# Интернет - это свобода слова или свобода манипулирования?

Александр Мирнович Воин

Свобода слова, необычайно расцветшая с появлением интернета, получила неожиданный удар в спину со стороны самого интернета. И вообще о свободе слова сегодня в мире.

Интернет - это свобода слова или свобода манипулирования?

А. Воин

2.3.21

Когда интернет появился, он был не просто свобода слова, но такая свобода, какой никогда прежде не бывало. Ни тебе редактора, который может отклонить твою статью или книгу, тем более опус, который ни в какой принятый формат не укладывается. Ни тебе цензуры, "ни партии, ни милиции, исключительная благодать".

Конечно, абсолютной свободы в интернете не было с самого начала, как ее не бывает вообще в природе. Были, конечно, и сейчас еще есть площадки в интернете, на которые допускался каждый желающий и мог писать там все, что ему вздумается. Но такие площадки быстро превращались в мусорные свалки, на которых любая ценная мысль терялась и не находила своего адресата. Такая мусорная свобода слова не имеет никакого отношения к свободе слова, которая интересует тех, кто хочет оказать влияние на процессы, текущие в обществе, и его обустройство. Когда идут споры о свободе слова в том или ином обществе, то имеется в виду свобода обсуждения важных проблем, а не превосходства "Динамо" над "Спартаком" или кухни итальянской - над английской. И именно о такой свободе слова я говорю в этой статье и такая свобода слова поначалу в интернете была на довольно многих серьезных площадках.

Но "недолго музыка играла".

Дело в том, что технические свойства интернета не только дают ему преимущества перед традиционными печатными СМИ, но и быстро свели эти преимущества к нулю. Оказалось, что это только на первых порах интернет позволил любому бесцензурно и без прочего контроля властью или еще какими-то интересантами размещать в нем свои материалы и доводить их до сведения заинтересованных адресатов. А на самом деле оказалось, что в этот процесс без труда могут вмешиваться самые разные заинтересованные в этом силы и агенты. И где-то в чем-то интернет в этом отношении еще более уязвим, чем печатные СМИ.

В печатных СМИ тяжело разместить свой опус, особенно, если он не соответствует принятой в конкретном обществе идеологии и критикует власти. Зато, если он там размещен, то, как говорится, "что написано пером, того не вырубишь топором". Даже если это написанное пером не попало в официальную печать, а ходит в "самиздате". А в интернете оказалось, что, во-первых, написанное само собой, без чьей-либо помощи тонет, исчезает из поля зрения рядового и даже не рядового читателя в силу на порядки возросшего потока, а точнее потопа информации, в котором читателю, чем дальше, тем тяжелее и даже невозможнее становится ориентироваться. Этот потоп привел к тому, что массовый читатель перестал читать и тем боле пытаться разобраться в серьезной аналитике, а за недостатком времени стал поглощать только информационный "фаст фуд", т.е. по сути такую же примитивную пропаганду, как в тоталитарном обществе и даже еще более примитивную, но не из одного источника, а из разных. Да, теперь у читателя есть возможность выбирать, кому верить, но нет ни возможности, ни способности выбирать правильно. Потому что "фаст фуд" это утверждения без обоснования (или с ложными обоснованиями), а сам читатель отучается анализировать. Поэтому замена свободного обмена информацией гебельсовской пропагандой, которая раньше достигалась с помощью жесткой цензуры и зомбирования мозгов целенаправленной дезинформацией со стороны властей, теперь происходит сама собой. Просто на площадках интернета, претендующих на серьезную аналитику, появляется все больше "фаст фуда" в стиле "Лучше быть здоровым и богатым, чем бедным и больным", а серьезная аналитика в нем тонет.

Но не один лишь стихийный процесс потопа информации, но и действия различных акторов, сводят на нет все преимущества интернета перед печатью. Акторы эти - самой разной природы: от рядовых участников процесса создания и распространения интернет информации, до всевозможных официальных и не официальных политических, экономических и прочих сил, включая правительства стран, органы безопасности и, наконец, могущественные интернет компании.

