# Ее отец - великий Тышлер

Белла Победина

В 2018 году исполняется 120 лет со дня рождения Александра Тышлера - живописца, графика, театрального художника, скульптора.

Изабелла Победина


Ее отец - великий Тышлер


Много лет назад, когда еврейская актриса Сара Левина сказала мне, что в доме, где живет моя мама (обеих, увы, нет уже на свете), проживает дочь художника Александра Тышлера -- Белла, я удивилась.

Никогда не слышала, что у Тышлера вообще была дочь. Тогда, 10 лет назад, ничего не нашла и в интернете. Википедия до сих пор молчит... Московские друзья знали только Флору Яковлевну Сыркину, вторую официальную жену художника.

И стала я невольно присматриваться к маминым соседям по девятиэтажному дому. По вечерам, когда я уходила от мамы, мое внимание иногда действительно привлекала женщина, шедшая мне навстречу. Она резко отличалась от остальных обитателей дома -- сосредоточенным видом, стремительной походкой (позже выяснилось, что она просто боялась темноты) и очень короткой стрижкой.

Одна из соседок сказала, что Белла Тышлер живет на 9 этаже.

Однажды мы с ней встретились в лифте. Мама жила на 2-м этаже. Я вспомнила старый анекдот и сказала себе: "Если она нажмет на кнопку 9-го этажа, значит, это Белла Тышлер!". Расчет оказался верным, но едва я успела скороговоркой произнести несколько слов, как пришлось выходить.

В следующий раз мы почти столкнулись при выходе из здания и... дальше пошли вместе. Она была нарядная, в белом платье, глаза сверкали. Спешила на день рождения одной из трех любимых внучек, детей своего сына, которых тогда нянчила...

Мы обменялись телефонными номерами и стали периодически встречаться. Она рассказывала мне о своей судьбе, эпизоды из жизни с отцом, а я уговаривала её опубликовать свои воспоминания. Оказывается, я была не единственной, кто говорил ей то же самое, но она всем отказывала.

Прошло несколько лет, не стало моей мамы, я перестала ходить в сторону этого дома, с Беллой изредка перезванивались, общались при случайных встречах.

17 сентября 2017 года в Москве закрылась выставка работ Александра Тышлера, а до того Белла попросила меня написать от её имени благодарственное письмо устроителям выставки. Она пришла, и мы с моего мэйла отправили письмо. Но в конце письма она с болью приписала: жаль, что её не пригласили на открытие выставки, на что я ей, по-моему, резонно заметила:

-- А кто о вас знает? Сидите здесь в тиши, никому не разрешаете о себе писать, сами нигде не публикуетесь.

Прошло ещё несколько дней. На письмо так никто и не ответил...

И вдруг, на исходе Субботы, Белла звонит мне и говорит:

-- Приходите, я хочу дать вам свои воспоминания. У меня есть также неопубликованные рисунки папы, его письма ко мне, семейные фотографии. Поможете мне сделать книгу?

Разумеется, я тут же помчалась к ней, понимая ее душевное состояние. Принеся рукопись домой, не могла прервать чтения, пока не дочитала до конца. Многое стало понятным: и почему до сих пор никто не знал о существовании дочери, и что послужило одним из главных мотивов решения Беллы опубликовать свои воспоминания, и то, каким добрым и щедрым на любовь был А. Тышлер -- любил двух своих жен, но детей ему родили две другие, в каждую из которых он безумно влюблялся, обожал и дочь и сына, были и другие женщины, да и в него влюблялись многие.

Белла вспоминает:

"Вообще я всего боялась: темноты, леса, гула самолета, и папочка называл меня "дитя войны"". И далее она с благодарностью вспоминает, сколько любви, тепла и нежности проявил Тышлер, чтобы она могла отойти от ужасов войны, от страхов, зажатости. Каким тонким психологом, педагогом он был в отношении дочери, как старался помочь ей самоутвердиться... Все это видно из его писем, представленных в книге. Именно желание высветлить облик Насти - Анастасии Степановны Гроздовой, первой жены, и модели, и спасительницы отца, все ему прощавшей и незаслуженно всеми забытой, послужило одним из главных мотивов решения Беллы опубликовать свои воспоминания. "С огромным чувством самообладания и безумно любя отца, Настя смогла сохранить свою безмерную любовь к нему и прожить с ним очень трудные сорок с лишним лет жизни".

Интересно, что и к Белле Настя относилась как к родной, хотя ее мамой была молодая красивая девушка Сима, работавшая в Минском еврейском театре костюмером: "Опять роман, опять влюбленность, и в 1934 году родилась я"! Жаль, что в книгу не вошли некоторые её устные рассказы об отце.

Я недавно видела телепередачу, посвященную Тышлеру. Во 2-й части передачи Ирина Александровна Антонова говорит, что она училась вместе с Флорой Сыркиной, знала её много лет, но ничего не знала о его первой жене Насте. И при этом и она и куратор выставки Анна Чудецкая признают, что лучшие женские портреты написаны Тышлером, когда ему позировала Настя!

