# Скандинавия - год 1999 - туризм и политика

Аноним Оптимизм

Скандинавия сегодня. Странное тогда было время. Очень странное. Сегодня и короля Норвегии, и королеву Дании охраняет не один полицейский, а целая гвардия в полной боевой экипировке. В их арсенале - слезоточивый газ, бронежилеты, дубинки. И кое - что посерьезнее. То время безвозвратно ушло. А жаль.

Двадцатилетний юбилей моего первого Скандинавского тура


В то время, о котором я хочу рассказать, Европа не была еще такой запуганной многочисленными терактами на своей территории, а государства Скандинавии вообще считались оазисом спокойствия, благополучия и, особенно, толерантности.

Дания уже не первый год возглавляла список стран мира по уровню жизни. Швеция была известна как "государство победившего коммунизма" - прежде всего при этом имелась в виду отличная социальная поддержка населения.

Норвегия, одна из богатейших стран, благодаря огромным запасам нефти, могла себе позволить вести "независимую" политику. Правда, в основном, на словах.

Для нас, выросших за "железным занавесом" Советского Союза, когда - то достаточно было соседней Финляндии, как символа капиталистического процветания. А все что там, за ней уже переходило за грань реального существования.

И вот эта грань преодолена. И что? А ничего.

Как и везде, свои проблемы, своя жизнь, своя борьба за выживание в ней.


Прежние идеалы медленно растворились, а, может быть, мы изменились. Изменились и по возрасту, и по среде обитания, и по накопленному за это время жизненному опыту.


Наша семейная поездка по Скандинавии была одной из первых в череде дальнейших заграничных вояжей.

Она оказалась не простым путешествием с осмотром достопримечательностей и сопутствующим им магазинов.

Этот тур сопровождался калейдоскопом забавных происшествий, необычных встреч и других "интересных" событий, создававших тогда серьезные проблемы, но оставляя при этом незабываемые воспоминания.


Полет не в ту сторону


Перелет в Копенгаген оказался с пересадкой в Милане.

То, что называется "connection".

Первый, миланский, рейс задержался и мы опоздали на второй, датский. Всего на двадцать минут, но самолет уже был в небе и , похоже, за нами, возвращаться не собирался.

Вот такой у нас получился "connection".

Впереди длинная ночь и неясные перспективы на завтра.

Всем пассажирам выдали багаж, а затем персонал миланского международного аэропорта "Мальпенса" растворился где - то в помещениях огромного терминала.

На весь зал прилета остался один полицейский, который долго отбивался от пассажиров нашего рейса, говоря при этом, что он к аэропорту не имеет никакого отношения. Потом и "бравый карабинер" тоже куда - то спрятался.

Вокруг не нашлось ни одного человека, который бы смог объяснить раздраженной, уставшей толпе, что им делать дальше.

Но, как оказалось, про нас совсем и не забыли.

Совершая броуновское движение по пустым в этот поздний часзалам аэропорта, мы обнаружили небольшой офис, где и получили ваучер на автобус и отель.

Продолжение полета завтра, первым рейсом, в девять часов утра. Все было сделано довольно четко, согласно международным правилам, но просто "забыли" нам сообщить, куда нужно было обратиться по прибытии. Однако, в итоге, никто не потерялся.

"Забыли" также сообщить, где мы проведем эту ночь.

Едем в автобусе видимо в сторону Милана, а я уже строю планы, как использовать эту ночь для осмотра, еще и итальянских достопримечательностей.

За стеклом мелькали редкие огоньки, но их становилось все меньше и меньше. Мы ехали уже довольно долго. Спустя час наш автобус остановился на площади перед большим отелем. Кроме ярко освещенной стоянки, все вокруг было погружено в темноту.

Поселившись в огромной роскошной комнате пятизвездочного отеля мы сразу отправились осматривать Милан, или, скорее всего, его пригороды.

В час ночи!

По периметру площади и вдоль шоссе просматривались в темноте силуэты огромных вилл, окруженных высокими каменными оградами, обвитыми плющом.

При свете редких фонарей все это выглядело красиво и романтично.

Было уже почти два часа ночи когда мы вернулись в свой номер, так ничего не увидев, кроме запертых ворот и высоких заборов, окружавших виллы.

Проснувшись рано утром, я подошел к окну, задрапированному тяжелыми, золотистого цвета шторами.

На спинке кровати обнаружились небольшие кнопки. При их нажатии, шторы медленно раздвинулись, и перед глазами предстала картина, глядя на которую не верилось, что это не театральная декорация, а реальный вид из окна.

Как позже выяснилось, мы находились совсем и не в Милане, а намного севернее, на берегу озера Комо, в итальянских Альпах, на границе со Швейцарией, недалеко от города Лугано.

Наше окно выходило прямо на горную цепь, с заснеженными вершинами, а внизу, вокруг озера были разбросаны те самые виллы, которые мы видели ночью.

При дневном свете они смотрелись еще романтичнее.

Почти в восемь часов утра наш автобус двинулся в сторону миланского аэропорта "Мальпенса".

Огромный зал регистрации был заполнен пассажирами - негде даже поставить чемоданы. К стойкам тянулись длинные змеи очередей. До нашего вылета оставалось десять минут.

