# Армейские приколы - 2

Леонид Григорьевич Пржепюрко

Ностальгические воспоминания студенческих лет

Леонид Пржепюрко


АРМЕЙСКИЕ ПРИКОЛЫ 2


ЛАГЕРНЫЕ СБОРЫ: Маневры, вождение танков и другие мероприятия


Колка дров


Должен отметить дорогой читатель, что узким местом жизни в лагере была помощь поварам кухни колоть дрова. С этим вопросом постоянно были неувязки. Я опишу одну из них, и вы оцените сложившуюся ситуацию. Чистить картошку заставляли провинившихся студентов, а вот колоть дрова старались направлять только умеющих "специалистов". Но специалисты, то бывают разные. Одни очень дисциплинированные, другие отличники учебы, третьи хорошо читают стихи или поют. Но не все-то ведь умеют колоть дрова! А как это можно узнать? Только конкретной колкой дров!

Так неординарно получилось именно с колкой дров, когда дежурил именно наш взвод. Дежурный офицер на колку дров назначил вышеописанного мною раньше литератора Юрия и несравненного любителя поболтать о чем угодно Володю, жителя Крыма, с большим запасом различных историй. Принятое дежурным офицером "соломоново" решение указанным студентам колоть дрова на следующий день почувствовал весь лагерь численностью в 300 человек. А дело набирало обороты с раннего утра примерно так.

5.00 утра. Юрий и Володя у кухни начинают колоть дрова. Рубка дров продолжается очень медленно, во-первых, колоть дали не сосну, а акацию, а это довольно не просто, нужны знания как это непосредственно, делать. Во-вторых, два указанных теоретика большее время спорили между собой, как нужно держать топор в руках, как нужно его подносить к бревну. Но производительность труда при этом от их пререканий была низкая, практически никакая. Периодически из окна кухни высовывался солдат-узбек и говорил такую фразу: "Сольдат, сольдат, дэ дров, когда будэт дров?". Нужно отметить, что национальный состав солдат в армии был такой, например, в столовой (работники кухни), были: узбеки, киргизы, таджики. А вот национальный состав экипажа танка был тогда представлен в большинстве полков так: командир танка, водитель, наводчик - русский или украинец, а вот заряжающий обязательно грузин, армянин или азербайджанец.

Так вот в это утро благодаря "горе умельцам" Юрию и Володе, завтрак из-за недостатка дров был задержан на 1,5 часа. А представьте себе 300 голодных мужчин в лесу, где навалом есть только трава. Можете представить себе как далеко этих "горе умельцев" посылали собратья по оружию. Командование лагеря безусловно этот инцидент не оставило без внимания и указанные молодцы были брошены на другой фронт работ: на погрузочно - разгрузочные работы транспортных средств под четкие команды дежурных офицеров.

Средний танк друзья водить ведь не просто.

Итак, ваш покорный повествователь попал на учения по вождению танков. Круг, на котором упражнялись в вождении танка, был примерно 5 км, естественно с подъемами и спусками. На один круг назначались водить танк по три студента. В танке во время вождения находился кадровый механик водитель, а на упражнениях по вождению один из студентов на старте начинал вести танк, второй продолжал его вести, а третий студент финишировал. На старте и на финише кроме механика водителя студентов оценивали преподаватели военной кафедры института, а второго студента только механик водитель. Я попал на финишную часть круга вождения танка. Должен отметить, что внутренняя переговорная связь в танке барахлила, и я не всегда слышал во время вождения танка, команды механика водителя.

Мало этого, у меня при вождении получился казус с разворотом танка. В танке руля то нет, управление поворотом танка за счет скорости движения гусениц ведется рычагами. Я что-то не рассчитал и танк у меня развернулся по большему радиусу, и я содрал одной из гусениц кору на нескольких соснах. Тогда механик водитель с матом всунулся в люк водителя танка, выключил двигатель и вытащил быстро меня наружу, дал под зад и сбросил с танка (правда, я тогда весил всего 62 кг, против 78 кг сейчас). Немая сцена продолжалась минут 5. Остановившийся танк заметили в бинокль на командном пункте и дали команду продолжить его вождение, ведь гусеницу полную коры оттуда не было видно. Я покорно, и молча, залез в танк, запустил двигатель и танк двинулся дальше по кругу. На финише у меня опять была осечка.

