# Жить без денег

Роман Михайлович Трахтенберг

Главы из книги "ПРОЗРЕНИЕ", гл. 63

То, о чём мне теперь не терпится рассказать, для нынешнего читателя покажется до такой степени устарелым, что даже и странным. Моё предложение, о котором пойдёт речь, настолько срослось с нашей жизнью, что и трудно представить историческую эпоху, когда у человека в кармане не покоился бумажник, а в нём несколько кредитных карточек. Но было, было...И не так давно...

Если бы внук меня спросил:

- А кто это придумал?

Мне пришлось бы скромно потупить взгляд.

- Твой дед, мой мальчик.


Примерно в то же время, когда я осчастливил трудовой народ обещанием замечательного решения жилищной проблемы, ещё одна глобальная идея захватила моё существование. Я вдруг понял, что можно совершенно изменить привычную жизнь с деньгами в руках. Покупки-продажи - это, в сущности, обмен информацией: сколько заработал, кому и сколько плачу. Но для таких дел незачем мусолить в руках бумажки и монеты. Вычислительные машины мгновенно и точно выполнят такую работу.

Если попытаться исследовать происхождение этой дикой мысли, как иногда хочется понять, откуда такое приснилось, то опять вспомню своё удивление в Академгородке под Новосибирском. Здесь сотни учёных жили и работали в сказочном мире. Я ходил между корпусами, вросшими в сосновый лес на берегах настоящего моря с прибоем и песчаными пляжами, но пресной водой, явившейся из суровой Оби, по проекту человека. Всё-таки надо признать, что для инженеров и строителей советская система, державшая в одних руках огромные средства и власть, открывала исключительные профессиональные возможности. Вон сколько лет спорят в нашем Кнессете о строительстве канала для спасения Мёртвого моря. А там одно удачное проскальзывание в ЦК, росчерк властителя на бумаге и закрутилась великая стройка.

В одном из институтов меня принял знаменитый Эдуард Евреинов. Незадолго до этого он получил Ленинскую премию за расшифровку письменности "Майя". Да, вот и такое могли себе уже позволить молодые умники, начавшие игры вокруг компьютеров. Эти ребята получили копии обнаруженных где-то возле Мексики таинственных знаков, по-хитрому запрограммировали их очерёдность и получили ключ к чтению текстов.

Молодой, приветливый учёный живо расспрашивал меня о моём приводе и других идеях, приглашал перебираться в Сибирь. После я получил от него пару писем. Но у него были свои планы использования будущего сотрудника, а я мог заниматься тогда только собственными изобретениями.

Потолкавшись туда-сюда со своей денежной идеей, я написал в министерство финансов. Пришёл обстоятельный ответ, в котором утверждалось, что существующая в стране денежная система является лучшей и незыблемой. Это вдохновило меня на поездку в Москву. В личной беседе дама-начальница повторяла, что лучше советских денег ничего нет и быть не может. Потом она повела меня знакомить с начальником вычислительного центра. К своему удивлению я увидел огромный зал, забитый жужжащими шкафами электроники, усердно считавшей наши деньги. Из глубин вычислительной техники вышел быстрый и занятой человек. Выслушав начальство, он, сдерживая досаду, начал пояснять, что у него самого имеется мешок всяких идей, но ни у какого нормального человека нет времени думать о постороннем.

Выйдя на волю, я сказал себе: "Откажемся от желания лично изменить что-то в этом монолите. Надо ввести идею в массы. А они уж разберутся". Я стал писать в журналы. Вполне научные работы - в экономические журналы. Я использовал, как хитрый пародист, их штампы: "К вопросу об автоматизации налично-денежного обращения", "В настоящей работе, не претендуя на всесторонний охват...", "На современном этапе научно-технической революции...", "Развитое социалистическое общество должно освобождаться от анахронизмов прошлого..." и т.д. Журналы отпинывали неизвестного новатора, хотя были заполнены, аналогично оформленными глупостями. (А что там можно было открыть, если экономика, то есть "базис", подчинялась партийным жрецам?) Главные политические газеты на мои статьи о том же, но в популярной форме, отвечали вяло: "Читателя не заинтересует", "Считаем нецелесообразным".

Тогда, уже на излёте надежды, я обратился в совсем другое издание.

Пожалуй, лучше всего расскажет о моей денежной идее статья, посланная в марте 1970-го в "Литературную газету", которая в то время выдвинулась в привод прогресса во всех проявлениях советского общества.

Вот этот текст, сохранившийся у меня на совсем прожелтевших страничках. Статья интересна, я думаю, сравнением некоторых деталей, которые были придуманы более 30 лет назад и живут сегодня или ожидаются в скором будущем. Жаль, но случившаяся вскоре после этого революция в мире денег произошла без моего участия. Читатель, надеюсь, сделает скидку на время и место - всё-таки автор жил в искусственной среде "социализма" за плотным и железным занавесом.

Итак, вот оно, моё письмо.