Как мы бежали по огромному терминалу!

Трап уже был убран, двери самолета закрыты. По самому летному полю нас довезли на багажной тележке, по небольшой, технической лесенке провели в самолет и мы двинулись к цели нашего путешествия - столице Датского королевства городу Копенгаген.


На берегу пролива Орезунд


Город изумрудных парков, город островов и каналов, город великого сказочника Ганса Христиана Андерсена.

Таким мы представляли себе Копенгаген.

Королевский дворец четырьмя своими зданиями окружает площадь, покрытую брусчаткой.

Ежедневно, в полдень, здесь можно посмотреть хорошо поставленное шоу - смену караула. Со всеми соответствующими атрибутами. - специальной гвардейской формой солдат, маршировкой с четко отработанными движениями и отрывистыми командами офицеров.

В это время туристов здесь очень много, площадь заполнена почти до отказа. И на всех - один полицейский.

Как - то не очень верится, что он может обеспечить безопасность такого количества людей. Может быть в толпе есть скрытые агенты спецслужб.

Но почему - то мне кажется, что здесь в то время об этом и не думали.

Здание парламента. Оно построено в 1927 году в стиле старинных датских замков.

Символ государственной власти - квадратное в плане сооружение, внутри которого большой двор.

Здесь вообще не видно никакой охраны, можно войти внутрь, прогуляться по зданию и никто не спросит тебя о цели визита в это правительственное учреждение.

Кстати, сам двор проходной, кратчайшая дорога между двумя шумными улицами. И этим удобством очень интенсивно пользуются местные жители и туристы.

Последний, вечер решено было закончить посещением парка "Тиволи", одной из главных достопримечательностей города. По площади он небольшой и днем очень напоминает парки культуры и отдыха в бывшем Советском Союзе.

Тех самых, с качелями и каруселями.

Но с наступлением темноты, все меняется - специальная подсветка зданий, фонтанов и аттракционов создает фантастическую по красоте картину.

Есть в парке и кое - что необычное, например дом сказок Андерсена.

Подземный поезд везет посетителей вдоль отделений, каждое из которых посвящено одной из сказок, знакомых с детства и, поэтому, узнаваемых с первого взгляда.

Кульминация вечера в парке "Тиволи" - это конечно салют - картина незабываемая.


Как принимают звезд Голливуда


По традиции, бросив монетки в один из подсвеченных фонтанов, мы вышли из парка на широкий проспект Вестерброгаде.

Было около десяти часов вечера, но улица заполнена народом, в основном туристами.

Здесь и на прилегающей Ратушной площади - основное место встреч местных жителей и гостей города, а парк "Тиволи" расположен как раз на этом углу.

Яркое освещение, множество реклам, кафе, рестораны, знаменитая "Башня Погоды", где на вершине время от времени выплывает позолоченная скульптура дамы - если она с зонтиком, то завтра погода будет пасмурной и дождливой, хотя на самом деле все оказалось с точностью наоборот.

Тут же, на этой башне, огромный светящийся градусник, причем максимальная температура, которую он может показать - двадцать градусов - видимо здесь больше и не надо.

Пройдя несколько десятков метров по Вестерброгаде, мы увидели у входа в кинотеатр небольшую толпу, стоявшую с двух сторон широкой красной дорожки, проложенной между входом в здание и длинным лимузином, который охраняли два огромного роста чернокожих верзилы.

По обеим сторонам дорожки стояли большие напольные вазы с цветами.

Все кого - то ждали. Остановились и мы.

Внезапно все начали аплодировать, а из кинотеатра вышла... одна из известнейших звезд Голливуда и направилась в сторону лимузина.

Если бы не весь этот ажиотаж, то я не очень бы и поверил, что это и есть киноактриса, знакомая всему миру.

Настолько велика была разница на экране и в жизни.

В лобби кинотеатра было пусто, но висевшие на стенах афиши, подтвердили, что сегодня состоялась премьера фильма с той самой актрисой в главной роли.

Мы уже направились было к выходу, как вдруг услышали в глубине здания какой - то шум и пошли посмотреть, что там происходит.

За лобби начинался балкон, нависавший над большим фойе, заставленным столиками с едой и напитками.

Здесь только что закончился банкет по случаю презентации фильма.

Внизу толпилось множество людей, в основном, судя по аппаратуре, корреспондентов.

Отпихивая друг друга, они прорывались к столам, хватали все подряд, часть съедали, а остальное быстро запихивали - иного слова я не подберу - в сумки, пакеты и во все другое, в чем можно было унести что - нибудь со столов.

Пол был усеян осколками битой посуды, растоптанной едой, но никто не обращал на это внимания.

Воспитанные, аскетичные, образованные датчане боролись за бесплатную еду, начисто забыв о пропагандируемой ими же европейской культуре.

Сверху, с балкона, казалось, что мы находимся в театре на фантастическом спектакле. Но, по поверьте мне, это была правда жизни, происходившей в центре одной из самых обеспеченных и высокоразвитых стран мира.

На улице, перед входом в кинотеатр, лежала смятая красная ковровая дорожка, заваленная землей и осколками разбитых горшков с цветами. Уличная толпа проходила мимо, стараясь не наступать на эту грязь.