Рычажок, регулирующий обороты двигателя имеет положения "максимум" и "минимум". Так как в танке сели аккумуляторы, а в люке водителя было темно, то я табличек с названиями этих положений не разглядел и рычажок поставил в положение "максимум". Двигатель продолжал работать и гудеть на максимальных оборотах, а я в шлеме ничего не слышал, и переговорная связь плохо работала, а я отменные команды механика водителя с матом, естественно, и не слышал. Короче говоря, меня уже при офицерах кафедры механик водитель буквально выбросил из танка и молча, заглушил двигатель. Мне светила двойка и направление на хозработы. Студенты начали получать оценки за вождение, пятерок, конечно, не было. Мой преподаватель посмотрел на механика водителя таким уникальным вдумчивым взглядом, что мне была поставлена оценка "удовлетворительно" и я не попал, слава богу, на чистку картошки или на другие хозработы.

Как послесловие к этому эпизоду могу добавить только одно: у меня нет сейчас собственной машины, никогда не было и уже никогда не будет, так как у меня с вождением явные нелады, наверное, из-за просто полного неумения в этом непростом деле - умении вождения транспортных средств.


Маневры на полигонах лагеря


Большую часть занятий в лагере занимали учения по тактике ведения боя, учения танк в обороне и танк в наступлении, а также маневры в разных условиях местности и даже поведение танковых взводов при нанесении противником атомного удара.

Конечно, на всех этих учениях противника изображали также наши студенты. Но! Вот попасть в противники было не просто - желающих было много. Почему? Потому что в наших войсках надо было пахать на учениях, то есть, выполнять команды командиров, так, например, на учении "танк в обороне" нужно было для взвода танков подготовить углубленные площадки для танков, из которых должна была быть видна только башня танка. То есть, студентам приходилось выполнять работу лопатами, как говорится в известном изречении: "Бери побольше, кидай подальше". А у противника нужно было только поднимать и устанавливать на время плакаты и деревянные изображения врага: танки, пушки, бронетранспортеры или щиты с изображением атомного взрыва.

Но я постараюсь не утомлять читателя маневрами, а опишу финальную часть одного из учений. Сразу хочу заметить, что на этом неординарном учении мне повезло, и я вытянул жребий быть врагом, то есть, изображать с другими студентами атомный взрыв. А это значит, что этот этап учений проводился в конце учений, и до этого момента можно было спокойно отлеживаться в кустах леса и даже дремать.

Но самым интересным моментом учений была его финальная часть: подведение итогов и выставление оценок студентам преподавателем военной кафедры института вслух с фиксацией их в журнале. Должен отметить, что каждый студент на всех занятиях получал средне расчетные оценки по различным заданиям учения, и они фиксировались в журналах взводов. Почему так строго велся учет оценок? Потому что в конце лагерных сборов предстоял госэкзамен по военной подготовке и не на кафедре института, а в "поле", непосредственно в лагере в условиях приближенных к боевым и в присутствии командиров. То есть, эти вопросы в то время решались очень серьезно.

Но вернемся в "поле", то есть, на учения. За выполнение каждой команды командира студенты получали оценки. Итак, закончились учения, например, "танк в обороне" с последующим взрывом атомной бомбы. Учение продолжалось долго, даже захватило время обеда. Подполковник, проводивший учения, построил взвод буквой "П", а внутри буквы построения сел на пень, открыл журнал и начал каждому студенту выводить средние оценки, подсчитывая их вручную в столбик на втором колене, так как на первом колене лежал взводный журнал. Он называл фамилию каждого студента и начинал в столбик подсчитывать его оценки и оглашал потом среднюю отметку по занятию. А мы-то стояли по стойке смирно и прилично голодные. Один из наших умников в журнале студенту по фамилии Личин, подтер фамилию, и она приняла вид: "Ли Чин".