МОЖНО ЛИ ЖИТЬ БЕЗ ДЕНЕГ

Каждому, наверное, не раз приходилось с огорчением покидать магазин или мчаться, сломя голову, домой из-за того, что не оказалось в кармане нескольких рублей, а желанная вещица, которую вы, наконец, застали, долго на прилавке не залежится.

Деньги надо носить с собой. Так было всегда, Поток автомобилей в современном городе, самолёты, радио и телевидение, компьютеры просто поразили бы пришельца из древности, а вот, взглянув на наши деньги какой-нибудь разбальзамировавшийся фараон, сказал бы: "А они неплохо придумали - это удобнее, чем возить за собой медные слитки и бивни слонов".

Деньги, "созданные" людьми, для вполне конкретной и прозаической цели - обслуживания торговли, подобно джину, выскочившему из бутылки, таинственным образом захватили огромную власть, и их "творцы" быстро убедились, что "деньги не пахнут", стали "гибнуть за металл" и никак не могут привыкнуть к тому, что "не в деньгах счастье".

Задумывались ли вы над тем, что в наше время как-то нелогично платить за вещи и услуги деньгами бумажными и металлическими? Где мы берём деньги? Получаем на месте работы, в государственном предприятии. Куда мы относим деньги? Почти исключительно в государственные учреждения. Так неужели нельзя не в мешках, подобно сыпучему грузу, а как-нибудь "посовременнее" передать от одного учреждения другим информацию о том, что вам разрешается отпустить всяких благ на такую-то сумму? Почему же, можно. И вот, например, как.

Каждый работающий получает ячейку блока памяти компьютера, соединенного линиями связи со всеми предприятиями. Заработная плата работающего добавляется к сумме, записанной в его ячейке памяти (на его личном счёте). Покупатель имеет небольшой ключ с пробитыми на нём отверстиями - шифром ячейки. Покупатель вставляет свой ключ в электронную приставку кассового аппарата, продавец набирает стоимость покупки и она вычитается из содержимого ячейки памяти. Покупатель получает товар и чек. На втором экземпляре чека, остающемся в кассовом аппарате, можно попросить покупателя расписаться, если есть опасения, что он может забыть о покупке. Кстати, кибернетическая техника близка к такому уровню, когда машина сможет читать и сравнивать подписи. Тогда не потребуется носить с собой никакого ключа. Кассиры не потребуются и в продовольственных магазинах, так как продавец не будет получать от покупателя денег или чеков и выполнит все расчеты, не нарушая санитарных правил.

Всё новое кажется сначала необычным, а наиболее решительным личностям и неприемлемым. Такой оппонент скажет:

- А если потерял ключ, то сразу все денежки тю-тю? Нет, такая система не пойдёт!

Но действительно ли так это опасно? Потерявший ключ (всё возможно) с ближайшего телефона позвонит в банк и наложить арест на свой счёт. Если где-нибудь совершится покупка по найденному чужому ключу, то на кассовом аппарате сразу появится сигнал, злоумышленник услышит знакомое: "Пройдёмте, гражданин", - и будет задержан с поличным. Вероятно, сама таинственность поимки исключит попытки воспользоваться найденным ключом.

Если уж говорить о злоумышленниках, то автоматическая денежная система будет их автоматически вылечивать. Скажем, кладовщик Иван Петрович при зарплате 80 руб. не сможет купить "Волгу", а предприимчивый Пётр Иванович получить с него за это взятку. Ведь деньги на счёт "поступают" только с места работы и "выплачиваются" только учреждениям. Деньги уже нельзя подержать в руках, а тем более незаметно передать в другие руки.

Однако сердитый оппонент не сдаётся:

- А я покупаю свежую редиску только на базаре, у частников. Что, прикажете каждую бабушку снабдить вашим кассовым аппаратом?

Пожалуй, нет. Поставим в людных местах разменные автоматы, которые по ключу выдадут вам несколько полтинников. Эти монеты пригодятся и для того, чтобы не остаться без веточки мимозы в предпраздничный вечер или купить мороженое на пляже.

- Но, позвольте, а, если ...

Однако хватит, предоставим читателю самому ставить новые вопросы и находить на них ответы.

Попробуем оценить реальность нашего предложения. Уже сегодня отсутствуют принципиальные технические затруднения для построения новой денежной системы в каком-нибудь изолированном небольшом городе. Например, в таком городе с населением в 80 - 100 тыс. жителей, не менее 300 человек заняты исключительно ручным счётом вокруг денег, выполняя все вместе не более 30 операций в секунду. Но ведь даже старенький компьютер первых выпусков делал 5-6 тысяч операций в секунду и имел память в 350 тысяч ячеек. Годовая заработная плата этих 300 человек (кассиров и счетоводов), освобождённых от самой нудной формы умственного труда, перекроет все расходы на создание и обслуживание системы, включая и стоимость самого компьютера. Да и не лучшее это занятие - считать деньги из чужих карманов.

Опытный финансист скажет нам, что главную экономию даст не некоторое сокращение числа работников, а то, что все деньги окажутся не в карманах, а в банке. Их можно будет пустить в оборот.