Свобода слова рядовых участников процесса, т.е. людей пишущих и читающих, в эпоху печатной информации, особенно в таких странах, как Советский Союз, была настолько ограничена властью, что им было не до конкуренции и борьбы между собой, даже если их разделяли разные взгляды и идеологии. Ограничение их свободы тоталитарной властью сплачивало их больше, чем разделяли разные взгляды. Но когда они получили свободу, дарованную им ранним интернетом, тут же разыгралась конкуренция в борьбе за читателя и борьба с идейными противниками, каковыми оказались почти каждый каждому. При этом оказалось, что участники этой борьбы ведут себя не более порядочно, чем бывшая тоталитарная власть. Я уж не говорю о взаимной поливе с оскорблениями, что можно еще подать как эту самую свободу слова. Но в ход пошли такие приемы, как, скажем, уничтожение и порча постов конкурента с помощью хакерских приемов. Все это быстро превратило многие площадки, претендующие на интеллектуальность и глубину, в клоаки. Правда, со временем произошло естественное очищение среды, хоть и не до полной прозрачности, и, как сказано выше, сегодня есть немало площадок довольно приличных в этом отношении. Но гораздо серьезнее обстоит дело с различными, тем более, крупными акторами.

Здесь интернет унаследовал и довольно быстро усугубил всю ту идеологическую борьбу, которая имела место в эпоху доминирования печатных СМИ, со всеми ее прежними участниками, к которым теперь добавились новые, например вышеупомянутые интернет гиганты типа Google, Facebook, You Tube, Tweeter и т.п., усложнилась расстановка сил и уразнообразились приемы борьбы.

Раньше опубликованную в печати вещь могло запретить к распространению только правительство официальным постановлением и делалось это редко, потому что это тут же становилось известно всему миру, вело к имеджевым потерям страны и делало соответствующее произведение популярным за пределами страны. Теперь выкинуть ваше произведение с любого сайта или хоть со всех, где оно есть, может любой хакер, не говоря о хозяевах сайта, или любые силы, которые могут сделать это как сами теми же хакерскими методами, так и оказав давление на хозяев сайта. И вы никогда не сможете узнать, не говоря уже про доказать, кто это сделал. Кроме того, вашу работу могут порезать, повставлять туда черт знает чего, могут удалить все ваши работы с какого-то сайта, где вы хорошо сидели, могут закрыть сам сайт или заставить это сделать его хозяев. Могут резать статистику посещаемости ваших работ, чем уменьшать их реальную посещаемость. И, наоборот, в разы, а то и на порядки увеличивать дутую посещаемость угодных каким-то силам авторов, тем самым раскручивая их. Можно даже за деньги заказывать подобную раскрутку. Наконец, в интернете гораздо легче организовать безответственную травлю с инсинуациями любого автора от лица никому неизвестных, а то и прикрытых кликухами борзописцев и невозможно доказать, кто за ними стоит.

Конечно, весь это арсенал манипулирования применяется далеко не к каждому пишущему в интернете. Если Вы пишите на тему: "Хороши весной в саду цветочки", вряд ли кто-нибудь захочет тратить время, чтобы "щемить" вас в интернете. Но если вы пишите на идеологические и политические темы, то вы непременно столкнетесь с сопротивлением, степень серьезности которого будет зависеть не только и не столько от вашей позиции, сколько от глубины и обоснованности ваших писаний.

Мне как философу, создавшему достаточно всеобъемлющую философию с проекцией на острейшие проблемы современности, довелось испытать на своей шкуре весь арсенал этих средств и поэтому мне легче всего проиллюстрировать его на собственном богатом опыте.

Идеологический конфликт с разными силами и властями у меня начался задолго до появления интернета. Еще в конце 60-х - начале 70-х я был одним из руководителей клуба имени Петра Запорожца в Киеве, по типу чехословацких клубов, которые привели к знаменитой Пражской весне в Чехословакии. Естественно, на этой почве у меня были неприятности с советской властью. В 1976 году я переехал в Израиль. В Израиле была демократия, и мой прежний идеологический конфликт с тоталитарной властью был не актуален. Но очень скоро у меня созрел новый, если не с властью в узком смысле слова, то с очень мощными силами в стране. Дело в том, что в Израиле в то время господствовала система ценностей, порожденная сексуальной революцией на Западе, и я почувствовал, что это совсем не то, за что я боролся в Союзе. Не желая принять эту, как ее называли в Израиле, ментальность, я написал свою первую философскую книгу "Неорационализм" (Неорационализм - духовный рационализм. Direct Media, М. Берлин, 2014, изд 2-е; https://www.academia.edu/35865636/), в которой среди прочего громил теоретический базис этой ментальности, а также публицистическую книгу "Записки "оле"", в которой громил уже непосредственные проявления этой ментальности. Чем вызвал недовольство упомянутых сил. Несмотря на наличие в Израиле демократии, идеологическое столкновение на сей раз было гораздо более жестким, чем с КГБ в Союзе. Подробности всей этой борьбы сначала в Союзе, затем в Израиле я описал в автобиографической книге "Философия и действительность" (Bulletin d'EUROTALENT-FIDJIP, N3-4, 2018; https://www.academia.edu/38364417/ , https://www.academia.edu/38364417/ ), к которой и отсылаю интересующихся. Здесь же я хочу остановиться на том этапе моей идеологической борьбы, который происходил в эпоху интернета и моего участия в нем.