Премьерный показ нового голливудского фильма закончился, кинозвезда отбыла и жизнь продолжалась.


А утром мы проснулись...


Утром мы проснулись в отличном настроении и долго нежились в постели, вспоминая вчерашний поход в парк "Тиволи".

Сегодня мы отплываем на пароме в Норвегию, в Осло, где у нас была заказана машина для дальнейшего путешествия по Скандинавии.

Ранним утром следующего дня наш паром медленно вошел в Осло - фиорд, где и расположена столица Норвегии.

Оставив все свои чемоданы в камере хранения порта, мы отправились на поиски отеля.

Осло - город сравнительно небольшой, гостиниц не так уж много и найти свободную комнату, особенно в конце недели, непросто.

В итоге удалось получить номер на одну ночь в довольно потрепанном отеле, который оказался прямо напротив фирмы, где и был заказан наш автомобиль.

Заказанного нами автомобиля, маленького и дешевого, у них не было и клерк, десять раз извинившись, предложил нам другой, марки "Вольво", представительского класса и без всякой доплаты.

Конечно это была обычная "разводка" фирм по прокату автомобилей, но когда еще будет возможность поездить на такой машине.

Выехав на этом роскошном автомобиле с подземной стоянки, наше семейство взяло курс на морской порт, забрать багаж из камеры хранения..

По дороге, решив остановиться и припарковаться задним ходом, я обнаружил, что не могу это сделать. Просто не имею понятия, как сделать реверс на этом "монстре". А, для того, чтобы попасть в порт, нужно было проехать через весь центр Осло и еще вернуться назад.

Тогда на ходу решили так - ехать прямо в порт, забрать свои чемоданы, а затем вернуться назад в фирму, а там будет видно. Но, при возвращении нас ждал еще один сюрприз - ни одного свободного места для парковки, что передом, что задом.

Недолго думая, я загнал "Вольво" на тротуар, прямо под окна нашей фирмы по аренде автомобилей.

Такое "вольное" поведение в Осло считается, мягко говоря, нестандартным.. А тут я включил еще и аварийные огни.

В течении нескольких секунд из офиса выскочил, судя по комбинезону, дежурный автомеханик.

Глаза круглые, взгляд испуганный. На вопрос о том, что случилось, я, тоже волнуясь, выпалил вместо "HELP AS" - помоги нам, "SAVE AS" - спаси нас, то есть получилось что - то вроде сигнала "SOS".

От этого механик впал в полуобморочное состояние и тихим, испуганным голосом спросил, что же все - таки случилось.

Услышав причину нашего возвращения, он, конечно, все объяснил и потом еще несколько раз переспросил, не случилось ли что - нибудь еще.

Наконец, с трудом переварив всю информацию, он велел немедленно съехать с тротуара, пока не появилась полиция с ее огромными штрафами.

Полицию, конечно, там еще надо было хорошо поискать, но не стоило лишний раз испытывать судьбу.

И мы, переехав на противоположную сторону площади, припарковались около нашего отеля на вполне законных основаниях, то - есть как его гости.


Осло


После полного приключений дня, мы решили немного расслабиться - выпить кофе и отдохнуть.

Женская половина нашей "группы" отправились на "кофейный этаж", а я уселся у телевизора и задремал.

Через полтора часа объявилось мое семейство. Оказалось, спускаясь в поношенном, как и весь отель, лифте, они "застряли" между этажами и все это время взывали о помощи.

А помочь то и некому. Я спал, жильцов в отеле практически не было - массовый заезд начинался завтра, в субботу - а из персонала был один портье, да и он тоже, скорей всего, дремал в своей каморке у входа.

Те отели, где мы останавливались в Норвегии, устроены несколько необычно.

При входе вестибюля не было. Только стойка регистрации - маленький закуток, почти под лестницей, лифт и все.

Зато весь следующий этаж был нежилой.

Кроме ресторана или, скорее, буфета со "шведским столом", здесь находятся несколько залов, именно залов, а не комнат.

В одном стоят столы с разными видами чая и кофе.

Тут же глубокие кресла, где можно расслабиться, выпить кофе или что - то покрепче.

В другом зале - те же кресла, диваны, рояль или пианино. Это музыкальный салон.

В следующем - те же кресла и газеты. Это читальный зал.

И так весь этаж. Все это царство отдыха украшено различными сувенирами и подарками, оставленными гостями отеля - так на них написано. Это то, что я назвал "кофейный этаж".

В этот день приключений больше не было, если не считать, что во время вечерней прогулки по городу, в бизнес - районе, среди зеркальных небоскребов, мы попали в полицейскую облаву.

Правда я так и не сообразил, кто кого ловил.

Эта единственная ночь в Осло оказалась бессонной.

В офисе, в соседнем с отелем здании, проходила небольшая "вечеринка", которая потом переросла в "междусобойчик" с горячительными напитками.

По моим наблюдениям, даже немного подвыпивший скандинав ведет себя довольно шумно, а уж выпивший сверх меры...

Где они, эти мифические флегматичные норвежцы, шведы, датчане?


Тунсберг - южная Норвегия


Город Осло, располагается в северной части одноименного фиорда, почти на крайнем юге страны.

