# Ничто

Александр Юрьевич Ступников

В то пасхальное воскресенье, с утра, около девяти, мне вдруг позвонили в дверь. Пришел давний приятель. То есть человек, которого ты знаешь, но он не сделал тебе ничего плохого.

- Ну вот, Христос воскрес, - мне было лень идти делать второй кофе.

- Если бы.. - сказал он, который приятель. Но давний. - Есть разговор.

И я понял, что придется нести свой крест.Хотя бы до обеда.


- Понимаешь, - он скинул куртку и освободился, заняв меня. - Жена, подвыпив где-то, вдруг заявила, что ненавидит. И повторила это не раз. Я не спал всю ночь. Места себе не нахожу вторые сутки. Нужен твой совет, что делать?.

- Подожди в кабинете, пока сварю кофе.

Я все-таки прошамкал на кухню.


За последние почти десять лет мы виделись два раза. В моем доме. У него были странные предложения по нефтянке и торговому бизнесу. Словно это я, а не он, заканчивал торговый институт. Чтобы кататься в масле необходимости людям. Но времена изменились и оказалось, что вокруг все есть. Люди уже не искали, где купить. А наоборот, пришлось работать, чтобы заставить их это делать. Все стали продавать все и всех. Это называется капитализмом. Тоже неплохо. Если хорошо живешь.

Приятель этот жил хорошо, но в квартире, которую ему купили еще в те времена родители. И пока хватало денег, а родители не стали пенисонерами. Потом они перестали давать и стало плохо. Точнее хорошего - понеможку.

Где он жил я так и не знал. Жену в глаза не видел, не говоря уже об остальном.

Утренний кофе, между тем, закипел, бурлявый. Я успокоился.

- Так что случилось?

- Ничего. Жили - и вдруг... За что она меня ненавидит?


Сначала я хотел посоветовать ему полюбить и её разочек, "по русски", но не стал - обвинят еще, саблезубые апостолы, в провоцированиии насилия в семье. Ссылайся потом перед архангелом в казенной мантии на народную мудрость. Где казна - а где народ.

- Может, не то сказал, обидел? - я зашел с другой стороны.

- Нет, все по- старому. -

- Деньги перестал давать? Они это не прощают...

- Даю,что есть, чтоб не грузила. Заначку придерживаю. Но так было всегда. Она тоже придерживает. Сегодня это называется " тырить у мужа". По телевизору так учат, сам слышал. А я и не выступаю. К тому же повышение на работе получил. Не страшно, нам хватает. Не так, как прежде, но достаточно, чтобы быть на плаву. На спине.


- Ну, тогда не знаю... А не "замкнуло" её? Твоей жене лет пятьдесят - это бывает, хотя, на самом деле от возраста не зависит. Не стоит обращать внимания на всё, что говорит жена. Иначе рехнешься раньше времени.

- Да я места себе не нахожу. Заявить такое - ненавижу, - он уткнулся в кофе с таким остервенелым видом, что я заглянул в чашку.

Там была только гуща.


- Что гадать. Сам говоришь о повышении. Успех и бескорытие - это то, что не простят завистники- враги. И, прежде всего, жена.

- Вечно ты.. - вдруг обозлился он - У меня нет врагов. И завистников нет. Я со всеми в нормальных отношениях, никуда не лезу, с начальством не спорю, в гости почти не хожу,политикой не интересуюсь. Курить даже бросил - дорого. Плазму ТВ будем покупать большую. Как все - чего мне завидовать? -


- Подожди, - меня осенило - У тебя нет недругов? И завистников? Так ты для нее никто. По- молодости, дети малые, квартира, быт, она этого не замечала. А вокруг твоего календарного полтинника задумалась. Жены в этом возрасте, после сорока, либо резко глупеют, либо умнеют.

- Так не дура, вроде.

- А я о чем? Накопилось - вот и прорвало её.Бежать-то с корабля поздно. Вот если бы ты, с чемоданчиком...

- И оставить все этой крысе? Подожди...Точно, - подскочил он, окрыленный - Точно. Приключений ей захотелось. Скучно со мной стало. А если мы,в Анталию, в турецкую, в отпуск поедем? Там хорошо. Или в Черногорию, это модно. Но лучше в Крым, там дешевле.

- Дешевле, - обреченно согласился я, пригубил кофе, прикурил очередную сигаретку, утренний кайф, и посмотрел в окно - Воистину воскрес...

А он еще долго рассказывал, что купил ей за годы совместного проживания. И как трудно сегодня заработать и отдать. То есть жить и ездить на уже стареющей, как жена, машине. В ржавчине непонимания и разболтанных молчанием тормозов. Вместо благодарности за терпение и отстежки заработка.


Майское солнце уже веяло благодатным огнем весны и жизни.

Хотелось чего-то крепкого и в меру.

Безмерными в этом мире бывают только счастье и водка.

Счастье реже.

Но его и не должно быть много. Все-таки, оно не водка и не свечи - надолго не купишь...