В 1992-м году я вынужден был оставить Израиль и вернуться в Киев (сохраняя израильское гражданство). Здесь уже не было советской власти с ее тоталитаризмом, правда, стремительно развивалась сексуальная революция, и с ее адептами у меня продолжился конфликт, хоть и не такой жесткий, как в Израиле. Но основной конфликт у меня развернулся здесь уже по новой линии и с новыми силами. В Израиле мне не удалось опубликовать мою книгу "Неорационализ" (с попытки опубликовать ее и началась острая фаза конфликта там). Вернувшись в Киев, я, прежде всего, опубликовал эту книгу малым тиражом за свой счет и начал предлагать развитую в ней теорию познания, с которой она и начиналась, вниманию украинского и российского философских сообществ. Кроме того на базе моей теории познания я построил единый метод обоснования научных теорий. (Единый метод обоснования научных теорий . Direct-Media, М. - Берлин, 2017, изд. 2-е; https://www.academia.edu/30443977/). Вот он то и привел меня к конфликту сначала с российским и украинским философским истеблишментом, а затем и научным истеблишментом в целом. А учитывая роль науки в современном обществе, и к конфликту с властями в целом. (Тем более, что для этого были и другие линии конфликта).

Причина конфликта в том, что признание и применение этого метода может высветить несостоятельность многих авторитетов, особенно в сфере гуманитарных и общественных наук, где это метод на сегодня не применяется. (В сфере естественных наук он применяется на уровне стереотипа естественно научного мышления, что позволяет этим наукам и основанному на них техническому прогрессу бурно развиваться, в то время как гуманитарные и общественные науки, призванные решать проблемы, в том числе порождаемые этим прогрессом, топчутся на месте, не имея общего языка между их представителями).

Столкновение началось еще на до интернетном этапе, когда в 1994-м году бывший директор Института Философии РАН В. Степин, развивший теорию 3-х периодов в науке: классического, не классического и пост неклассического (что противоречит утверждаемому мной единому методу обоснования у науки) запретил редактору журнала "Вопросы философии" Лекторскому публиковать цикл моих статей по методу в его журнале, что тот собирался сделать. Аналогичное столкновение произошло у меня в Украине с директором украинского Института Философии Поповичем, представителем той же советской философской школы, что и В. Степин. Затем это столкновение распространилось на весь научный истеблишмент, выступающий в подобных случаях единым фронтом. О том, как оно (вместе с другими идеологическими конфронтациями, которые продолжаются посей день) проявляло себя в интернете, я описываю во многих статьях, здесь приведу только несколько наиболее ярких примеров.

Был такой почтенный и высоко посещаемый интернет ресурс "И-наука" (Известия науки) под эгидой газеты "Известия" и министерства образования и науки России. Там на титульной странице, где давались анонсы полусотни наиболее читаемых работ, в течение ряда лет было не менее десятка, а то и 20-30 моих. Пока этот сайт просто не закрыли, несмотря на его популярность. Если рассматривать этот факт в отдельности, то можно сказать, что у меня богатое воображение, если я думаю, что такой почтенный сайт зарыли из-за меня. Но вот другие факты.


Существует электронная библиотека "Ихтик", вторая по величине и популярности в России. Там в разделе философии кроме меня сначала практически не было русскоязычных философов, даже классиков. В лучшем случае одна две работы кого-нибудь. Моих же там было с полсотни статей и книг, причем сам я послал туда штуки три, остальные они сами находили и размещали, даже не спросив моего согласия. Через несколько лет библиотеку закрыли, еще через пару лет опять открыли, но теперь там моих работ осталось штук 5, зато появились работы Степина, Лекторского и прочего официоза. И больше моих работ там не только они сами не размещали, но и, если я посылал, тоже не принимали.