Все основные автомагистрали Норвегии, особенно ее самой обжитой южной части, проходят через Осло, но транзитный транспорт в город не попадает - под всем центром проложен туннель, начинающийся еще в западных предместьях столицы и выходящий на поверхность в районе порта - в восточной части.

Вся прелесть нашего путешествия заключалась в его спонтанности. То есть, наметив основной маршрут, можно было себе позволить различные отклонения от него. Что и было сделано в данном случае.

Мы направились на крайний юг страны - вдоль берега Осло - фиорда, рассчитывая по дороге снять на ночь комнату в каком - нибудь поселке или небольшом городке.

Вскоре после выезда из столицы, широкая многополосная автострада перешла в обычную неширокую дорогу - полоса туда, полоса обратно, но везде с великолепным покрытием и максимально разрешенной скоростью - не более семидесяти километров в час.

И все местные водители так и ехали.

Мы же искали "циммер" - съемное жилье в сельском доме.

Попадались по дороге и поселки, и городки, но комнат на сдачу в них не было.

В одном из поселков нам посоветывали прекратить бесполезные поиски, ехать в ближайший город и поселиться там в отеле.

Самым близким оказался Тунсберг - по норвежским меркам город немаленький и имевший три гостиницы, где повторилась та же история с наплывом туристов в конце недели.

Но в одном отеле нас все - таки приняли.

Здесь тоже был "кофейный этаж", еще богаче и роскошнее, чем в Осло, украшенный преимущественно изделиями из меди, старыми корабельными рулями, колоколами, компасами. И все в отличном состоянии.

В этот же вечер мы отправились знакомиться с "норвежской провинцией".

В центральной части города, почти полностью состоящего из очень ухоженных деревянных домов, все нижние этажи занимают магазины с ярко освещенными витринами, которые в вечерней темноте смотрелись просто фантастически благодаря отличному дизайну.

Подошли к железнодорожному вокзалу.

Здесь что - то происходило.

С привокзальной площади на платформу вели несколько ступенек, покрытых красной ковровой дорожкой, протянутой до входа в такого же цвета поезд, состоящий всего из нескольких вагонов.

У открытой двери, на стене вагона была нарисована корона, а рядом стояли в расслабленной позе несколько гвардейцев в такой же форме, что и караул у королевского дворца в Осло.

Кроме нас и гвардейцев, на площадь подъехал на машине один полицейский и, повернувшись задом к поезду, стал беседовать с пожилой парой, стоявшей в стороне.

Так прошло минут десять. Внезапно гвардейцы как - то подобрались и, когда к перрону подъехали два автомобиля "Вольво", выпрямились, отдавая честь вышедшим из первой машины двум мужчинам.

Полицейский нехотя развернулся в сторону поезда, не прерывая при этом беседы. На нас же никто не обращал внимания.

Да и некому было.

Первый из приехавших кивнул гвардейцам и прошел в открытую дверь вагона, а второй сел снова в машину и оба автомобиля уехали. Следом исчез полицейский и его собеседники.

Гвардейцы зашли в вагон, дверь закрылась и поезд тронулся.

Мужчину, отбывшего из города, мы узнали . Его портреты продаются в каждом газетном киоске.

Это был король Норвегии.


Швеция - у озера


И Тунсберга мы возвращались в Осло и далее, по программе, продолжали движение в сторону Швеции.

Дорога проходит вдоль Осло - фиорда, то приближаясь к самому его берегу, то отдаляясь от него на значительное расстояние так, что шоссе и море разделяет или густой сосновый лес, где между деревьями проблескивали небольшие озера, или, уходящие за горизонт поля с разбросанными то там, то тут , хуторами и поселками.

Причем каждый дом отличался по цвету от своего соседа.

Этакий калейдоскоп красных, синих, зеленых и желтых избушек.

Мы побывали на южном краю Норвегии, а теперь огибали фиорд и, миновав столицу по туннелю, поехали по его противоположной стороне, снова на юг, потом на восток и углубились в густые сосновые леса. Где - то незаметно проскочили символическую границу Швеции.

Наш путь лежал на озеро Ванерн, самое большое в Швеции и расположенное примерно посередине между ее западным и восточным побережьем.

Часа через два после границы показалось и само озеро, противоположный берег которого терялся вдали, словно это было море.

На самом берегу дымил огромный завод.

Здесь же, напротив, на другой стороне шоссе, мы увидели небольшой отель и остановились около него.

Несмотря на описываемую путеводителями экологическую чистоту окрестностей озера, запах стоял отвратительный, явно стараниями завода.

Так же пахло и в холле отеля. Здесь не было *кофейного этажа*, да и холла, можно сказать, тоже.

Основное место занимала большая пивная, заполненная до предела в этот воскресный вечер шведами с красными от выпитого пива лицами, а некоторые были пьяны, как говорят, "в стельку".

Когда мы вошли, все посетители, те, кто еще был в относительно трезвом состоянии, уставились на нас, как на залетевших сюда инопланетян. Места в отеле были, но соседство...

Километров через десять обнаружился кемпинг, расположенный в густом лесу, на берегу того же озера, но с такой чистой водой, что просто не верилось, что совсем рядом находится большая промышленная зона.

