"- Peace! ? В таком же точно виде он стоит иногда летом прямо на главной площади Вудстока, осеняя всех вечно поднятой вверх рукой и гудя в висящий у него на поясе громкий клаксон, приветствуя таким образом каждую въезжающую в Вудсток машину.


Как-то у костра в Юте он рассказывал мне, что иногда уходит в гору над Вудстоком, где живет неделями в пещере и стоит целыми сутками на скале, благословляя город, раскинувшийся внизу. Настоящий подвижник.


Я также встречал на Радугах абсолютно на вид "по-хорошему" сторчавшуюся бабулю , явно хиппующую всю свою жизнь. Примечательна она, помимо всего прочего, своей бородкой, довольно заметной и черной: видимо, бабушка за все естественное и натуральное и не считает волосы у женщины на лице чем-то неправильным. Она всегда танцует под барабаны, а на других фестивалях подолгу зависает у самых сцен, двигаясь под музыку. У бабули водянистые глаза человека, много на своем веку повидавшего и перепробовавшего все известные человечеству субстанции. Вудстокское поколение... Эта бабуля и Грэндпа Вудсток - самые олдовые и красочные персонажи из всех мне встречавшихся, и в какой-то момент они, видимо, нашли друг друга. По Радугам прошел слух, что они (Грэндпа и Грэндма) теперь вместе и что в Вудстоке будет большая хипповская свадьба.


Многие воспринимали это как какой-то прикол или даже пиар-ход Дедушки Вудстока, который таким образом решил поддержать интерес к своей персоне, но все оказалось правдой. На свадьбе я не был, но впоследствии неоднократно видел эту немыслимую парочку на разных фестивалях, и они выглядели как нормальная супружеская чета хиппи. Их появление на фестивале говорит о том, что фестиваль - "правильный", и все относятся к ним и к их героической судьбе с должным уважением, просят сфотографироваться с ними и т.д. Не так давно они стали известны на всю Америку, когда впервые за много лет по какой-то причине решили полететь с очередной Радуги назад на самолете. У бабушки не оказалось ID, она объясняла, что потеряла свое последнее удостоверение еще в молодости, и с тех пор так и жила без него. Пропустили ли их в самолет в конечном итоге, я не знаю, но в новостях они побывали. Супруги Вудсток мирно сидели в аэропорту, выглядя точно так же, словно вокруг них - Rainbow, на них смотрели как на цирк, а они просто были такими, какие есть по своей сути.


Что еще мы видели в Вермонте? Много бродяг, которые в основном зависали на "Trading Post", или на "Радужном Рынке". После 4 июля их стало еще больше, и вести себя они начали уже не очень хорошо. Завязывались какие-то конфликты, раздавались крики, все были наверно на отходняках, и когда ты несколько раз за день с таким сталкиваешься - пора уезжать, дальше будет только хуже.


У основного drum-circle атмосфера тоже была иногда странноватая. До сих пор не могу для себя объяснить этого феномена, когда люди вроде трезвые, только траву курят разве что, а если посмотреть на лица - они будто одержимые, движения резкие, взгляд бешеный, и так выглядит основная масса стучащих и танцующих. Я видел это не раз и знаю, что так все выглядит не всегда, и что дикой эта атмосфера кажется не только мне, но и моим друзьям, с которыми я делился своими наблюдениями: это со мной что-то не так или здесь происходит что-то непонятное? У нас возникла версия, что люди торчат на чем-то серьезном, может, на амфетаминах, поэтому и выглядит это так, словно ты попал в ад к танцующим чертям.


Наблюдал я там, как работают некоторые радужные традиции, например, связанные с быстрой передачей информации через лес. Ну, когда идет патруль рейнджеров и все кричат "Six up", я уже рассказывал, а тут возникла другая ситуация: потерялся ребенок лет пяти-шести. А на Радуге это запросто, взрослые-то зачастую теряются бесследно на несколько дней, но это, понятно, разные вещи. И вот мама обнаружила, что сына нет, побегала вокруг и его не нашла, и стала выкрикивать его имя, громко и ритмично. И люди вокруг стали это подхватывать, и постепенно уже весь лес звал его, и это сработало, мальчик услышал, отозвался, и его нашли и привели к матери.


В общем, была, как говорится, и бочка меда, и ложка дегтя, как на Радугах обычно и бывает.