Еще есть очень хороший научный ресурс www.sciteclibrary.ru, где в свое время было размещено за короткое время около сотни моих работ, больше, чем у любого другого автора. Но уже около 10 лет, как меня сначала перестали там размещать, а последнее время бесследно удалили все мои размещенные там ранее работы. Что, насколько я понимаю, противоречит российскому законодательству. На мои жалобы не отвечают.


Еще на одном солидном научном ресурсе Академия Тринитаризма (www.trinitas.ru) до сих пор можно видеть с полсотни моих работ, размещенных в тот же примерно период, что и на www.sciteclibrary.ru и примерно тогда же, как и на www.sciteclibrary.ru, там наотрез перестали принимать новые мои работы.

Еще я в свое время (лет 15 назад) организовал "Международный Институт Философии и Проблем Общества" и создал его сайт в интернете на ресурсе www.narod.yandex.ru. (Где это можно было делать бесплатно). За пару лет сайт раскрутился примерно до 100000 посещений в год. Тогда Yandex просто зарыл ресурс narod, а все сайты с него перевел на Ucoz.ru. Там посещаемость упала до нуля и я перестал размещать там новые работы.

Подобным образом меня выжили со всех мало-мальски научных и философских площадок в Рунете. Тем не менее, до совсем недавнего времени я все еще "хорошо сидел" на площадке "Сервер Заграница" (www.world.lib.ru) библиотеки Мошкова. Площадка - отнюдь не научная и предназначена для русскоязычных, рассеянных по всему миру и пишущих в основном на тему житья-бытья в других странах. Я там начал с прозы, затем публицистики и, только мало-мальски раскрутившись, перешел на философию. И, несмотря на не философский характер площадки, создал там приличную аудиторию, так что число посещений, в основном моей философии, перевалило за миллион. Правда, многие мои работы там в прошлом неоднократно портили или выбрасывали хакеры, дважды моя страничка там исчезала, но от всего этого мне удалось отбиться с помощью жалоб самому Мошкову. И до самого последнего времени посещаемость там была до 10000 в месяц. Но вот уже около месяца, как она упала примерно на порядок, что не могло произойти так быстро в результате естественного процесса, скажем, постепенной утраты интереса читателей к моим писаниям. Значит, просто прикрутили краник доступа к моей страничке. Прием этот широко распространен, особенно в западном секторе интернета, о чем свидетельствуют часто получаемые мной сообщения моих читателей на Facebook, жалующихся, что у них "не открывается", та или иная моя работа. К западному сектору интернета и перехожу.


Наезд на меня осуществляется не только в российском интернет пространстве. Про украинское я уже и не говорю, но и в мировом, чти западном, тоже, хотя здесь это делается, как правило, более элегантно, чем в российском или украинском, хоть и не менее эффективно. Бывают, впрочем, случаи и грубого наезда, как, например, в электронном журнале "Континент", наследнике знаменитого печатного диссидентского "Континента" времен Хрущева и Брежнева. Там меня на ура размещали в конце 90-х начале 2000-х, потом размещать престали, потом потихоньку выкинули почти все, что разместили раньше. Может быть уже и все, давно не заглядывал. Чтобы не бросать тень на старый Континент времен Союза, замечу, что и редактор этого журнала давно не тот, и сам журнал, тоже.


Но как я сказал, гораздо чаще меня на Западе блокируют более тонкими, хоть и не менее эффективными методами: ограничивают доступ к моим произведениям и режут статистику посещаемости, что тоже влияет на эту посещаемость.


Например, я разместил на You Tube несколько видео со своими выступлениями, а затем эти ролики разместил в ряде философских групп на Facebook со ссылкой, естественно, на You Tube. Если просуммировать посещаемость отдельного ролика по всем группам на Facebook, то набирается обычно несколько сот, а You Tube, который должен показать суммарную посещаемость по всем группам плюс свою, показывает несколько десятков.


На сайте independent.academia.edu делают то же самое, да еще время от времени уменьшают понемногу цифры посещаемости, которые сами же выставляют в их статистике. А недавно уменьшили суммарное посещение моей страницы сразу на 3000 под предлогом, что они сейчас делают проверку посещаемости страничек всех авторов сайта с помощью уточненной программы. Но для проверки посещаемости отдельного автора по программе требуются секунды. А они уже после того, как срезали 3000, каждый день продолжают понемногу срезать то там, то там явно в ручном режиме. Т.е. никакая это не проверка с помощью программы, а чистое манипулирование с целью принудить автора писать в требуемом идеологическом ключе. В России, кстати, эта техника тоже применяется против меня в дополнение к выбрасыванию меня с разных площадок и их закрытию.