Эта лесная передышка сняла напряжение предыдущих дней. Мы жили в маленьком, пропахшем деревом, домике, гуляли по лесу, полному грибов и их никто не трогал, выходили на берег озера с прозрачной водой.

Здесь водились совершенно ручные белки, смело подбегавшие к людям, требуя угощения.

Между домиками, по изумрудной траве, важно расхаживали, почти,\ ручные, утки.

Это была и мечта, и реальность.

Как раз то, чего хотелось во время переездов из города в город, скитаний по отелям и городским улицам.

На следующий день сидеть на одном месте нам стало скучно - такие вот мы "любители отдыха на природе".

Сами себя убедили, что нужно пополнить запас продуктов, и поехали их закупать.

Ближайшим относительно большим городом оказался Карштадт. Центральная часть его выглядит очень солидно - ухоженные четырех - пяти этажные дома, нижние этажи - беспрерывная лента магазинов с роскошными витринами.

Мы приехали туда около шести часов вечера. Было еще совсем светло - летом в Европе, особенно на Севере, темнеет поздно.

Центральные улицы пусты, все магазины уже закрылись, но те редкие люди, которые иногда встречались, видя в нас приезжих, пытались чем - нибудь помочь, объяснить дорогу, хотя и так все было понятно.

Весь центр мы обошли за полчаса и, хотя по виду застройки город казался большим и солидным, однако, сразу за несколькими роскошными улицами центра начинались поля и поселки.

На следующее утро мы покинули "лес нашей мечты" и двинулись на юго - запад.

Направление - Гетеборг.

Между озером Ванерн и западным побережьем Швеции - Северным морем - проложен судоходный Гете (по - шведски произносится Ете ) канал. В месте впадения его в море и расположился второй, после Стокгольма, город Швеции - Гетеборг.

Сейчас мы двигались в юго -западном направлении, проезжая через одни из наиболее заселенных районов страны.

Конечно культура вождения у шведов - нет слов, дороги в провинции неширокие, но ухоженные, правда, особенно в глубинке, качество покрытия оставляет желать лучшего.

Меня постоянно не оставляло чувство, что мы находимся где - то в России, в средней полосе.

И дело даже не в похожей природе.

Проносившиеся за окном деревушки очень походили на подмосковные, того, советского, времени и, по сравнению с норвежскими, выглядели довольно, скажем так, неаккуратно.

Простите, но Швеция для нас, выросших в Советском Союзе, казалась местом идеальным.


Гетеборг


Разгромив шведов в последней, для них, войне, Петр Первый, построив на завоеванных территориях новую столицу Российской Империи, Санкт - Петербург, назвал ее "окном в Европу".

"Окно" это выходило в сторону Швеции, восточного ее побережья, то есть во "внутреннее" Балтийское море.

Но у Швеции есть свое "окно в Европу". Оно находится на западном побережье страны и называется Гетеборг.

Это шведское "окно" считается здесь самым "не шведским" городом.

Честно говоря, я не совсем понял, что они имеют в виду - то ли сходство главной улицы с парижскими Елисейскими полями - весьма и весьма отдаленное, то ли архитектурный стиль гетеборгских переулков с очень сильным немецким влиянием, а, может быть, что - то другое, например местная ментальность.

Гетеборгский морской порт - один из крупнейших в Европе. Кроме того этот город известен производимыми здесь автомобилями "Вольво", на одном из которых мы приехали, и, как всегда, начали поиски жилья - комнат на съем или кемпинга.

Поселились за городом, в небольшом придорожном мотеле, относительно недорогом и ухоженном, если не считать негласного просмотра содержимого наших чемоданов обслуживающим персоналом.

Устроившись, мы поехали в город.

Приближался вечер, а, вернее, для шведов он уже наступил, улицы в центре были пусты, все магазины закрыты.


На берегу моря, а точнее, пролива высится самое известное из новых сооружений Гетеборга, прозванное в народе "губная помада" - очень похоже.

Здесь же модерновое здание гетеборгской оперы. А рядом у берега стоит самый настоящий парусник, белый, сверкающий на предзакатном солнце.

С берега по широкому трапу можно пройти внутрь, что мы и сделали и оказались в... отеле.

Парусник был настоящий, но теперь он использовался в совершенно ином качестве.

Здесь, как и в Норвегии, был "кофейный этаж" и не один, который больше походил на музей - кроме различных морских приборов, здесь были стенды с фотографиями города в разное время - целая историческая экспозиция.

Кроме всех этих атрибутов, мы обнаружили несколько, закрытых в это время, ресторанов. Но что самое интересное - проведя почти час в этом отеле - корабле - музее, мы не встретили не одного человека из персонала - все открыто, свободно и никакой охраны.

Камеры слежения тогда почти нигде не применялись.

На следующее утро было решено отправиться в центр Гетеборга не на машине, а оставить ее на конечной остановке трамвая - Ангернед, и продолжить дальше на общественном транспорте.

Ангернед - окраинный район Гетеборга, скорее пригород.

Конечная остановка трамвая - это одновременно и станция, откуда автобусы развозят местных жителей по, спрятавшимся в окружающих горах, небольшим городкам.

Рядом с трамвайным кольцом торговый центр - грязные, расписанные граффити стены, разбитые витрины, по выщербленному полу ветер гоняет кучи мусора, преимущественно газет, напечатанных мелкой арабской вязью.