Товарищ подполковник дошел до этой фамилии и, прочитал её, сразу весь, побагровев, встал с пня и вскричал: "Откуда здесь китаец, шаг вперед!". А время-то было, как я писал выше сложное на советско-китайской границе. "Китаец" сделал шаг вперед, но вид у него был больше молдаванина. Весь взвод сразу охватил кашель, так выходил смех из нас, поставленных в условия команды "смирно".

Но на этом "юмор" товарища подполковника не закончился. Дошел он до конца списка и студенту с фамилией на букву "Я" поставил двойку. А это уже был зрелый студент, отслуживший армию, имел семью и маленького сына. Тогда один из студентов с фамилией на букву "Б", кстати, получивший пятерку за занятие, произнес следующее: "Товарищ подполковник,ну это с Вашей стороны просто не по-джентельменски!".

Подполковник побагровел, встал с пня и громко произнес в его адрес: "Ах ты, сопляк! Как ты мог советскому офицеру сказать такое американское слово!".

Тут команда "смирно" естественно, полностью развалилась, весь взвод от хохота попадал в траву. Подполковник с большим трудом построил взвод и повел в столовую на обед. Но по нашим тогда оценкам его интеллекта, он и не понял, от чего студенты так засмеялись, и нарушили его команду "смирно".

Должен отметить следующее. Вышеописанные фразы подполковника быстро облетели весь лагерь и доставили удовольствие посмеяться многим студентам разных взводов лагеря.

Но! Смех смеху рознь. Бывает просто смех, а бывает злобный смех. Так вот на 95% у студентов был просто смех, а вот среди преподавателей военной кафедры и ряда офицеров танковых полков смех был злобный. Нам тогда казалось, что это было вызвано одним обстоятельством. Полковник, проводивший тактические занятия со студентами, слишком много взял себе взводов на обучение, то есть, забрал их у многих других офицеров и это всех их коробило.

Но он был участник Великой Отечественной Войны и молодые офицеры против него были ничто в глазах командования дивизии. Хотя на наш взгляд тогда, многие молодые офицеры проводили занятия по тактике гораздо лучше его в части теории и практики их проведения. А то, что он позволил сказать студенту на занятиях по тактике слово "сопляк" разбиралось партийными военными руководителями танковой дивизии и ему это было поставлено, говоря на штатском языке, на "вид".

Не могу не отметить то факт, что при проведении занятий у студентов смекалка как себя вести, не перетруждаясь лишний раз, срабатывала отлично. Например, на тактических занятиях нам при проведении различных маневров нужно было одевать противогазы. И это в июльскую то жару! Например, при преодолении "условно зараженной" местности их надо было обязательно одевать.

В этом случае все старались передвигаться не по равнинной местности, а по оврагам с кустарником и лесозащитным полосам. Преподаватели кафедры обычно за нами наблюдали с какой-либо возвышенности. А мы противогазы надевали, а шланг отсоединяли от коробки, что давало нам возможность свободно дышать. Сверху с возвышенности преподавателям казалось, что противогаз надет по всем правилам. И этот номер у нас проходил почти у всех преподавателей. Была единственная осечка у одного из студентов и уже почти перед госэкзаменами.

Это ж надо такому было случиться. Он отделился от цепочки бойцов и просто помочился под кустик, но профиль его при этом мероприятии и выдал. За такое поведение весь взвод был наказан повторным занятием с одеванием противогазов и последующей физической отработкой мероприятий лагеря по выполнению разгрузочно-погрузочных работ.

А польза занятий бывает то разная?

Преподаватели военной кафедры института, проводившие учения по тактике, по вождению танка не могли даже предвидеть новый оборот произошедших событий в лагере.

Как-то под обеденный перерыв в лагерь прибыла целая делегация работников студенческого спортивного лагеря женского пола, расположенного невдалеке на противоположном берегу реки.

Вопрос к нашему руководству стоял можно сказать ребром: кто из студенческой братвы нашего лагеря в 2 - 00 ночи завалил танком ограждающий лагер забор в районе палаток спортсменов, а точнее спортсменок? Начальству нашего лагеря были предоставлены фотографии поваленного забора и следы гусениц на земле.