Манипулирование свободой слова в интернете осуществляется не только с помощью зажима неугодных большим силам авторов, но и с помощью раскрутки авторов, занимающих угодную этим силам позицию, даже если эти последние являются совершенными пустышками в научном и художественном отношении. Причем в отличие от советского печатного периода сегодня таких авторов не приходится даже нанимать и платить им: в интернете благодаря его специфической свободе слова (когда как раз для всякого пустословия нет никаких ограничений) развелось огромное количество графоманов, готовых принять любую идеологию во имя большей популярности своих писаний. Манипулировать ими, поднимая искусственно им рейтинги за "правильную" направленность их писаний, не составляет труда. А они от этого начинают верить в свою гениальность и тоже кричать, что их зажимают. И это опять устраивает манипуляторов, потому что теперь тем, кто действительно делает что-то важное для общества, но не устраивающее манипуляторов, можно бросить: "Много вас таких, которые жалуются, что их зажимают". Дабы меня не зачислили в ряд таких графоманов, хочу добавить несколько примеров борьбы моих идейных противников со мной за пределами интернета в период после моего возвращения в Киев из Израиля. Из которых станет ясней весомость сделанного мной и именно идеологическая причина борьбы со мной моих противников. Это тем боле есть смысл сделать, что идеологическая борьба в интернете является продолжением и новой фазой идеологической борьбы, сопровождавшей всю человеческую историю, и сочетается и сегодня со старыми методами. Причем, если в сталинские времена идеологической диверсией, заслуживающей сурового наказания, считалось любое негативное высказывание в адрес советской власти, включая анекдот, рассказанный в домашнем кругу, то в эпоху интернета никто не занимается стрельбой из пушки по воробьям. Расправляются, как я сказал, только с теми, кто способен глубоко обосновать свою позицию, и, конечно, уже одно то, что я являюсь автором единого метода обоснования, делало меня идейным противником, которого надлежит уничтожать всеми средствами.


После того, как я издал по приезде в Киев свой "Неорационализм", я получил приглашение от заведующего кафедрой философии в Киево-Могилянской Академии Горского В. С. читать курс лекций по современным теориям познания на базе моей теории познания, изложенной в первой части упомянутой книги. Но после окончания семестра мне не продлили договор на преподавание в Могилянке под предлогом, что меня брали на место преподавателя, уезжавшего на стажировку в Америку. Хотя, когда брали, ничего про этого преподавателя не говорили. И преподаванием моим были довольны и студенты и заведующий кафедрой Горский.


Через несколько лет эта история повторилась в Соломоновом Университете, куда меня взяли читать курсы религиеведения и философии Иудаизма. Опять все довольны лекциями и опять в приказе об увольнении - преподаватель, на место которого, якобы, меня брали (хотя ничего об этом мне не сказали) и который срочно, посреди семестра вернулся из Америки.


Аналогичным образом меня выжали из всех мало-мальски приличных украинских газет: "Зеркало недели", "День" и т.д. Например, в газете "День" мои статьи из номера в номер в течении 5 недель публиковала первый заместитель главного редактора газеты Наталья Логинова. После 4-й статьи ее понизили из первых замов в просто замы, после пятой - вообще уволили из газеты. А когда я ей позвонил после этого, чтобы выразить свои соболезнования, она не захотела со мной разговаривать. (Это - чтобы не было сомнения, что ее уволили из-за меня, а не по случайному совпадению).


Министр образования и науки Украины времен Януковича Табачник принял решение издать мою книгу по единому методу обоснования как учебное пособие для ВУЗов, но не успело его решение реализоваться, как его скинули с министерского поста. Не стану утверждать, что его скинули только из-за меня, но то, что я был одной из причин, следует из того, что его приемник отменил его решение издавать мою книгу.


В дальнейшем меня методически отовсюду и везде выжимали, не пускали, прекращали и т. д.


В 2010-м году я получил персональное приглашение от одного из организаторов и руководителей Международного Философского Форума в Афинах, под эгидой ЮНЕСКО И. Кондрашина, принять участие в этом Форуме и принял его. Это предложение я получил за два месяца до того, как информация о том, что таковой Форум вообще имеет место быть, появилась в СМИ. И только после того, как Кондрашин получил от меня текст моего доклада на Форуме, он дал в СМИ сообщение об этом Форуме. Это наводит на мысль, что в ЮНЕСКО заметили и оценили важность моей философии для человечества и хотели привлечь к ней внимание в мире. Это подтверждается еще тем, что на Форуме мне дали возможность сделать 5 докладов, больше чем любому другому участнику его. А после Форума я стал получать персональные приглашения на всевозможные философские и научные конференции в России и на Всемирный Философский Конгресс.