Увидели мы и "местное население" гетеборгских пригородов - усатых мужчин, закутанных в шарфы - арафатки, женщин в черных длинных платьях и платках того же цвета.

Я хочу напомнить, что все это происходило в 1999 году и не во Франции или Бельгии, а, в относительно малозаселенной тогда эмигрантами, Швеции.

Оказывается и здесь уже "оккупация" набирала обороты.

"Но у нас они тихие и всегда будут благодарны стране, их приютившей. А иначе - немедленная депортация". Так говорили и искренне думали настоящие "местные жители".

А мы сели в старомодный гетеборгский трамвай и через полчаса были в центре.

Своеобразие этого города подчеркивается множеством цветочных клумб. Было довольно неожиданно увидеть в северной стране, пусть даже летом, такие площади цветочных полей.

Здесь, в самом центре города, в ботаническом саду, росли на открытом воздухе даже пальмы, правда, как я понял, на зиму их хорошо утепляли.

В этом прекрасном саду мы и провели большую часть дня. Не забыли взглянуть на знаменитый в свое время огромный крытый стадион *Скандинавиум*, сейчас, при современных строительных материалах и технологиях, производивший, несмотря на ухоженность, довольно странное впечатление.

Вернувшись тем же путем, через "арабские эмираты", домой, мы отправились посмотреть теперь уже чисто шведский поселок.

"Богатые" аборигены жили в старых деревянных домах, довольно больших. С улицы можно было разглядеть салоны, обставленные далеко не новой мебелью. В большинстве домов хозяева в это время сидели у телевизоров и ими же освещались.

Еще один, дополнительный, источник света и, в то же время, шведская традиция - маленький ночник на окне.

У каждого дома был припаркован как минимум один новый автомобиль, а чаще и несколько, преимущественно свой родной "Вольво".