Откроются новые перспективы воздействия на труд экономическими факторами. Например, рабочий, получив на наряде-перфокарте отметку (пробивку) мастера о выполнении задания, сможет тут же передать в компьютер-банк сообщение о заработке. Вечером, после хорошего трудового дня, вызвав по телефону свою ячейку, семья нашего рабочего сразу обнаружит приятное изменение её содержимого. Немедленная оплата за выполненную работу - вот мощный стимул материальной заинтересованности.

Итак, идея ясна. Остаётся готовить эксперимент. И неплохо было бы в качестве места его проведения выбрать один из новых научных центров типа Академгородка под Новосибирском, где уже имеются нужные специалисты и техника.

Автоматизация денежного обращения приблизит нас к тому времени, когда в обществе изобилия и справедливости вопрос "кому - сколько?" окажется попросту излишним.


Через короткое время из "Литературки" пришёл ответ, что мою статью они читали всем отделом. Будут думать над публикацией. И подписано: "В. Моев". Имя этого журналиста я встречал под большими и серьёзными статьями.

В выходной и праздничный день, 1-го января 1973, я открыл новогодний номер "Литературки". В глаза бросились интригующие слова:

ЭЛЕКТРОННЫЙ КЛЮЧ ВМЕСТО КОШЕЛЬКА

Фантастическое письмо, не лишенное актуальности,

комментирует известный ученый

Рядом - картинка: груды валяющихся ключей разной формы. Ниже плотный набор за подписью доцента из Иванова, а автором всей публикации обозначен академик В. Глушков, разговор с которым о моём письме на целой газетной странице ведёт спецкор "ЛГ" В. Моев.

Через 4 месяца, снова в праздничном номере газеты за 1 мая на целой странице появилось продолжение этой истории под заголовком:

ЭЛЕКТРОННЫЙ КЛЮЧ - НЕ ФАНТАЗИЯ, А РЕАЛЬНОСТЬ

Глушков с Моевым снова обсуждают мои идеи. Как оказалось, не только мои, но и многих других людей, которые после новогодней статьи прибежали в редакцию или прислали письма со своими предложениями и требованиями немедленно взяться за дело.

В Москве я заходил потом в большое здание на Цветном бульваре, разговаривал с Моевым. Он держался со мной так просто, как со своим братом-журналистом.

Потом в Киеве мне повезло попасть на лекцию Глушкова о его поездке в США. Он очень живо и интересно рассказывал о том мире, который для всех присутствующих был только таинственным звуком, причём опасным для произнесения. Особое впечатление произвёл рассказ Глушкова о посещении какого-то научного центра. Там, на дорожках парка, в котором стоят корпуса институтов, встречается только один указатель - "Think!" - (Думай!). Это было поразительно. Значит для учёного главное не в том, чтобы в точную минуту явиться "на рабочее место" и выйти по звонку. Думать - вот его производственный процесс. И делать это нужно там, где всего лучше получается. Это правило я взял на вооружение. И хорошо получалось. Если не обращать внимание на конфликты с начальством. Самый острый из них возник уже в свободном мире, когда очередной директор фирмы (приехавший из Бостона) знать не хотел "что он там изобрёл, где-то гуляя" и не мог допустить, чтобы его работник, пусть и главный учёный, нарушал время прихода-ухода.

Глушков высказал на лекции замечательное определение: "Красота - это максимум информации при минимуме средств".

Действительно, с помощью музыкально-электронного оркестра, многоцветных лазерных всполохов и двух десятков обнажённых красавиц любой сможет захватить зрительный зал, а попробуй сделать это единственный артист, в простом костюме и с потёртым портфелем под мышкой? Венера Милосская, сохранив лишь часть себя, проживает в лучшем музее мира, перед дверьми которого тысячи роскошных скульптур томятся в напрасном ожидании.

После лекции я подошёл и представился. Виктор Михайлович тепло говорил со мной. Совсем как с коллегой. Распросил о моих делах. Похвалил за оригинальные мысли. Он оказался совсем простым и доступным. Мне хотелось спросить о возможной поддержке, но беседа была уж очень "на равных", и я не смог нарушить это давно желанное состояние. Как уже читателю известно, на дальнейших моих делах и это знакомство никак не сказалось, а обращаться к этим людям со своими поисками справедливости было нелепо. Так при попытке докторской защиты и турнули изо всех инстанций всесоюзно известного новатора, как простого доцента.

Живи я в свободном мире, наверное, именно за эти штуки надо было зацепиться и отложить науки. По дошедшим до меня сведениям, некий чех через четыре года сумел двинуть в банки Запада идею кредитных карточек. Может, прочитал тогда (и так удачно!) советскую "Литературку". А, возможно, и сам придумал. Идея-то носилась в воздухе. Он заработал на этом пять миллиардов долларов.   ПРИЛОЖЕНИЯ   Литературная газета. Ном.1 1 янв. 1973 и ном.18 1 мая 1973