Но принимать приглашения от Всемирного Философского Конгресса я не мог, потому что поездка на Конгресс стоила порядка 2000$, которых у меня не было, поскольку борьба против меня велась по всему полю. В частности, еще со времен Израиля мои идейные противники заботились о том, чтобы я не только не мог себе зарабатывать на жизнь философией, но и никаким иным способом. (Кстати, мое участие в Форуме в Афинах я оговорил Кондрашину требованием, чтобы мне в Афинах предоставили бесплатное проживание и питание и с меня не брали взнос за участие в Форуме). И не только зарабатывать, но и, вообще, чтоб было поменьше сил работать и, прежде всего, писать философию. Для чего мне всякими способами портили здоровье. (Здесь я не стану описывать эту часть борьбы, отсылая желающих к книге "Итог" и дополнениям к ней в Интернете).

В результате по истечении 3-х лет меня перестали приглашать на Всемирный Философский Конгресс. Правда, за эти 3 года я получил немало предложений участвовать в различных международных философских конференциях и конгрессах в России. И в некоторых, где можно было участвовать дистанционно и не тратить на это денег, принял участие, и тезисы моих докладов появились в различных солидных сборниках типа "Философия физики. Актуальные проблемы" 2010г. Вышло также несколько моих статей в философских журналах России, опять же там, где можно было публиковаться без оплаты публикации. Но после того, как меня перестали приглашать на Всемирный Философский Конгресс, меня перестали приглашать и на солидные конференции в России и публиковать в философских журналах.


И этот список можно продолжить.


Все это говорит о том, что моя философия нужна человечеству, но не устраивает самые разные властные, около властные и борющиеся за власть группировки.


Спрашивается, что делать, чтобы исправить ситуацию и от манипулирования вернуться к свободе слова в интернете?


Как показано выше, процесс деградации интернета имеет две составляющие: стихийную (энтропийную), связанную с потопом информации, приводящим к снижению уровня аналитического мышления масс, и идеологическую борьбу разных сил.


Стихийному процессу деградации можно противопоставить только целенаправленное воспитание масс с помощью повышения качества образования. Об этом сегодня много говорят, особенно в России (например, Четверикова О. Н.), но никто не предлагает адекватных сегодняшней ситуации средств для достижения этой цели. Я же говорю, что для того чтобы человек не тонул в современном потопе информации, он должен уметь быстро оценивать, является ли предлагаемый ему материал обоснованным, доказанным или это сознательное или неосознанное зомбирование мозгов. Это может обеспечить только хорошее владение единым методом обоснования, для чего его нужно ввести в систему образования. Но это не устраивает ни транснациональных интернет гигантов, обладающих информационной мощью, позволяющей им в отсутствие единого метода обоснования и, соответственно, при низкой аналитической способности масс, навязывать свою идеологию в мировом масштабе с помощью простого зомбирования, ни националов, которые таким же способом хотят зомбировать хотя бы свое население.


Что касается идеологической борьбы, то полностью ее устранить невозможно и более того, это было бы вредно, поскольку эта борьба есть необходимый элемент развития общества и человечества. Но желательно, чтобы она была менее кровавой и разрушительной и более теоретической. Из последнего следует, что и здесь признание и широкое внедрение единого метода обоснования будет играть положительную роль. Однако одного его здесь недостаточно и здесь нужны организационные меры в масштабе человечества. Эти меры я описал в статье "Новый глобализм" (https://www.academia.edu/45156524/). Общая идея этих мер - это усиление роли ООН, без превращения его в мировое правительство. Т.е. корректировка соотношения различных сил в сегодняшнем мире и, прежде всего, обуздание транснационалов, которое не может быть сделано иным способом.

Но, пожалуй, еще более важную роль, чем организационные и законодательные меры, должно сыграть внедрение в сознание широких масс понимания важности свободного обмена информацией в современном мире и ответственности каждого, от рядового участника до могучих интернет компаний, за ущемление этой свободы любым способом. Все те, кто портят свободу обмена важной информацией, от мелкого хакера или интернет хулигана, до глав могущественных интернет корпораций, должны почувствовать себя париями в обществе, вместо того чтобы кичиться, что они могут навредить сильным мира сего и пошить в дураки любого умного.


)