Пройдя по нескольким полутемным улочкам, мы вернулись в мотель. Завтра предстояло преодолеть завершающий этап нашего путешествия - возвращение в Копенгаген. Обратно через пролив Орезунд Утром следующего дня мы покинули гостеприимный мотель с любопытным персоналом и, выехав на скоростное шоссе, двинулись на юг. Нам предстояло проехать еще часть Швеции, переправиться через пролив Орезунд на датскую сторону, добраться до Копенгагена и, самое главное, найти в этом ,отнюдь не маленьком и не дешевом городе, недорогое жилье. Сейчас между Копенгагеном и шведским Мальмо построен огромный мост. Тогда же, во время нашей поездки, перебраться на другой берег можно было только на пароме - или из Мальмо прямо в центр датской столицы, или севернее - из шведского Гельсинфора в датский Гельсингор. Мы остановились на последнем варианте, решив начать поиски жилья с пригородов Копенгагена. Организация загрузки автомобилей на паром в порту Гельсинфора великолепная. Регулировщики в ярко - желтых комбинезонах сортировали машины - легковые, небольшие фургоны и грузовики и направляли их по трем раздельным направлениям. Не прошло и двадцати минут как наша путешественница "Вольво" уже стояла в недрах корабля, а мы поднялись на палубу, где и потратили последние шведские и норвежские кроны. И вот уже Гельсингор. Автомобили организованно съезжают на берег в три потока, но, после выезда из порта, эти дороги сходятся в одну. Здесь то и кончается скандинавская вежливость и начинается элементарный восточный балаган - то есть впереди самый наглый. Так, миновав образовавшуюся пробку, мы выехали на шоссе, ведущее в столицу Дании. От Гельсингора до Копенгагена непрерывной лентой протянулись пригородные поселки, а вся свободная территория между ними занята густыми хвойными лесами с множеством озер. Красота неописуемая. По сравнению с противоположным, шведским, берегом, с теми районами, которые мы проезжали, природа здесь побогаче, а архитектура зданий совершенно другая - как мне кажется, что - то среднее между немецкой и голландской. Понятно, что в таких местах искать недорогое жилье бессмысленно, а, свернув с главного шоссе поближе к берегу моря, мы попали в район богатых вилл, отелей и пансионатов, тоже для людей отнюдь не бедных. Въехав уже непосредственно в Копенгаген, мы оказались на широком проспекте, застроенном многоэтажными домами примерно начала двадцатого века, теми, которые принято называть "доходными". Где - то здесь, согласно справочнику, было несколько комнат для сдачи на короткий срок.. Покрутившись по переулкам, мы нашли наконец искомый пятиэтажный дом весьма непрезентабельного вида и я отправился на разведку. С правой стороны облупленного фасада - арка с воротами, закрытая на большой ржавый висячий замок. Рядом - входная дверь в подъезд, очень узкий, с ведущей вверх деревянной лестницей. Квартира, указанная в справочнике, была заперта. Но тут я увидел на одном из почтовых ящиков искомую надпись B & B и поднявшись на пятый этаж позвонил в эту квартиру. Дверь сразу распахнулась, словно меня там ждали. Хозяин, или кто он там, очень напоминал Фреди Крюгера - персонажа, модного тогда, американского сериала "Кошмар на улице Вязов". При этом он пытался придать своему лицу вежливое выражение. Представив себе, что нам придется провести ночь в обществе этого "киногероя" и еще неизвестно в каком окружении, я извинился и быстро ретировался. Так мы добрались до центра города, в уже знакомые места и припарковались в районе вокзала, месте не очень спокойном. Копенгагенский железнодорожный вокзал находится в самом центре города, рядом с Ратушной площадью и парком "Тиволи". Находясь в сердце датской столицы, небольшое вокзальное здание делит этот район на две резко противоположные части. Выход в сторону "Тиволи" - обычная столичная публика и множество туристов. Наш первый отель находился в этой части центра и стоил соответственно месту его расположения. С противоположной стороны вокзала, даже внутри, еще перед выходом на улицу, крутится совершенно иная публика - мягко говоря "намного проще". Небольшое здание, а с каждой стороны совершенно иной мир. Теперь, в последнюю ночь, мы уже по эту сторону. Из магазинов тут преобладают секс шопы и тому подобное. Здесь расположено много отелей, среди них встречаются особые, для публики с определенной сексуальной ориентацией. Однако есть и обычные, а цены в этих гостиницах примерно в полтора раза ниже, чем в точно таких же, расположенных с другой стороны вокзала, всего в каких - нибудь сотнях метрах отсюда. На следующее утро, выехав на широкий проспект имени Ганса Христиана Андерсена, мы взяли курс на международный аэропорт. Терминал новый, с множеством магазинов, кафе и оригинальным рестораном "Тиволи", стилизованным под своего старшего брата. А самолеты все прилетали и привозили целые группы усатых мужчин, женщин в длинных черных платьях и черных же платках, а с ними и массу детей. Это были не туристы, а "новые датчане", в недалеком будущем - полноправные граждане страны. Мы сидели в общем зале, ожидая начала регистрации нашего рейса на Милан. Вдруг у нескольких стоек, почти рядом с нами, началось какое - то движение. Молодые ребята в строгих черных костюмах установили ограждение, и пассажиры этого рейса, еще не доходя о обычной регистрации, уже проходили строгую проверку безопасности. Конечно, это был рейс на Тель - Авив. Пассажиры, находящиеся в это время в зале вылета, по - разному отнеслись к тому, что происходило. Самая дружелюбная реакция, которую мы услышали от датчан и "всяких прочих шведов"- то, что Израиль чересчур "заклинился" на безопасности и это негативно отражается на пассажирах. В старой, доброй Европе нечего и некого бояться. На посадку в самолет, летевший в Милан, мы прошли быстро и без всяких "никому не нужных" проверок. Десять лет спустя, двадцать лет спустя Прошло десять лет. Своеобразный юбилей. В Копенгагене наконец - то достроили метро, открыт новый мост над проливом Орезунд, из Дании в шведский город Мальме, находящийся прямо напротив Копенгагена. Кстати о Мальме. Там, недалеко от центра города, еще совсем недавно, был небольшой зеленый островок с прекрасным песчаным пляжем - основное место отдыха горожан в редкие здесь, на севере Европы, солнечные дни. Сейчас шведы называют этот островок "Персидским заливом", что вполне соответствует преобладающей там теперь публике, да и не только там. Изумрудная трава пожелтела, в тех местах, где она еще осталась. Кругом следы от пикников, песок на пляже перемешан с осколками битого стекла. Здесь теперь другие хозяева. Коренным жителям города придется искать новое место отдыха, а лучше, пусть поищут другую страну. В Швеции еще не поджигают автомобили в знак протеста против расовой дискриминации. Эта страна снова, как и в предыдущую, вторую мировую войну, нейтральная. Пока. А вот главным мировым