Про вермонтскую Радугу, как и про несколько других, я снял фильмы , мне хотелось как-то запечатлеть это время и всеобщую атмосферу радости, из-за которой и тянет возвращаться на Rainbow снова и снова. Снимать на Радуге, как я говорил, вообще-то не принято, но ты всегда можешь попросить разрешения у тех, кто попадает в кадр, и обычно люди не против. Rainbow сама по себе настолько красочна, ты видишь столько ярких людей и моментов, что трудно сопротивляться желанию это поснимать и сохранить на память себе и своим друзьям. А может, и поделиться с кем-то, кто никогда не был на американской Rainbow, но хотел бы получить какое-то представление о том, как это здесь происходит. Снимать приходится почти всегда скрытой камерой, спонтанно и на ходу, детей снимать не надо вообще, какими бы нарядными они ни были: тебе сразу сделают замечание и даже могут попросить стереть последние кадры, в Kiddie Village камеру и доставать не стоит. А в других местах я снимал либо издалека, либо - своих друзей на первом плане, одновременно стараясь поймать происходящее вокруг.


На некоторых Радугах многие были с камерами, а иногда снимаешь ты один, и это сразу бросается в глаза и может вызвать чье-то неудовольствие. Пару раз я встречал людей с Polaroid, которые фотографировали всех желающих и тут же выдавали проявляющуюся на глазах фотографию. У меня остались две такие, вот это настоящая память о Rainbow! Но в основном хиппи не очень спешат делиться с миром своей красотой посредством фото и видео, и я их понимаю: для них это жизнь, а не перфоманс, и они не хотят превращать в интересный для кого-то театр то, что для них естественно как воздух.


Всех благ и до новых встреч! Peace, love and happy trails!


Линки:


1


Первая заметка о Rainbow:

http://anatolykurlat.com/travelog/14-travelog/usatravel/6-usa02


Статья к 40-летию Вудстока:

http://anatolykurlat.com/travelog/17-woodstock


Bethel Woods:

https://www.bethelwoodscenter.org/


2


Вудсток Реюнион:

http://www.yasgurroadreunion.com/


Rainbow:

http://www.welcomehome.org/


7


Virmin Supreme


https://www.youtube.com/watch?v=TZciWdcJBDo&t=116s&index=3&list=PLOpWojE1vvEdpH3BI_LEo970sRP52LMve


Rich Spirit


https://www.youtube.com/watch?v=1_EXQXZrBLU


Grandpa Woodstock


https://www.youtube.com/channel/UCKM8F1iyHsVdR7ByRjlws2w


Grandma Woodstock


https://www.youtube.com/watch?v=ubiTek55Aw4


My Films


https://www.youtube.com/playlist?list=PLOpWojE1vvEdpH3BI_LEo970sRP52LMve

Имеются в виду два претендента на статус 17-го Кармапы: Ургьен Тринле Дордже и Тринле Тхае Дордже.

"Просим вас из уважения к Радужной семье не проносить алкоголь и мясо дальше этой отметки".

Hobo - странствующие рабочие, которые, в отличие от обычных бродяг, скитаются по стране в поисках заработка. Термин появился на западе США в конце XIX века.

Focalizer - "собирающий", добровольный организатор обеспечения какого-то аспекта жизнедеятельности на Радуге.

Forest service - служба охраны леса.

Riot gear - экипировка для борьбы c уличными беспорядками.

Six up! - Urban Dictionary утверждает, что выражение произошло либо от шести лучиков звезды шерифа, либо от шести лампочек мигалки на полицейской машине. По одной версии, оно возникло в ходе тура Grateful Dead в конце 80-х, по другой - пошло от ванкуверских нудистов. В любом случае, это переиначенный возглас "Head up!" - "подними голову и оглядись" и означает, что чем бы ты ни занимался нелегальным, следует перестать и все спрятать, потому что полицейский близко. Самая остроумная дефиниция из словаря звучит так: "Six up! - то, что ты должен крикнуть, чтобы тебя арестовали и допросили за то, что ты бродяжничал на фестивале". - Прим. ред.

Легислатура - законодательный орган некоторых штатов.

Reality check - проверка действительным положением вещей, когда перестаешь строить воздушные замки и смотришь правде в глаза.

"А ваш автобус переделан на vegetable oil?" - ради дешевизны путешественники нередко заправляют автодома или автобусы отработанным растительным маслом из кафе и ресторанов. ТРЕБУЕТ ОПРЕДЕЛЕННОЙ МОДИФИКАЦИИ ДВИГАТЕЛЯ.

Ребенка не Валерой звали? - Прим. ред. - НЕ ВАЛЕРОЙ