Обсуждая этот момент в передаче, Белла рассказала удивительную историю. Она находилась в Москве, когда ещё жив был Саша, её брат по отцу, но уже скончалась вторая жена Тышлера. Они решили пойти в Музей личных коллекций ГМИИ им. А. Пушкина, посмотреть на картины отца, подаренные Флорой Сыркиной музею. В кассе им сказали, что зал с картинами Тышлера закрыт, для содержания залов в хорошем состоянии не хватает рабочих. Пришлось признаться, что они -- дети Тышлера. Изумлению работников не было предела: как могло произойти, что они ничего не знали о существовании детей великого художника Тышлера?! Конечно, им тут же открыли оба зала, дав возможность посмотреть картины отца, который их так преданно любил и всячески опекал.

Надо сказать, что Белла Тышлер обладает феноменальной зрительной памятью, и это отразилось на стиле её воспоминаний. Читаешь, и видишь все, как в хорошем кино. При таком обилии персонажей, часто со сложными судьбами, при неординарности самого героя, можно было бы написать блестящий сценарий! Наряду с именами выдающихся людей, входивших в круг друзей и знакомых Тышлера, Белла не забыла назвать имя простой женщины, чью память ей хотелось увековечить. Воспитательницу детского сада звали Александра Кандакова, и это она под бомбежками вывезла детей из горящего Минска и тем самым спасла им жизнь. Среди них была и 7-летняя Белла. А мама ее погибла в гетто...

...И я взялась за работу. Набрала текст, сверстала, технически отредактировала, отсканировала фото и письма, сделала макет, вместе работали над дизайном обложки. Моя дочь помогла мне сфотографировать большие листы рисунков художника, а Шуламит Шалит бережно отредактировала текст.

Когда мы подбирали для книги фотографии, меня поразило детское фото Беллы, где она очень похожа на Михоэлса.


Белла Тышлер в детстве


Вот что пишет Белла о Михоэлсе:

"Я хорошо помню приезд Михоэлса в Минск. Вечером в день приезда Михоэлс пошел смотреть спектакль Белгосета. В те годы спектакли начинались поздно и поздно заканчивались. После спектакля все пришли к нам. Жили мы в здании бывшего еврейского театра, где актерские гримуборные были приспособлены для нашего жилья. Я проснулась от шума: "Где Белла, где Белла?", -- кричал Михоэлс. Он сел на мою постель, взял меня на руки (я была тоненькая, как комарик, и с огромной копной волос) и приговаривая на идише "майн кинд", почему-то плакал, целовал меня и очень сильно обнимал.

Успокоившись, он вдруг сказал мне:

-- Майн кинд, ты знаешь, почему ты на меня похожа? ? я пожала плечиками, ? когда мама носила тебя в животике, она глаз с меня не спускала.

Спел мне колыбельную, тоже на идише. Все ушли в другую комнату и до утра слушали Михоэлса. Утром все пошли провожать Михоэлса в гостиницу "Беларусь", которая находилась почти через дорогу от нашего жилья".


А через несколько дней случилось то страшное убийство...

Художник Александр Тышлер обладал не только мощной фантазией, но и глубокими познаниями. Читая о нем, я думала, что и мне довелось встретить в жизни художника такого яркого таланта и глубокой эрудиции. Я говорю о Гаяне Хачатурян, благословенна её память! Не люблю, когда одного художника сравнивают с другим -- каждый хороший художник самобытен. Но все авторы, писавшие о Тышлере, назову Сыркину, Чайковскую, Светлякова, сравнивали его творчество, в основном, с творчеством своих современников. Даже намекали на их влияние на него. Я не помню, упоминала ли Гаянэ в беседе Тышлера. Возможно, знала и подсознательно тоже была под его влиянием, совершенно неосознанно. В некоторых картинах Гаянэ Хачатурян я нашла определенное сходство с работами Тышлера, проявляющееся в композиционной сложности творений этих двух художников.

Например, и Тышлер и Гаянэ любили водружать на головы женщин разные предметы. Но Тышлер не объяснял своих сложных композиций, а Гаянэ любила философски объяснять свой замысел. Меня она почему-то видела входящей в её мастерскую с большим белым цветком в волосах...


Работы Тышлера (слева) и Гаянэ Хачатурян. Оба любили водружать на головы женщин разные предметы


В Интернете есть одна картина, точно отражающая мою мысль, но не разрешенная к воспроизведению.

Итак, большая работа закончена. Сделала, что могла. Найдет ли книга своего читателя, не знаю. Найдется ли кто-то, кто захочет издать книгу большим тиражом, тоже не знаю. Рада, что Белла Тышлер вышла из подполья и рассказала всем, что у её отца было двое любимых детей и любимая первая жена. Это видно по письмам, по рисункам первой жены Насти Гроздовой, опубликованным в книге.


Книга издана. Увы, не тысячным тиражом, и купить её можно, только заказав на сайте Lulu.com, набрав в поисковом окне имя: Белла Тышлер.


Хочу выразить благодарность Ш. Шалит, В. Гуревичу, Е. Берковичу и, конечно, моей любимой дочери за неоценимую помощь в подготовке книги к изданию.

Первая публикация: "Новости недели", приложение "Еврейский камертон" за январь 2018 г.