борцам за права этих "новых граждан", Дании и Норвегии, уже попало. Для начала их прилюдно "отшлепали по попке" за карикатуры, оскорбляющие чувства верующих мусульман. И эти "борцы за права угнетенных народов" раболепно рассыпались в извинениях. Но история еще не закончилась и сжигание флагов этих стран продолжается. Вслед за бунтами и поджогами автомобилей в Париже, эта волна перекинулась в Копенгаген. Пока в сокращенном варианте. Пока. За прошедшие несколько лет мир сильно изменился. Террор пришел в Нью - Йорк, Мадрид, Лондон. И везде с участием "наших тихих новых граждан", их детей и внуков, родившихся уже в Европе и знающих свою, любимую издалека, "историческую" Родину, разве что по лагерям по подготовке террористов. Те, "нарушающие права человека" израильские проверки сегодня кажутся просто "детской игрой". Двухлетнюю годовщину терактов в Лондоне, унесших пятьдесят шесть жизней, дети и внуки "новых граждан" отметили призывами к созданию "независимого мусульманского государства" на территории столицы Великобритании. Прошло всего десять лет. Странное тогда было время. Очень странное. Сегодня и короля Норвегии, и королеву Дании охраняет не один полицейский, а целая гвардия в полной боевой экипировке. В их арсенале - слезоточивый газ, бронежилеты, дубинки. И кое - что посерьезнее. То время безвозвратно ушло. А жаль. Такие вот впечатления к "десятилетнему юбилею". Что же произошло за этот, относительно небольшой, период времени. Перед вами мои впечатления к "двадцатилетнему юбилею". Швеция - одна из европейских стран, давно распахнувших объятия мигрантам. На протяжении десятилетий беженцы органично вписывались в шведское общество, восполняя нехватку рабочих рук и не нарушая при этом культурную целостность страны. Швеция всегда гордилась своей щедростью и великодушием по отношению к иностранцам. Это началось во время Второй мировой войны. Нейтральная страна не подверглась разрушениям, ее экономика продолжала бурно развиваться, в основном, ориентируясь на Германию. Королевство нуждалось в рабочей силе, поэтому иммиграционное законодательство было максимально мягким. В страну хлынули норвежцы, бежавшие от нацистов, прибалты, датские евреи. Потом пришла очередь иранцев, спасавшихся от гонений Пехлеви и чилийцев, скрывавшихся от генерала Пиночета. И, наконец, пожаловали эритрейцы, сомалийцы и курды. Через некоторое время беженцы органично вписались в шведское общество. Культурная целостность королевства не пострадала. Шведы гордились тем, что смогли успешно интегрировать мусульманское население, и были уверены, что система, отлаженная годами, не дает сбоя. Когда в 2015 году в Европе разгорелся миграционный кризис, большинство беженцев устремились в Швецию и ФРГ. Германия, все еще испытывающая чувство вины за Вторую мировую, провозгласила политику открытых дверей и протянула нуждающимся руку помощи. На этом фоне подвиг маленькой Швеции был не столь заметен, хотя именно скандинавское королевство приняло основной поток мигрантов из расчета на душу населения. Однако поведение новых будущих "граждан" сильно отличалось от привычного. Мигранты оседали на окраинах крупных городов, не шли на контакт с местными, мусорили на улицах и совершали мелкие преступления. В некоторых местах, их доля достигает 80 процентов от общего числа населения. Постепенно терпение у великодушных шведов иссякло. Проведенный осенью 2017-го опрос показал, что 41 процент местных граждан считают, что королевство принимает слишком много беженцев. Журналисты и политики придерживаются правила не обсуждать проблемы, связанные с миграционным кризисом, дабы не прослыть расистами и ксенофобами. Тем временем среди простых шведов все чаще слышатся призывы поменять миграционные правила. Чтобы получить работу, беженцы имеют право на переобучение за счет государства, но за последний год лишь 30 процентов мигрантов, прошедших программу интеграции, смогли найти работу или продолжить обучение. На приезжих королевство тратит около четырех миллиардов долларов в год, хотя еще недавно эта сумма составляла менее миллиарда долларов. Не исключено, что страна с десяти миллионным населением, принимающая более ста тысяч мигрантов каждый год, рано или поздно столкнется с серьезными экономическими проблемами. Проблема беженцев расколола благовоспитанную Швецию. Люди, поднимающие эту тему, теряют друзей, да что там - раскалываются целые семьи. "Прошлым летом моя бабушка едва не умерла от голода в больнице, а эти мигранты бесплатно получают еду и медицинскую помощь. Я думаю, государство прежде всего должно заботиться о собственном народе, а уже потом, если что-то останется, помогать другим" - делится размышлениями полицейский пограничной службы. Большое недовольство вызывает закон, согласно которому мигрантки с детьми младше семи лет могут рассчитывать на несколько лет оплачиваемого отпуска вне зависимости от того, работают они или нет. На самих шведок это правило не распространяется: они могут получить 450-дневный отпуск после рождения малыша только в том случае, если до этого не были безработными. В последнее время в Швеции вырос уровень преступности. Власти страны не обнародуют данные об этнической принадлежности подозреваемых, стараясь не увязывать эту тенденцию с ростом числа беженцев. В Швецию приехало много молодых мужчин, после чего в королевстве, особенно в городе Мальмё, резко возросло число преступлений на сексуальной почве. Множатся конфликты на расовой и межнациональной почве. Были отмечены случаи нападения на мигрантов, поджигали их палатки. В августе 2015 года двое выходцев из Эритреи напали на посетителей магазина "IKEA" в городе Вестерос (примерно в 100 километрах от Стокгольма), нанеся ножевые ранения 55-летней шведке и ее 28-летнему сыну. В ответ активизировались крайне правые. В городе Арбуга у предоставленного беженцам здания были обнаружены два контейнера с воспламеняющейся жидкостью, а в Вернамо неизвестные пытались устроить поджог в приюте для детей-беженцев, оставшихся без родителей. Полиция усилила меры безопасности в центрах размещения мигрантов. Город Мальме - третий в Швеции - превратился в неофициальную столицу беженцев. Сегодня их здесь сорок процентов. Очевидно, что в нынешних условиях старые верные способы интеграции не работают. Мигранты других национальностей и вероисповеданий не желают превращаться в шведов, не собираются отказываться от своих традиций и хотят жить по-своему. Чтобы как-то решить эту проблему, Швеции придется пересмотреть миграционную политику, даже если новые правила покажутся подданным короны жесткими и негуманными. Попытка сохранить нейтралитет в этом вопросе может обойтись стране слишком дорого. Но, похоже, скандинавам, включая "разных прочих шведов", предстоит в ближайшее время заняться для себя поисками другой страны или даже континента. Ведь Скандинавия такая маленькая.