Поступило распоряжение всем студентам выйти на плац на построение. Затем началась перекличка присутствующих как при отбое с визуальным просмотром, кто говорит конкретное "Я".

Дежурный офицер огласил причину построения и предупредил, пока не найдем виновных случившегося, обеда Вы не получите, так что господа студенты взвесьте сложившеесю ситуацию и "Думайте сами, решайте сами иметь или не иметь "губу" за проделанное хулиганство в спортивном лагере". 300 голодных мужиков сначала оторопели от речи дежурного офицера, но потом из разных точек плаца посыпались и громко, и тихо к нему вопросы, а больше было вопросов к делегации примерно таких:

"Дамочки, скажите нам, пожалуйста, а танк валил забор боком, передом или задом?

А в каком звании были танкисты, повалившие забор?"

А где были Ваши спортсменки во время валки забора танком: в палатке, в гостях у спортсменов или вообще на лоне природы?

Эти вопросы от стоявших на плацу студентов не смутили воспитателей. Наоборот, завязалась активная полемика между ними и студентами. Причем со смехом, с шутками и даже пением частушек с обеих сторон, а также с обменом предложений о возможных встречах в будущем вне лагеря.

Дежурный офицер перестал практически контролировать ситуацию, и ему ничего не оставалось делать, как просто поступить чисто по военному: он дал команду горнисту, а тот не разобравшись в ситуации, вдруг задул мелодию в горн: "Вставай, вставай постели застилай!". Весь плац захохотал.

Короче говоря, на плацу сложилась такая ситуация, что делегация работников студенческого спортивного лагеря женского пола забыла, зачем она к нам явилась! И тут наступила внезапная развязка случившегося происшествия.

Из столовой к дежурному офицеру подошел, ковыляя не строевым шагом, повар узбек и громко ему отрапортовал следующее примерно так:

"Таварыш камандыр! От паслушайте мэна нэмножко, немножко! Понымаэтэ, тута ныкак нэ вынават! Я Вам гавару как эст. Павалыл забор нэ наш студэнт у танке, а алкаш Фэдя тракторыст ыз МТС этаго сэла, дэ стоыт спортывна лагэр. Он напылся и сэл у трактор. Вэд его одна спортсмэнка лагэра мэтателница ядра скынула з обрыва у рэчку, он к нэй прыставал. Так этат дурко повалила в отмэстка ея забора у ея палатка, это шо мужык? Таварыш камандыр! Отпустытэ студэнта кюшат! Я Вас очэн прошу!"

Плац буквально взорвался от аплодисментов узбеку повару, а делегация работников студенческого

спортивного лагеря женского пола стояла, молча в смятении как себя вести дальше. А узбек повар вошел в роль еще больше и пригласил делегацию отведать вкусный свежеизготовленный им плов. И делегация спортлагеря с ним пошла в столовую, попробовать вкусный плов повара.

Вот так дорогой читатель, закончилась эта неординарная истории. Но слава в ней принадлежит, именно, преподавателям кафедры института: так как именно они так хорошо обучали студентов, что именно на студентов пало подозрение об мастерски сваленном заборе спортлагеря, а может быть и потому, что они были уж очень частенько в гостях у спортсменок в ночное время? Все в жизни бывает!

А с Федей всё закончилось обыкновенно, он получил 15 суток и в этой роли помогал восстанавливать забор спортлагеря. А спортсменка по толканию ядра потом его рассмотрела на хозяйственных работах, более внимательно при восстановлении забора и подарила ему книгу, как ей тогда казалось, которая может ему помочь вылечиться от алкоголизма, эта книга называлась так - "Похождения бравого солдата Швейка".

Эпилог зарисовки:

Уважаемый читатель! Мои армейские зарисовки на этом ещё не закончены. Я их продолжу на следующих страничках в зарисовке "Армейские приколы - 3", но уже в описании других, не лагерных событий, а событий, связанных с призывом в армию. Вы снова наберитесь терпения и читайте следующие странички. Одно могу сказать, все, что Вы прочли раньше и прочтете дальше - это чистая, правда, и я, автор прочитанных Вами зарисовок, при описанных мною событиях не только лично присутствовал, а в ряде из них принимал активное участие.